Страница 58 из 78
Глава 20
Я пил какой-то древний чай «Ява», который на вкус оказался редкостным дерьмом. Правда, старик смаковал так, что я просто из принципа и некоего уважения к «наследию» допил это пойло.
Получил легкий эффект головокружения, с чего решил, мол, меня отравили, но при странной фразе: это просто эффект чефира; успокоился.
В целом, отпустило через полчаса.
Тем временем из другой, более высокой белой коробки, некромант достал странные булочки, из-за запаха которых я просто не рискнул пробовать на «зубок», а вот он опять же — праздновал.
— Если не секрет, сколько этой еде лет? — я мимолетом оглядел шкафчики с посудой в причудливом синем узоре.
— Больше пяти веков.
— И не испортилось? — вот тут я сразу понял, почему мне так дурно стало.
— До что готовилось в нашей старой стране, не испортится, — сухо ответил он, хотя по его глазам было видно, как ему поперек горла встал сухой как камень, зеленоватый кусок заварного крема.
Ух, что-то мне дурно стало уже от его зеленого лица. Улыбнулся, но не стал комментировать.
Тут, когда старику стало легче, он перестал выделываться «древностью», пошел рассказ об истоках.
Лет так шестьсот назад, а, может, и пятьсот, если судить по «заварной булочке», на месте континента была одна, великая держава и полсотни мелких. Название державы, правда было сомнительным. Какой-то там союз.
Все вокруг боялись этой страны, все пресмыкались и прочее, все республики жили в золоте и кефире. Но пришел злой дядя с усами из страны Пендостан и каким-то ядерным вооружением, отчего открылся разлом внутри планеты. Полезли злые существа, магию которых было не перебить, и начался настоящий апокалипсис.
Правда… он в своем рассказе как-то прошел мимо стен, как строилось общество и так далее, хотя я это уже слышал и вернулся к главному. К божественным коробкам — артефактам. Мол, это некое дарование богов, которые перестали гневаться на всех нас.
По мне, так… бред это все, но он слишком сильно в это верил.
— А откуда тогда все это? — я рукой обвел технику на кухне, — Где вы берете знания?
Когда он показал пальцем на свой лоб, я покачал головой. Мол, старик, мне-то не звезди. Но жест был понятен, он понурил плечи и все же рассказал:
— Что-то передается из поколения в поколение, что-то находится в старых, подземных городах, что-то дает само божество.
Ну, насчет божества я не сомневался, все те же «камни», «свитки», «шкатулки», да и сам автомат в моем кольце — тонко намекали на силу всевышних, а вот про подземелья и подземные города мне стало интересно.
Да и рассказывал он очень красочно. Тут я начал задавать вопросы про расы, и тут же — присвистнул.
— Как это раньше никого подобных не было?
— Ну… магия была, но и проявлялась она не так сильно, как сейчас. Все же, технологии заменили наши корни. А когда появился разлом и все вокруг было уничтожено, а выжившие спрятались в катакомбах, то… ну, сам понимаешь. Век заточения под землей — сблизил людей с природой. А когда они вышли, уже были все эти сказочные твари.
— Поэтому в твоем «городе» нет ни одного представителя другой расы?
— Да. Дикие — исконные жители планеты. И они презирают остальное.
Я не стал ему рассказывать про то, что спас целую общину орков, и даже стою у них в почете, а то кто знает, что его в лоб клюнет. Также при слове о «расах», он странно вскинул руку вверх. Что это означало — я не стал расспрашивать.
— И как люди прижились?
— Ну, как видишь. Наступая себе на горло. Правда, именно люди спасли большую часть всего этого сброда от нового мира и новых опасностей. И лишь самые древние представители, по большей части эльфы: светлые-темные, да демоны с драконами — знают, откуда они пришли и для чего. Мне довелось общаться лишь с представителем великого рода Ктулху.
— Это еще что такое? — его названия и термины были для меня…
Ну, как ребенку двух лет рассказывать, что такое астрономия и математика.
— Великий водный бог. Пространственный бог. Во времена наших предках поклонялись ему. Юные девицы поклонялись его щупальцам, сношаясь с тентаклями, чтобы породить ему армию, а юнцы вступали в его морские войска.
— Любопытно, — хмыкнул я, — И что он тебе рассказал?
— Мне — ничего. Но тонко намекнул, что все они — не отсюда, и никогда здесь не жили. И виной тому — разлом, который открыл портал и принял в себя жителей другой умирающей планеты.
И тут появился еще и я. Попаданец из другого мира. Все сходится, правда… звучит как-то слишком глобально. Пятьсот лет на полное перестроение общества? А почему бы и нет…
— Сколько тебе на самом деле лет?
— Сто пять, — грустно улыбнулся он, — По меркам некромантов, которых я знаю — я еще юн. Слишком. Но моих знаний — хватит, чтобы построить еще один такой город и подарить ему жизнь.
— Давай честно, — я скрестил руки на груди, чуть наклонив голову, глядя на этого старого проныру, — Тебе же наплевать на них всех? Верно?
— Это… — он было хотел сказать «не так», но мы-то понимали правду. — Не совсем, правда.
— Однако. Тебе нравится, что тебя считают наследником древних. И, судя по всему, если такие же, как ты у власти в таких маленьких городах, то никакого наследия и нет. Да, вы несете память и почтения забытым технологиям, но делаете это так…
Я замолк, пытаясь подобрать правильные слова.
— Выставляете себя богами. Хотя сами — лишь подсмотрели что-то у друг друга. Где-то что-то нашли. А в город за стены не ходите, потому что там есть такие же по характеру люди, как и вы. Правда, их больше и они хитрее.
Он ничего не ответил. Лишь сжал бледноватые губы и почесал легкий намек на усы под носом.
Спать в его доме я отказался. Во-первых, меня смущали звуки за стеной на кухне, а там, очевидно, кто-то скребся, да, причем, и не один, ну и во-вторых… я и сам в некотором роде некромант. С учетом его способностей я не хотел проснуться от удушения трупа.
Поэтому я спал в скромной квартирке Алисы. Точнее, временно туда переехал.
Фактически планировка была весьма скудной. Длинный коридор как в любой таверне, который приводил не к окну, а в зал. Три комнаты, кухня, и ванная с туалетом в какими-то обшарпанными однотонными фресками.
Хотя назывались они иначе — обои. Смешно, но не акцентировал на этом внимание. А вот кровать… была в разы ужаснее, чем моя, родная, в таверне Валентины Ивановны…