Страница 19 из 85
Он чувствовал, как рыжая просеивает его взглядом. Изо всех сил пытается опознать ложь.
– Поэтому пытался убить? – настаивала она.
– Я ошибся.
Аластор попросту не знал, как ещё объяснить ту жгучую тягу, что провела его через весь Акрополь и помогла добраться до Белизны. Как он мог объяснить этой женщине про ту жажду, что испытывал трёхголовый пёс в его сердце? Я просто хотел покончить с этим. Как можно быстрее. Только я не принял в расчёт, что Алкиона не оценила бы такой спешки. Он действительно устал жить. Он был готов расстаться с жизнью много раз. Когда завещал всё своё состояние Эхо. Когда сражался с Мантикором. Когда пришёл на закланье к Гектору. Но что-то упорно удерживало его каждый раз. И сейчас это были сёстры. Прежде чем Аластор расстанется с жизнью, он обязан искупить свой грех перед ними. Помочь Алкионе исполнить то, что она не смогла сделать. Помочь им спастись.
– Кто ты им? – спросила она, и бровью не поведя. Он возвышался над ней, пусть она и была не низкого роста, Веспер пришлось распрямить плечи и приосаниться, чтобы давать ему отпор. Аластор хотел подойти к ней ещё ближе, но при малейшем его движении он заметил, как Дардан тоже подался вперёд, поэтому решил не начинать стычку.
– Телохранитель, – произнёс он вместо этого. Кажется, она не поверила. – В отличие от тебя, я вытащил их из Акрополя, – напомнил он. – Я был там, когда вы спасали своего Алкида. Так что теперь у меня такое же право увидеть его, как и у них.
Она ещё несколько секунд держала эту осаду. Они оба вели себя, как звери, и это нравилось Аластору. Как две злые собаки, стояли друг напротив друга, вздыбив холки и оскалившись, оценивая противника перед нападением.
– Ладно. Но мы не закончили, – согласилась она, наконец. – У меня осталась пара вопросов, чтобы задать тебе с глазу на глаз.
– Мы встретимся с Алкидом. – Не отступал Аластор. – Потом поговорим.
В этот момент стычки вернулся Фрикс. Он не проронил ни слова, лишь кивнул Веспер, и та сказала рассеянно:
– Пошли, – после чего вывела их из зала. Дардан остался на месте, ничего не сказав. За Веспер пошли Фрикс, Аластор и сёстры.
Неужели им и вправду доведётся увидеть Алкида? Обычно Аластор возвышал себя над остальными. За годы работы в «Скиесе» он привык отбирать жизни, и те, кто воспринимал убийство как что-то сложное или неправильное, казались ему слабаками. В таких, как Зефир, он с первого взгляда опознавал выскочек, Фрикс казался ему смехотворным, а девушек Аластор просто не мог рассматривать в качестве бойцов, но вот Алкид его интересовал. Всё то, что ему довелось услышать о подвигах этого безумного и бесстрашного лидера революции, казалось ему занятным. Аластор хотел встретиться с ним, чтобы проверить, остались ли в мире ещё равные ему.
Кажется, сознавая значимость этой дороги, сестры не разговаривали, Аластор не знал, о чём они могли думать. Сам он испытывал самое сладкое предвкушение за последние дни. И ещё интерес, который пробуждал в нем этот мистический человек. Так же он шёл на встречу с Мантикором, думая о том, что встретит равного себе. В итоге же он обнаружил блеклое подобие искусного убийцы, сломанного, как и он сам. Ещё один бешеный пёс.
Коридор из костей оказался новым лабиринтом. Может, не таким запутанным, как тот, по которому они шли в «оссуарий», однако стоило отдать должное Сопротивлению, они были мастерами игры в прятки. Только от властей вас это не спасёт. Если потребуется, они разберут тут каждую кость или просто обрушат потолок на ваши головы.
Спустя некоторое время они стали спускаться ещё ниже, пока, наконец, не добрались до железной двери, смотревшейся здесь ни к месту. Аластор догадался, что стены, традиционно обложенные костями, были по меньшей мере бетонными. Железная дверь была на кодовом замке, который, наверняка, знало очень ограниченное количество людей. Алкида они берегли что надо, стоит отдать должное. Как же янтарям удалось его схватить?
