Страница 71 из 78
— Мы враги всего живого, — сухо добавила Вероника, одна из первых «леди черных», кто сел ко мне за стол напротив некромантиши. — У нас выбора нет. Мы выполняем поручения старухи, имеем над головой кров и место, куда всегда можно вернуться. Задания смешные, доставляем людей и обычных эльфов, кого встречаем в полях.
Задание-заданию — рознь. Поинтересовался за «мантию», но мне ничего не ответили, и наконец, старуха, которая все это время буравила меня взглядом в скромной столовой соломенного дома, заговорила.
Опять же — представилась, заставила, словами, представиться меня и спросила за суть моего «прибытия». А затем — за мою расу.
— Я не могу просканировать тебя. Ты — не человек — это определенно, но и не алхимик. Что ты такое?
— Я авантюрист, бывший, — улыбнулся, — Вот и вся моя раса.
Но ответ ее не устроил. Для нее узнать мою сущность — было чем-то очень значимым. И когда я упомянул первородного, она расцвела. Сравнила меня по мощи с темными эльфами, сказала, мол, я и они очень похожи, и больше, курва, про расу ничего не сказала.
Как и сами темные эльфы, хотя в их глазах читалось восторженность.
«И как всегда, никто и ничего мне рассказать не может. Кто же я такой-то?»
Суть моего прибытия была оговорена, как, впрочем, и письмо, адресованное старухе, и полдень пришёл к своему завершению.
Не знаю, что там ей написал Саурон, или что пообещал, но сразу после обеда меня привели на свалку. Выдали примерное описание того, что и где находится, а я уже по памяти начал искать нужные технические вещества. На осмотр, конечно же.
Никто и не знал, что я смогу это выкрасть. Никто, кроме Саурона, которому пришлось описать кольцо, которое я не смогу снять.
Правда, он еще тогда, ночью, поинтересовался, что будет с ним, если меня убить, но ответ был крепким: попробуй, а потом скажешь, если выживешь.
Он этого проверять не стал, а моей особенностью украсть что-то бесследно, решил воспользоваться. Правда, помимо запчастей для автобуса, у меня был еще один список того, что нужно конкретно ему. И битые полдня я провел, роясь в вонючем мусоре.
Но здесь воистину было огромное количество всякой всячины. И я не ограничился одними лишь «покупками» по списку. А также, взял кое-что для себя.
Мой взгляд привлекла ручка, которая имела кнопку и полость внутри. Что-то в памяти подсказывало, что это оружие и весьма великое, но что это именно было, увы, не знал. Ну, ничего, если у меня все же когда-нибудь получится получить знания этого тела, я, пожалуй, буду только рад.
Самым проблемным было найти ту самую катушку зажигания. И как оказалось, ее я обнаружил только благодаря мусорщику, который, на удивление был очень похож на Николая. Тоже в своем роде ученый, только какой-то безумный. Начал тормошить внутрянку автомобиля «Москвич», который в свое время попал под Икарус, о котором упоминал Никола, и, в конечном итоге, небольшая «коробочка» перекочевала в мое кольцо, как только тот отвернулся.
Пришлось объяснить, куда я ее закинул и для чего.
— Вон за ту гору, — я махнул рукой в сторону захоронения металла.
Старик не оценил юмора и долго орал, что мол потратил столько сил, а я, малолетка такая, все испортил.
Вечер я провел все в этом же городе. Было весьма проблематично выйти отсюда в сумерки, ибо, как утверждали эльфы, за стенами после того, как скрывается солнце, блуждают мертвые. И вовсе не под контролем этой Анны Карелиной. Поговаривали, даже что среди них был некий местный писатель. Причем — негр.
Об этом цвете кожи я только слышал по рассказам наёмником еще тогда, в лохматый век моего мира, но чтобы здесь…
— Раньше, они собирали хлопок на полях, — продолжала рассказ одна из «темных», — Потом, пришли захватчики из дикого племени, перебили всех, получили новую венерическую болезнь и полконтинента долго лечилось.
— А как на эту болезнь повлияли захватчики? Я что-то не понял. Негры переносят что-то?
— А ты не знаешь? Черный? — удивилась мадам.
— Откуда мне знать? Я о них только сейчас услышал.
Рассказ, про обезьян и этих, чернокожих меня весьма удивил. Как и то, какими методами распространялась странная миру болезнь. Правда, лечение от нее так и не было найдено, но на наёмников теперь даже куртизанка косо посматривает.
Зато появилась некая личность в мировом содружестве, которая создала изделие номер два, из резины, а в простонародье — из латекса, которая, как утверждают эльфы — спасет от заболевания. И кстати, мы вернулись к эльфам.
Не к темным, а светлым. Никто из ныне присутствующих, не был настроен в мою сторону агрессивно, и что было самым странным, я не увидел за весь день ни одного радужного. Казалось, местные были самыми обычными. Когда-то воинами, купцами, но ни одного намека на их склонности к «брату». Это — радовало, но все равно навело на нужные вопросы.
Ответ был банальным.
Все радужные — испорчены столицей нашего государства, империи. И так во всех странах. Дикие эльфы, или же — племенные, настоящие воины и веруют в свой кодекс и корни. Нет этой всей грязи…
— А что случается с городскими? Почему они все размалеванные и… манерные?
— Не могу знать, Саша, — темная поставила на стол бокал с темным пенным, — Говорят, это слабости, баловство. Кому-то нравится, кому-то нет.
— Я не понимаю этого…
— Я рада, что ты не поощряешь их увлечения. А еще есть орки. Гниль на фоне всего мира. Странно, что у вас есть в компании такой. — она указала на мертвого орка, стоящего у двери, охраняющего меня.
— Он безобиден.
— Потому что мертвый? — улыбнулась она, — Всем бы оркам червей кормить…
Я не стал говорить о том, что являюсь, в некотором роде героем в племени зеленокожих, но суть ее недовольства по отношению к этой расе — понимал. А судя по ее рассказам, эта странная община — существовала везде, где только можно.
Они получали от города финансирование, нихрена не работало и только качало права.
Насчет последнего я еще сомневался, но насчет всего остального…
— Почему вы мне ничего не можете сказать про первородных? — я, наконец, задал самый волнующий меня вопрос.
Но глядя на недовольную мину, чуть приуныл. Ну, неужели мне никто не скажет⁈