Страница 4 из 13
Признаюсь, это мой первый выезд на остриё атаки – ранее, как военкор, я снимал только последствия. И я, как гуманитарий, немного чувствую себя Пьером Безуховым. Правда, на мне не белый фрак и цилиндр по версии Толстого, а всё-таки бронежилет и каска. Но обстановка для меня новая, и я бы не сказал, что я к ней привык. Отнюдь, образование губит меня. Для меня, человека начитанного, пока что всё представляется организованным безумием. Интеллигент всегда слаб, его всегда мучают сомнения, и когда я слышу где-то близко разрыв, я думаю: а что, нельзя было договориться? Нельзя было создать двуязычную Украину, где всем, украинцам и русским, которые здесь родились, жилось бы хорошо? Зачем было ограничивать право людей разговаривать на том языке, на котором они желают говорить и на котором хотят, чтобы говорили их дети? Зачем, устроив переворот, навязывать свою сомнительную государственность и своих сомнительных национальных героев остальным, которые этого не желают? Зачем было кричать «чемодан, вокзал, Россия?..» и «кто не скачет, тот москаль»? Зачем…
Так, о чём это я? Ба-ба-бах! Когда мы стояли у бензоколонки, недалеко раздался взрыв, и вверх взвился чёрный грибок. Неплохо! Что это было? Военные запустили квадрокоптер, выяснили: противником только что взорван мост через речку Кальмиус, который соединял Талаковку с Сартаной – последним населённым пунктом перед Мариуполем. Под мостом перед Талаковкой тоже, как нас проинформировали, заложено около тонны взрывчатки. Но противник так спешно отступал, что взорвать мост не успел. Сейчас там работают сапёры, мы видели, как они возятся, когда, въезжая в посёлок, проезжали по этому же мосту. Конечно, осознавать, что ты едешь по тонне неразорвавшейся взрывчатки, не было неприятным.
► Спецназ ДНР
В Талаковке мы встретили Белого – в прошлом штурмовика легендарного батальона «Спарта», а теперь командира артиллерии внутренних войск. Его зовут Белый, потому что он белорус, он родом из Минска и приехал на Украину в 2014 году, в самом начале войны. Белый крутой. Пренебрегая каской и бронежилетом, он передвигается по посёлку на военных попутках и технике и бодро раздаёт указания. Это туда отогнать, это зарядить, это пригнать. Мы едем с ним на выступ, потом на базу и в штаб. Белый не боясь овладевает обстановкой прямо на месте, он приказывает и управляет вверенной ему техникой и людьми. Чем-то его работа похожа на работу прораба на стройке. Но здесь в управляемом хаосе войны всё направлено на разрушение.
Посёлок снова обстреляли, повален столб электропередач. Обстрел застиг нас на выезде, перед нами рванула мина, и наш водитель втопил в пол педаль газа. Скорость! На войне важна скорость! Находясь в этом безумии, надо уметь очень быстро передвигаться. Ведь всегда может что-нибудь прилететь, взорваться, вонзиться, разорвать твоё мягкое человеческое тело. Автомобиль, танк, человек – в боевых условиях, особенно на открытой местности, надо очень быстро ехать. Тогда в тебя будет сложнее попасть. И мы несёмся с базы снова на выступ. Нам сообщили, что спецназ ДНР уже начал форсирование реки.
Взрывом мост проломлен посередине. На горизонте вьются дымки – результаты наших попаданий. Материя бьётся с материей, железо против железа. Души трепещут, закованные в броню. Слышны вылеты и прилёты, наши и чужие. Воу-воу-воу – так звучат РСЗО. Вжиу-у-у – пропевают, пролетая, мины. Бау! Бау! Бау! – это ударные. Так работают танки. Слышится трещотка – это стрекочут автоматы. Это симфония войны. И некоторые, как из числа пассивных, так и из числа активных слушателей этого концерта услышат эти мелодии в последний раз… Я же слышу визг мины и инстинктивно падаю. Мимо! Подымаюсь. Уф, да ну его на хуй, пронесло. Отсняв форсирование реки, наша команда возвращается в штаб.
