Страница 93 из 133
* Зиновьев А. Зияющие высоты. М., 1990. Т.1; Социальная философия А. Зиновьева // Вопросы философии. 1992. № 11. С. 33-56.
** Гилинский Я. И. Девиантное поведение в Санкт-Петербурге: на фоне Российской действительности эпохи постперестройки // Мир России. 1995. № 2. С. 127-128; Гилинский Я. И., Юнацкевич П. И. Социологические и психолого-педагогические основы суицидологии. С. 49-52.
В результате оказалось возможным выделить, конечно же условно, четыре группы стран: с низким показателем соотношения уровня смертности от убийств и самоубийств (0,03-0,10) и, соответственно, высокой степенью «цивилизованности» при низкой «социальности» (Австрия, Венгрия, Дания, Норвегия, Франция, ФРГ, Швейцария, Япония и др.); со средним показателем соотношения уровня смертности от убийств и самоубийств (0,11-0,39) и средней «цивилизованностью – социальностью» (Болгария, Греция, Канада, Польша и др.); с высоким показателем рассматриваемого соотношения (0,40-0,99) и низкой «цивилизованностью», высокой «социальностью» (Аргентина, США, Уругвай и др.); с очень высоким, экстремальным показателем (> 1,0). Последний тип означает либо очень низкий уровень «цивилизованности» при очень высоком уровне «социальности», либо наличие в стране экстремальных политических условий, включая состояние войны (Мексика, Пуэрто-Рико, Эквадор и др.). Некоторые данные приводятся в табл. 12.17.
Таблица 12.17
Соотношение уровней (на 100 тыс человек населения) смертности от убийств и самоубийств в некоторых странах
Источник: World Health Statistics. A
Динамика рассматриваемого показателя в России представлена в табл. 12.18.
Таблица 12.18
Соотношение уровней смертности от убийств и самоубийств в России (1988-1994)
Год
Уровень убийств
Уровень самоубийств
Ушвень убийств
Уровень самоубийств
1988
9,7
24,4
0,39
1989
12,6
25,8
0,49
1990
14,3
26,4
0,54
1991
15,2
26,5
0,57
1992
22,8
31,0
0,74
1993
30,6
38,1
0,80
1994
32,3
41,8
0,77
Нам кажется весьма примечательным, что обнаруживается некая печальная преемственность высокого (и все увеличивающегося) показателя «социальности» (нецивилизованности) в России последних лет (см. табл. 12.18) и удивительного для тогдашней Европы превышения количества и уровня самоубийств над самоубийствами в России еще в 1825-1831 гг., а также в славянских землях Австрии (Далмации, Иллирии, Семиградской области)*. Впрочем, это уже предмет специальных исследований.
* Веселовский К. С. Опыт нравственной статистики в России. С. 35-36.
Отметим также, что в Санкт-Петербурге, начиная с 1993 г., рассматриваемый показатель превысил 1,0 и город оказался в числе экстремальных территорий (1985 – 0,32; 1987 – 0,28; 1989 – 0,43; 1990 – 0,45; 1991 – 0,54; 1992 – 0,81; 1993 – 1,15; 1994 – 1,25; 1995 – 1,14; 1996 – 1,12; 1998 – 1,11; 1999 – 1,0; 2000 – 1,05)*.
* Ежегодник: Основные показатели демографических процессов в Санкт-Петербурге и Ленинградской области.
Рост уровней убийств и самоубийств в России, резкое увеличение и значения интегрального показателя социальной патологии и индикатора цивилизованности/социальности лишний раз свидетельствует о глубочайшем и всестороннем (тотальном) кризисе современной России, заставляя еще и еще раз задуматься о причинах происходящего и путях выхода из кризиса. Нельзя не согласиться с Д. Д. Богоявленским: «Пока политики спорят о том, как россияне реагируют на реформы, те все чаще избирают крайние варианты ухода от действительности»*.
