Страница 26 из 43
Что касается балтника, то ведь не только шкурки могут играть роль денег, еще дороже ценятся костяные деньги. Любого костяного зверя убить очень сложно, обычно этим занимаются добытчики, а порой и охотники, и многие платят за такую встречу жизнями.
Костяные деньги, впрочем как и шкурки, не встретишь в деревни, ведь за них, пожалуй, можно купить и всю деревню, сумели бы только разделить. Но мало добыть зверя, нужно еще как можно экономичнее разделить шкуру или выпилить костяные пластинки. Этим занимаются раздельщики и зарабатывают они едва не больше добытчиков, при том, что опасности в их работе практически никакой.
За убитого тобой блатника тебе полагается сорок процентов всей кости, так же сорок полагается караванщику, как твоему работодателю и остальное пойдет тем, кто его разделывал, а повозиться нам пришлось. Каждому получается солидный заработок. Больше всех, конечно, рад караванщик, не считая тебя, жаль только, что придется потерять пятнадцать процентов, которые полагаются раздельщику.
"Ага, плюс налоги туда, минус налоги сюда, да еще что–нибудь", – усмехнулся я про себя.
– И сколько же стоит одна пластина? – поинтересовался я.
– Тысячу зеленых шкурок, – улыбнувшись ответил Глен, – блатник цениться высоко, а вообще бывают разные, от пятидесяти зеленых, до пяти тысяч. А еще бывают такие кости, что могут заинтересовать мага, и вот тогда ты можешь выменять у него все что угодно, даже самые дорогие модификаторы. И такие косточки лучше менять у мага, а то они не любят, когда про них забывают и кости попадают к другим, ой как не любят.
А в Граде охотников, говорят, есть такие вещи, которые стоят как весь этот блатник переведенный в пластины. Да конечно есть, как не быть. Магическое оружие знаешь сколько стоит? А заклинания? Да, в Граде Охотников всё самое лучшее, и фермеры там самые лучшие, и кузнецы. Мой кузен однажды был там, так рассказов хватило на целую неделю. И скакуны там… да что скакуны, настоящие боевые капраты имеются, только на такого тебе и десятка блатников не хватит расплатиться. Зато если ты путешествуешь на капрате, то никто тебе не помеха.
"Ага, как же, – хмыкнул я про себя, – обычная мечта идиота. Уж если есть такие сильные твари, то есть и сильные противники, а как иначе".
– Ясно, – кивнул я, – но телегу–то вы откуда взяли?
– Так, пока одни блатника разделывали, другие телегу подготовили. А запасные колеса – то у любого караванщика быть обязаны.
– Ясно, – действительно, как всё элементарно и просто, – жаль только коня моего…
– Жаль, – отозвался Глен когда я замолчал, – хороший жеребец был, настоящий шасимский, боевой, скакун каких мало. Поди три десятка зеленых выложил, да магу, наверное, столько же. Хорошо тебе его опутали, послушный был, и в бой рвался.
Я чуть не рявкнул, что коня мне никто не очаровывал, что я сам его приручил. Но вовремя спохватился, пускай все так и думают.
– Но ты не волнуйся, караванщик тебе одного из своих коней разрешил дать, до Касима.
– Хоть на этом спасибо.
Коня караванщика было не сравнить с моим погибшим скакуном, но хотя бы я был в седле. Сова со мной не разговаривала, бросила только хмурый взгляд и отвернулась. Я видел, что её занимаю какие–то мысли, и не стал ничего говорить, хотя от элементарного "Спасибо" я бы не отказался.
Все охранники и возницы мне приветливо улыбались, еще бы, я принес им совсем не плохой доход, примерно тысячи по две зеленых шкурок каждому. Впрочем, мне было не жалко, уж мой–то куш составлял гораздо больше.
Как оказалось, в телеге я провалялся целые сутки и до Касима нам оставалось не так уж и много, всего день. Пол дня я ехал в приподнятом настроении, а вот после обеда меня опять стала донимать тревога.
Мы подъезжали к очередному лесу, и я уже догадался где нас поджидает засада. А вот то, какая нас засада ожидает, я увидел, да так и замер.
В тридцати метрах от края леса дорогу перебегала жирная красная лента, сияющая столь ярко и злобно, что минуту я не мог выговорить ни слова. А потом я сделал два дела сразу. Дав команду песику придумать что угодно, чтобы сломать телегу, я заорал. Из медальона вырвалась белая змейка, которая ударила по оси колеса и оно отлетело, телега завалилась набок. Мой крик остановил караван, прямо перед входом в лес.