– Правила такие, – сказала Веспер. По голосу Аластор понял, что она и сама волнуется. – Вы оставляете всё оружие здесь. – С этими словами она взглянула на Аластора. – К Алкиду запрещено приближаться, если он сам не приблизится. К нему запрещено прикасаться, если он этого не сделает первым. На протяжении всего вашего присутствия там, мы с Фриксом будем находиться рядом, если Алкид не попросит нас уйти. Нарушите правила, и мы уведём вас. Это понятно?
– Попахивает маразмом, – отметил Аластор, но бросил мешок с винтовкой на пол и разоружился.
– Мы всё поняли, – сказала Теренея.
Фрикс поднял оружие Аластора и отнёс подальше от входа. Наёмник проводил его долгим взглядом.
– Трость тоже, – сказала Веспер.
– Ты серьёзно? – поднял он бровь.
– Мы всё изучили, пока ты был связан, – ответила она. – Оставляй здесь.
– Очень наблюдательно, – оценил он, бросая трость на пол.
Убедившись, что всё в порядке, Веспер ввела пятизначный код, прикрыв панель с цифрами рукой. Замок щёлкнул, объявив о том, что дверь разблокирована. Девушка толкнула её и вошла внутрь. Аластор дал девочкам жест следовать за ним и пошёл первым.
Самый охраняемый зал Некрополя по размерам явно уступал остальным или, во всяком случае, тому, в котором состоялось судилище. Потолок был достаточно высоким, но всё равно казался гнетущим, нависающим над головой, как свод неба во время грозы. На обшарпанных стенах тоже висели электрические светильники, первое, что бросалось в глаза – это отсутствие костей в оформлении комнаты. Лицемерие, – решил Аластор. Зачем тогда Алкид так гордился своими катакомбами, заставляя любоваться ими свою армию, но не предоставил такой радости себе?
Из мебели в комнате стоял огромный платяной шкаф, лабораторный стол, полный колб с разноцветными жидкостями, правая стена была завалена книгами, толстые тома образовывали хаотичные горы, некоторые из которых чуть ли не дотягивались до потолка, прямо на полу были разложены какие-то чертежи и формулы. В глубине зала, поделённого на две части бархатной бордовой занавеской, можно было заметить второй рабочий стол, на котором были свалены незнакомые Аластору механические и технические приборы. Внимание также привлекал и поставленный в центре экспозиции огромный аквариум. Приглядевшись, Аластор отметил, что рыб внутри не было, зато по стенкам ползали несколько дюжин улиток. Совсем уж странную композицию представляли собой два манекена – мужской и женский. Части тела кукол, кажется, были на шарнирах, и поза, в которой они стояли, не могла смахивать ни на что другое, как на половой акт. Оба манекена были почти голыми, на девушке красовался белокурый парик, на поясе мужчины висел толстый кожаный ремень с железной бляшкой, впрочем, брюки отсутствовали.
Аластор едва успел окинуть взглядом всё убранство помещения, пытаясь составить первичное впечатление об Алкиде и понять, что это мог быть за человек, как тот вышел из-за бордового занавеса.
– А что вы думали, я буду сидеть в кресле, поджидая вас и зловеще посмеиваться? – спросил он. Его появление выбило Аластора из колеи. Это был невысокого роста человек, с худым и хилым строением тела и проблемной кожей на кривом лице. Больше всего в глаза бросалась причёска. Половина головы на длинной шее была покрыта редкими чёрными волосами, вторая представляла собой скопление тонких прядей, окрашенных в разные цвета – от жёлтого до фиолетового, здесь волосы были гуще и почти достигали плеч. Прежде, чем они успели что-то сказать, Алкид остановил их жестом длинных тонких пальцев. – Нет, ладно… почему-то люди всегда хотят увидеть нечто ужасное, а потом выхожу я, и вижу разочарование на лицах. – Он снова жестом заставил их помолчать. – Хорошо, давайте я оправдаю ваши ожидания! Притворимся, что вы ещё не вошли…
Он вдруг вернулся за занавес, после чего вытащил оттуда деревянное кресло с алой обивкой, поставил его перед аквариумом, прямо напротив вошедших, уселся на него, закинув ногу на ногу, положил локоть на подлокотник и упёрся пальцами в подбородок. Растянув губы в искажённой улыбке, Алкид вдруг принялся смеяться низким грудным смехом. Сцена, на взгляд Аластора, продлилась слишком долго, но им не оставалось ничего, кроме как следить за этим цирком.