Дверь

Глава 9

Блейк

Я уставился на причудливую картину за спиной бармена, и никак не мог понять, что на ней изображено. Золотистая состаренная рамка переливалась в приглушенном свете софитов и отводила от себя яркие золотистые лучи. Она перехватывала все мое внимание, но я героически возвращался к разноцветному пятну в центре полотна.

Сделав глоток обжигающего виски, я присмотрелся к картине еще раз.

– Собака или лошадь? – задумчиво спросил я.

Некое существо действительно отдаленно напоминало кого-то из семейства парнокопытных, но если прищуриться, то нечто вполне могло сойти за русскую борзую.

– Ставлю на собаку, – донесся тихий насмешливый голос. Я оторвал взгляд от картины и взглянул через плечо на потревожившую меня девушку.

Майя.

Ее пальцы постукивали по столешнице барной стойки, в слабом свете зала лисьи глаза казались не зелеными, а карими. Волосы были распущены, и пара светлых прядей спадала на ее щеки. Майя вырядилась в короткое черное платье, лямки его были сделаны из маленьких серебряных колечек и прозрачных кристаллов.

Должно быть, жутко неудобно, но она не подавала виду.

– Я присяду? – спросила подруга, одновременно занимая барный стул рядом со мной. Ее движения были неловкими, Майю немного пошатывало. Это не бросалось в глаза, но я слишком хорошо знал ее, и мог это заметить. Обычно грациозная как лесная лань Майя, сегодня была неуклюжа и рассеяна, как барсук после спячки.

– Ты уже присела, – усмехнулся я, и одним движением допил весь оставшийся в стакане алкоголь. Затем опустил влажный от конденсата стакан с громким стуком на деревянную поверхность барной стойки и подозвал бармена.

– Энди, – прочел я имя на его бейджике, – повтори, а для девушки мартини.

Парень кивнул и принялся за мой заказ.

Лицезрение тощих костлявых тел – не то, как я мечтал провести вечер пятницы. Мне хотелось побыть дома в одиночестве. Однако Одри так активно зазывала всех на ее показ, что я решил сходить. Но уже сидя на своем месте в зале, с большим подиумом по центру, я понял, что те, кто находят подобные мероприятия интересными и развлекательными, явно никогда не занимались чем-то веселее игры в бинго³.

После показа мы все пошли на афтепати.

Знаменитых лиц здесь было много. Поэтому Одри сразу отправилась фотографироваться с разными приглашенными гостями: моделями, дизайнерами, артистами и даже спортсменами.

Кайл решил, что этот вечер пройдет еще лучше, если он подыщет себе какую-нибудь модель, поэтому сейчас он слонялся по залу бара и выискивал свою жертву.

Я сразу занял место за барной стойкой, чтобы выпить чего-нибудь расслабляющего, но в этот раз в разумных количествах, а сейчас ко мне присоединилась и Майя.

Интерьер зала казался мне причудливым. Темные стены украшало бесконечное множество картин, все они были абсолютно разными, можно было заметить природу, животных, некие абстракции и многое другой. Хотя с животными я погорячился.

Взгляд скользнул к той самой картине, где была нарисована не то лошадь, не то собака.

Кажется, ее рисовали ночью, в сильном алкогольном опьянении.

– Ты подумал насчет приема Лоусонов? – спросила Майя. Официант протянул ей ее мартини, а передо мной поставил стакан с виски.

Я нахмурился из-за ее вопроса, разглядывая маленькие кубики льда все еще бьющиеся о стеклянные стенки стакана.

– Я не пойду, – отрезал я.

Почти две недели назад мне доставили приглашение на прием в честь передачи компании Лоусону, такое приглашение пришло и моему отцу. Компания Джефферсон занималась строительством пары объектов для Лоусонов. Видимо организаторы мероприятия понятия не имеют, какие у нас отношения с Эриком, иначе не пригласили бы.

– Там на одного? – с любопытством в глазах спросила Майя.

– Пригласительный и плюс один, – безразлично ответил я. – А что, хочешь пойти?