На крик примчались Глен вместе с караванщиком. Последний начал тут же причитать, досадуя на то, что не поставил более крепкой оси когда была возможность. Я поспешил вмешаться.
– Глен, – я подъехал к караванщику и начальнику охраны вплотную и старался говорить очень тихо. Заклинания лучше было не использовать, потому как я знал, за нами следят, – я специально остановил караван, потому что в лесу нас ожидает ловушка, магическая и очень серьезная.
– Откуда знаешь? – так же тихо но зло отозвался караванщик, он понял кто является причиной поломки, но так же он привык доверять своей охране и вести себя осторожно в моменты когда этого требуется.
– В Нуон–Легаше я был вором, а наша работа располагает к тому, чтобы расплетать и замечать заклинания. Там, на дороге, я чувствую что–то очень опасное.
– Да, я тоже что–то вижу, что–то сильно и злое, – неожиданно рядом раздался голос Совы, – а я вижу лучше него. Легаш прав.
Я такого поворота событий не ожидал, Сова повела себя совершенно неожиданно.
– Глен, готовься, – тихо ответил караванщик и тут вдруг как заорет, – слепые идиоты, куда вы смотрели, по–вашему, колесо должно по всем камням ехать? Горе мне, горе, на что мне сдались такие проклятые возницы? А куда смотрела моя охрана, молчите несчастные? Плотника ко мне, быстро, – сорвался караванщик на визг, а я мог только поаплодировать бесподобной игре, – сегодня мы должны попасть в Касим. Да не стойте вы, растяпы, а то вычту из жалования.
Что тут началось, я и представить себе не мог, к чему приведут последствия перелома оси. Вокруг одной телеги похоже сновали абсолютно все, и возницы и караванщики и охрана. Но только на первый взгляд это было похоже на беспорядочную суету, на самом же деле это был хорошо отрепетированный спектакль, во время которого Глен успевал раздавать охране приказы и совещаться с караванщиком. А весь шум постоянно перекрывали причитания караванщика, так что даже подслушать ничего было нельзя. Я тоже старался не стоять на месте и как мог "валял ваньку".
– Вы можете что–то сделать с заклинаниями? – спросил у нас с Совой Глен в общей суматохе.
– Пожалуй, сможем, – кивнула Сова, я вынужден был согласиться, – только одно но, несколько человек должны будут отправиться на поиски мага и лучше бы это были люди, у который есть соответствующие заклинания.
– Я пойду, – кивнул Глен.
– И я, – так же кивнул я, додумывая про себя – и скорее всего еще один человек.
Сова с сомнением глянула на меня, но от комментариев воздержалась. Я с опозданием вспомнил, что для нее мой медальон всё ещё помнится той черной блямбой.
Наконец, все было оговорено, телега починена и охрана заняла свои места. Первые повозки тронулись в путь, ни мало не выказывая своей напряженности. Едва они успели проехать первый десяток метров как возница последней телеги, только что починенной, замахал руками и закричал, что телега не едет. Я, как исполнительный охранник, и как главное наступательное лицо в магическом плане, рванул вперед (потому как передние так ничего и не услышали). Со стороны это должно было выглядеть обыденно. Если в наших действиях и заподозрили какой–то подвох, то сделали это слишком поздно. Я достиг первых рядов когда до красной черты оставалось всего пара метров. Останавливаться я не собирался, песик выпустил наружу заклинание (для меня это был самый напряженный момент, так как, что там песик придумал, я был не в курсе). Передо мной возникла выгнутая красная стена, которая понеслась вперед и, соприкоснувшись с красной лентой, взорвалась, ослепив меня ярким сиянием. Я счел за лучшее не останавливаться.
По донесшимся в спину крикам стало понятно, что охрана каравана атаковала поджидающих в засаде. Зрение возвращалось и я увидел куда несусь. Ой, лучше бы не видел. Моя лошадь неслась прямо на парочку одетых в черное фигур, и если бы не сияние заклинаний я бы их и не разглядел. В руке сам собой оказался шестопер и пока противник был в замешательстве я обрушил его на голову правого. Вместе со мной ударил и пёсик, по левому. Из медальона вырвался синий ураган, который буквально перемолол защиту мага вместе с самим магом. А вот моя атака не была столь успешной. Рассекающая Звезда не остановилась перед защитой мага, но вот соприкоснувшись с самим магом оказалась бессильна. Его отбросило на землю, но он был жив и невредим. Когда исчезла размытость я увидел глаза мага, я увидел его лицо, пышущее гневом, и мне на миг стало страшно.