► Боец народной милиции ДНР передаёт мариупольцам привет
Спецназовцы передают с нами захваченного уже на том берегу в Сартане пленного. Пленный вполне безобидный – это местный участковый, майор украинской полиции. Занимался, с его слов, эвакуацией жителей, когда в посёлок вошёл спецназ. Полицейский невысокий и пухлый, как и положено майору полиции. Бежать не пытается, это было бы с его стороны безрассудством. Майор послушно выполняет все указания. Ему говорят встать лицом к стене – он встаёт. В штабе его никто не унижает, не бьёт. Не заставляет кричать «Слава России!», хотя, судя по его виду, отказываться он бы не стал. Но мы же не звери. Это батальон «Азов» – звери, они за Гитлера, они любят свастику. А их президент Зеленский – наркоман чёртов, петрушка на резинках у америкосов. Обещал войну своим избирателям остановить, а в итоге она только разгорелась.
В тёмном коридоре сидят или стоят бойцы. Некоторые из них по приказу старших выходят группами и направляются на выполнение поставленных задач. Одной из задач скоро будет взятие Мариуполя.
И день Z наступит и для этого города.
Батальон «Пятнашка». Нацистские «эльфы» не пройдут
9 марта 2022 г.
– Побольше бы в Китае Олимпиад проходило!
Мы при каждой что-нибудь да освобождаем, – смеётся Абхаз. Я сижу с ним и его бойцами за одним столом.
Ахра Авидзба, позывной «Абхаз» – командир батальона «Пятнашка». Ахра – абхаз небольшого роста. Коренастый, большеголовый и черноволосый. С военной «горкой» сочетается модно повязанный на шее чёрный платок. Свой рабочий день Ахра и его подчинённые начинают в пиццерии. Война войной, а завтрак по расписанию. Утро для командира «Пятнашки» начинается по-кавказски размеренно. На Кавказе не любят суеты, время в горах густое и течёт медленно. Поэтому кавказцы и отличаются долгожительством.
Да, действительно, в августе 2008 года, подло прикрывшись началом летней Олимпиады в Пекине, Саакашвили, тогдашний грузинский президент, начал войну в Южной Осетии. Его военная авантюра закончилась полным фиаско. Зарычали российские военные колонны и двинулись к Рокскому тоннелю, который связывал Северную Осетию с Южной. Началась операция «Принуждение к миру». В результате и Южная Осетия, и Абхазия – родина Ахры – получили тогда независимость.
Для меня как журналиста Осетия стала тогда первой горячей точкой, где я побывал. И с той войны я к Олимпиадам потерял интерес. Говорят, что они символизируют мир. Это утверждение неверно. На самом деле в древние времена спорт, спортивные соревнования были тренировками к военным действиям. На войне и сейчас метают диски и копья, бегают и прыгают, носятся на колесницах. Тут вам пожалуйста и бросание ядер, и бег с препятствиями, а про стрельбу я вообще молчу, её слышно, когда она говорит сама за себя.
Как на Олимпиадах, на войне есть и свои чемпионы-медалисты. Одним из таких «чемпионов» и стал Абхаз.
► Абхаз вернулся. Снова в Донецке
В 2014 году он приехал из Абхазии во главе отряда добровольцев, который потом разросся до интернациональной бригады «Пятнашка». За прошлую военную кампанию Абхаз был награждён званием Героя ДНР. Его батальон отличился в боях за Иловайск, Шахтёрск, Дебальцево, Донецкий аэропорт.
Но не только на войне показал себя Абхаз. Ахра – парень отчаянный, и в период затишья между военными действиями он успел совершить революцию в Абхазии и сместить правительство. Правда, и с новой абхазской властью Ахра не сошёлся характером, его чуть не посадили.
Недавно, как только закончилась новая, только уже зимняя Олимпиада в Китае, на Украине началась операция по демилитаризации и денацификации Украины. И Абхаз снова приехал сюда и собрал свой пёстрый ансамбль.
И кого только в его «Пятнашке» нет! Враг называет нас «орками»? Хорошо, принимаем терминологию противника! Но тогда бородатые «гномы» – за нас. С Абхазом и за соседними столами сидят «лица кавказской национальности». Но не только с Кавказа. Зашёл рыжий парень с хасидской бородой. Оказалось, да, действительно еврей.