* Богоявленский Д. Д. Российские самоубийства и российские реформы. С. 77.
Глава 13. «Отклонения» в сфере сексуального поведения
Уничтожьте проституцию и
всюду воцарится безнравственность!
Фома Аквинскип
§ 1. Общая характеристика
Человеческая сексуальность всегда была сферой повышенного внимания религиозных и светских властителей дум, полем борьбы представлений о дозволенном и недозволенном, «нормальном» и «девиантном». К XXI в. страсти, казалось бы, утихли, возобладала толерантность к различным проявлениям сексуальности. Занятие проституцией, добровольный гомосексуализм взрослых партнеров в большинстве цивилизованных стран перестали быть предметом уголовного и административного права. Все большее количество стран и людей выступают за сексуальный плюрализм*. Сама сексуальность, стремление к сексуальному удовольствию постепенно освобождается от обязательности чувств (любви), институтов (брака) и функций (репродуктивных)**.
* См.: Рэйс А. Сексуальный плюрализм: Покончить с сексуальным кризисом в Америке // Социология сексуальности: Антология / Под ред. С. И. Голода СПб 1997 С. 49-63.
** См.: Бежен А. Рационализация и демократизация сексуальности // Социология сексуальности. Антология. С. 14-19.
Однако, во-первых, еще далеко не все светские и тем более религиозные государства встали на аболиционистский путь. Во-вторых, общественная мораль не всегда толерантна к «разврату», понимаемому подчас очень широко. В-третьих, появляются все новые и новые борцы за «нравственность». Так, с точки зрения некоторых вполне современных феминисток, все сексуальные отношения должны быть строго регламентированы и осуществляться только на договорных началах. Антиохийский кодекс, разработанный Антиохийским колледжем (штат Огайо), в частности, требует от мужчин: «Вы должны получать согласие на каждой стадии процесса. Если вы хотите расстегнуть на ней блузку, следует спросить разрешения, если хотите потрогать груди, следует спросить разрешения» и т. д.*... Американская Национальная ассоциация женщин (NFA) – ведущая феминистская организация США хотела ввести Антиохийский кодекс по всей стране, но большинство американцев высказались против этого.
* Цит. по: Брюкнер П. Новая война за самоопределение // Иностранная литература. 2003. № 6. С. 240.
Недалеко ушли отечественные радетели «чистоты нравов» из Государственной Думы, внося все новые проекты о законодательном запрещении занятия проституцией, об уголовной ответственности за добровольный гомосексуализм взрослых партнеров, об «усилении борьбы» с порнографией (правда, никто еще не дал ей научного или легалистского определения), о запрете эротической кино- и телепродукции и т. п. При этом они забывают печальный отечественный и зарубежный опыт массового прогибиционизма («запретительства»), в частности, эпохи гитлеровского и сталинского тоталитаризма.
Нетерпимость к любым отклонениям активно насаждается тоталитарными режимами, чье господство возможно лишь при тотальном единстве населения, в условиях подавления всякого инакомыслия и инакодействия. Эталоном нравственности и правильности поведения служит мораль Вождя, Фюрера – человека в действительности ограниченного и нетерпимого к проявлениям неординарности, оригинальности, индивидуальности. И Гитлер, и Сталин были нетерпимы к любым «отклонениям» как в области искусства, духовной жизни, так и во взаимоотношениях между полами, осуществляя вмешательство государства в сферу сугубо личных, сексуальных и семейных отношений. Нацистские законы о «чистоте расы» (арийской крови) и сталинские законы «об укреплении советской семьи» (в частности, Указ Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г., установивший громоздкую бракоразводную процедуру, запретивший под страхом уголовной ответственности аборты, узаконивший институт «незаконнорожденных» детей и пустивший в оборот кличку «мать-одиночка») при всех различиях едины по сути – они устанавливали государственное регулирование сугубо личных отношений.