Страница 48 из 79
Где-то слева щелкнула тетива, отправляя в полет стрелу, которая хоть и была пущена метко, пролетела мимо, так как шаман, резко ударив концом посоха об землю, растворился в дыму. Потеряв врага из виду, я через секунду получил страшный удар промеж лопаток швырнувший меня оземь.
Скрипя каменной пылью на зубах я перевернулся и пытался встать, в то время как в паре шагов от меня Гизерес воздел вспыхнувший черным пламенем посох к потолку, а потом, выкрикнув скороговоркой какое-то заклинание, крутнулся вокруг своей оси.
Висящая вокруг жаровней сажа подобно рою мух укрыла его тёмной сферой.
Поднявшийся на ноги Дарт с красным пятном ожога вокруг глаз, налетел на шамана. Выигрывая для меня время, он прорвался сквозь слой сажи и наградил шамана ударом топора впервые пустив ему кровь. Но на этом его успехи закончились. Получив по рёбрам топором, Гизерес оттолкнул нашего воина и дунул в его сторону, заставляя сажу полыхнуть чёрным пламенем.
Дартанг упал и завыл, катаясь по камням и пытаясь сбить с себя пламя.
С глухим стуком в шамана ударили стрелы. Одна за другой. Пронзая его бок и плечо. Упав на колено и хрипя он выронил посох и махнул в сторону Арии рукой, отправляя в девчонку целую стену гудящего, чёрного пламени.
Когда мне удалось подняться, оказалось что я, дополз до распятой на полу девушки по центру внутреннего круга магического рисунка. К моему глубокому удивлению она не была мертва, несмотря на рану в груди и запекшуюся на лице кровь. Повернув ко мне голову, она что-то говорила, но так тихо, что я нечего не мог разобрать.
Поднимаясь на ноги я услышал:
— Черепа в углях… в них его сила…
Увернувшись от очередного дымного снаряда, который шлепнувшись на землю начал исторгать из себя монстра, я понял о чём именно бормотала пленница. Не обращая внимания на чудовище, что выбиралось из лужи, я рванул к ближайшей треноге и перевернул её ударом ноги.
По камням покатился покрытый рунами, закопченный череп.
Разбить его пинком да шрапнель костяных, покрытых копотью осколков не составило труда. И тут же раздался полный ненависти крик. Шаман уже вырвал из своего тела обе стрелы и воздел посох к мрачному своду, готовясь к новому заклинанию. Но поражаться его живучести не было времени. Увернувшись от сдвоенного удара лапами таки вылезшего из лужи чудовища, я отпрыгнул, перевернул ещё одну треногу пинком с отстранённым удовольствием видя как выпавший из углей череп раскололся на части.
Сзади раздалось гудение, дохнуло холодом, а затем я получил страшный удар по голове. Вокруг разлетелась щепа и запутавшись в собственных ногах в попытке удержать равновесие, я пробежал несколько метров и упал на камни вниз лицом. Не желая умирать извернулся переворачиваясь на спину и увидел Талли.
Одержимая целительница неслась на меня с обломком посоха в руках, а за ней следом спешила чёрная тварь.
Стена гудящего черного пламени стёрла их обоих. Накрыла и смешала опав и оставив на земле лишь высохший труп. Моргнув и дёрнувшись, я понял, что мне в очередной раз повезло.
Пытаясь меня убить, шаман накрыл заклинанием своих кукол.
Тошнота подкатила к горлу от запаха тлена. И даже не столько от самого запаха, сколько от понимания кому он принадлежит. Поднимаясь на ноги я слышал, что где-то со стороны шамана орёт Гелло, а значит вор всё ещё жив.
Последнюю жаровню я опрокинул плечом и снова свалился. Тошнота всё-таки доконала и вывернула мой желудок. Выблевав остатки последнего приёма пищи на четвереньках, я пошатнувшись поднялся, утирая губы тыльной стороной ладони.
Последний череп был разбит, но я ошибся доверившись пленнице.
Оковы на её руках и ногах лопнули. А она сама не поднялась, но восстала. Невидимая сила переместила её в вертикальное положение и с влажным хрустом началась трансформа. Человеческое лицо сокрытое под спутанными волосами вытянулось приобретая крысиные черты. Спина согнулась оглашая округу треском смещённых позвонков.
Всего пара мгновений потребовалось чтобы из молодой женщины превратиться в скрюченную старуху со звериным лицом.
Воздев руки к потолку она рассмеялась и проревела гортанную фразу из-за чего стало темно и послышался шелест многочисленных крыльев. Огромное облако летучих мышей издавая оглушающий писк выпало из теней и сорвалось с места в направлении, которое указывали скрюченные пальцы.
Меньше десяти ударов сердца понадобилось этой стае, что бы облепить с ног до головы моего товарища и хобгоблина стоящего рядом с ним. Отойдя от шока, понимая, что я освободил далеко не союзницу и уж тем более не безобидную девицу, я бросился к старухе, на ходу отмечая появившуюся надпись у нее над головой.
В рывок, который я сделал в тот момент, я вложил всю скорость, на которую было способно мое избитое тело, но все равно не успел помешать заклинанию ведьмы убить Гелло. Одновременно с тем как на пол упало два тела поднятых в воздух и искусанных на смерть летучими мышами, я в прыжке нанес удар в горбатую спину.
Загнутый штырь на моем молоте полностью вошёл в тело Итрюги и я почувствовал, как под ним дробятся кости. Удар клинком лишь на мгновение запоздал, ударив вслед за молотом в бок старухи, которая уже разворачивалась ко мне, а на фоне огромная стая мышей уже неслась обратно.
С такой силой, которая просто не могла уместиться в этих худых старушечьих руках, Итрюга отшвырнула меня. Упав на пол и заорав, когда на меня со всех сторон нахлынуло бесконечное море нетопырей, я попытался стряхнуть с себя эту зубастую и пищащую смерть. Но не тут-то было, меня запросто подняли в воздух и со всех сторон начали впиваться в тело маленькие зубы.
Я, зажмурившись что-то кричал, беспорядочно дергаясь пока не понял, что меня уже никто не грызет. Раскрыв глаза я осознал себя лежащим на полу. Почувствовал боль в избитой спине и кровь схватившую волосы на голове. Летучих мышей не было и в поминет.
Каким-то чудом я выжил.
В пещере было тихо, ни каких летучих мышей, воющих монстров или гоблинов. Ни единой живой души. Зато мёртвых хоть обваляй. Ведьма лежала в нескольких шагах бесформенной грудой тряпья и плоти, в луже собственной крови. А ребята по всей пещере, там где их настигла разномастная смерть.