– Почему бы и нет, давай сходим? – живо предложила она.

Я повернул к ней голову и вскинул брови.

Мне показалось, что это было что-то вроде насмешки, но Майя не шутила.

– К Лоусонам? – изумился я.

В голове, словно кинолента проигрывались события из моего прошлого, год назад мой кулак столкнулся с лицом Эрика. А после он вмазал мне. И скажу, что удар у бывшего друга был неплохой.

Человек, которого я считал другом, которому доверял, с которым делился многими вещами своей жизни, обманывал меня. Понятия не имею, для чего ему это нужно было, какая выгода Эрику подыгрывать Хэтфилд?

Хотя сейчас мне это уже и не интересно.

– Думаю, вам с Эриком нужно поговорить, – сказала Майя.

– Он лжец, – бескомпромиссно отрезал я.

Блондинка снисходительно улыбнулась и накрыла рукой мое плечо.

Я окинул взглядом ее лицо, сейчас мне удалось рассмотреть его получше. Как всегда, длинные черные ресницы, розовые губы, и бледные щеки, а еще безграничная тоска и грусть в глазах.

Она проплакала несколько дней, пробыла в бессоннице и того дольше. А еще заливала в себя литры кофе и нервно поглядывала на сигареты каждый раз, как замечала их у меня в руке. Но сейчас она не хотела их отнять у меня, наругаться и растоптать их, ворча о вреде курения, как она могла сделать раньше, нет. Сейчас в ее глазах была настойчивая потребность в никотине.

Думаю, Майя готова была пойти на что угодно, чтобы заполнить разрастающуюся бездну в ее груди.

Хотелось мне за это прибить Джима. Напомнить ему, как отчаянно он добивался ее внимания в колледже, и как жестоко поступил с ней сейчас. Но разве я мог? Нельзя влезать в чужие отношения иначе окажешься крайним. Да и Майе он не нужен. Она будет куда счастливее без него. Нужно только подождать и ее сердце справится.

Мое же справилось.

Наверное.

– Кто из нас без греха? – спросила она, намекая на то, что я должен помириться с Эриком.

– Это другое, Майя. Он знал, кто такая Джоанна на самом деле, но не сказал мне, какой он друг после этого? – вспылил я.

Майя покачала головой.

– Он же говорил, что узнал совсем недавно.

– Это ничего не меняет.

– Меняет. Ты не знаешь, почему он молчал, – сказала она. – Вдруг он решил не вмешиваться в ваши отношения. Или хотел, чтобы Селеста сама призналась. Здесь никто не виноват кроме нее.

Селеста.

Слыша это имя, и вспоминая, кому оно принадлежит, меня каждый раз передергивало.

– Он знал о ее настоящих мотивах, Майя, он знал, что Джоанна просто лгунья, решившая провести меня.

– А вдруг он не знал? – настаивала она. – Об этом не было речи, Блейк. Да и потом, вы же друзья. Разве эта мелочь стоит ваших отношений? Во всем виновата только эта девчонка.

Виновата была не только она. И это озарение снизошло на меня совсем недавно.

Я лгал, Джоанна лгала, Эрик лгал. Все лгали, и могло показаться, что мы были в одинаковой ситуации, но из нас троих я пострадал сильнее.

– Как всегда посланница небес, – фыркнул я, наблюдая за тем, как Майя собирает свои волосы в низкий хвост. После расставания с Джимом она приняла решение постричься, и теперь ее светлые волосы доставали лишь до плеч.

– Я просто ангел, – с сарказмом в голосе пропела она.

С моих губ сорвался смешок.

– Тот, кому достанется этот ангел – настоящий счастливчик.

Лицо Майи мгновенно погрустнело.

Черт.

Джим бросил ее, так как счел слишком навязчивой. Он сказал ей, что ему нужно больше пространства вдали от нее. Раньше они ни на секунду не отлипали друг от друга, и по моим наблюдениям это устраивало их обоих. Поэтому отговорка Джима о том, что ему нужно пространство – дерьмо собачье.