Страница 5 из 11
– Как успехи? – Поинтересовался Гарибов.
– Поговорил с Коростецкой.
– Что выяснил?
– Вахтанг, дорогой, – с грузинским акцентом произнес Олег. – Мне велено было поговорить с ней, и я поговорил.
– А если серьезно?
– У девушки погиб муж, умер в объятиях любовницы. И девушка до сих пор не может прийти в себя. Такой правильный, идеальный человек умер так нелепо и даже с позором. Выпивали в гараже, задохнулись выхлопными газами.
– Понятно.
– У девушки горе. Ее можно понять… Какой-то сегодня день паршивый, а ведь он только начинается.
– Денек, говоришь, паршивый? – Вахтанг принялся перелистывать подшитые в папке документы. – Тут еще одна новость подоспела. У Асламбека Гайчаева сына отравили, умирает мальчишка. – Олег к его сообщению остался равнодушен. – Но не это главное. Перед этим пацана похитили, и отцу вернули за очень… очень большие деньги.
Олег подошел к окну. В этот момент он стал похож на потомка погибшей расы: лицо словно окаменело, взгляд ожесточился, и во всем его облике проявилось что-то нечеловеческое.
– Сейчас эта сволочь весь город перевернет, – негромко произнес он.
Олег смотрел на симпатичную девушку, сидевшую возле его стола, и понимал, что она действительно «не при делах». Такое и в страшном сне не приснится. «Впрочем, поделом и ей, – через мгновение решил он. – Видно, падка на денежки, что бы сейчас не говорила».
С ее слов выходило, что она просто хотела завести друзей среди таких же, как и она, недавно переехавших в город. Олег усмехнулся про себя: хорош друг, ее же начальник, пардон, хозяин, мерзавец, каких еще поискать.
– Значит-ся, Марина Яковлевна, – бодро, словно уже доказал ее вину в этой мясорубке, сказал Семенов. – На фотографии никого не узнаем?
– Рахимова я узнала, – Губина вдруг покачнулась, но тут же выпрямилась и посмотрела на Олега. Даже отвечая на вопросы Вахтанга и Семенова, она смотрела только на него, словно ждала помощи. – Он здесь моложе и не похож на себя, но узнать его все-таки можно.
– А этого человека вы узнаете? – Михаил показал ей цветной снимок с группой ребят в спортивных костюмах. – Вот этого, – он постучал ногтем по физиономии рослого, мордатого парня.
– Нет, этого человека я не знаю.
– Ну, как же так?! Как же так, Марина-свет-Яковлевна? – Проворковал Семенов. Олег покосился на него и незаметно покачал головой. – С этим человеком вы столкнулись лицом к лицу в клубе, – продолжал по-голубиному ворковать Михаил. – Это и есть кровавый Джейсон, собственной, так сказать, персоной.
Перед глазами у Губиной снова качнулось. Пронеслась перед глазами размалеванная рожа паяца в костюме забомжевавшего средневекового палача, в ушах всколыхнулся вздох электрического рейва. Она увидела лоснящееся от пота, самодовольное лицо Рахимова с потухшей сигаретой в углу рта.
– Значит, Жильцова не узнаем, – уже нормальным голосом подытожил Семенов. – Так и запишем: «Жильцова Виктора Сергеевича на предоставленном снимке свидетель не опознала».
– А как вы завели с Рахимовым дружеские отношения? – спросил Вахтанг.
Сегодня они решили отдать пальму первенства Михаилу, лишь слегка корректировали допрос время от времени.
– Что вы имеете в виду под дружескими отношениями?
Вахтанг понимающе улыбнулся:
– Марина Яковлевна, как сейчас выясняется, такому человеку, как Рахимов, можно было не работать. А он вместо того, чтобы тратить деньги, начинает совершенно неприбыльное дело.
– Знаете, как-то это все несерьезно, – вставил Михаил.
Вахтанг снисходительно посмотрел на него.
– Ну и ну, – Олег снова покачал головой.
– Насколько нам известно, работать у него вы начали не так давно…
И снова она принялась рассказывать о том, что просто хотела найти друзей среди тех, кто недавно перебрался в этот город, что вместе им было бы легче обосноваться здесь.
– Да, конечно, – кивнул Семенов. – Рахимов родом из Копейска, вы тоже приезжая.
Олег подошел к окну. Было начало пятого часа. Утро. Вдоль дороги мерцали уличные фонари. За спиной размеренно бубнил Михаил. Голос Губиной то затихал (смирялась она со своим положением, что ли?), то вдруг накалялся и становился звонким и сильным от внутреннего напряжения. «Нет, – пришел к окончательному выводу Олег, – она к убийству не причастна. Вообще, никаких проблем, формальностями занимаемся! Убийца застрелен на месте преступления охраной. Осталось только уточнить мотивы, подтолкнувшие Жильцова на такие действия… Надо полагать, деньги…»
– Хорошо, Марина Яковлевна, – произнес он вслух, вклинившись в короткую паузу во вдохновенном монологе Семенова. – Вы можете идти. Внимательно перечитайте свои показания, ознакомьтесь с подпиской о невыезде. Если что-то не так, поставьте об этом в известность Михаила Андреевича.
Семенов протянул ей протокол допроса. Губина положила его перед собой и принялась медленно перечитывать. Олег посмотрел на часы.
Наверно, он задремал, потому что от резкого телефонного звонка вздрогнул и проснулся:
– Костырев слушает.
– Олег! – Он не сразу узнал голос Любарского из экспертной группы. – Для тебя есть новости.
– Хорошие или плохие?
– Это тебе решать. Я насчет убийцы из этой забегаловки. Дело в том, что это не Жильцов. Опознали его по документам из одежды, оставшейся в гримерной. Но это не он. Очень похож на Жильцова, но не Жильцов. Мы сняли отпечатки пальцев, сравнили их с архивными данными. – Олег кивнул, в свое время Жильцов получил срок за налет и грабежи. – Это не он. Личность сейчас выясняем. Если что-то прояснится, сразу сообщу тебе. Салют!
– Салют, – Олег положил трубку на рычаг. В его ушах все еще звенел голос Любарского.
Вахтанг смотрел на него с любопытством. Без интереса смотрела Губина, в ее глазах плавала смертельная усталость. Михаил с мурлыканьем выписывал ей пропуск.
– Вот, Марина Яковлевна, теперь вы свободны, – он протянул ей документы. – Вас проводить?
– Нет, спасибо. Не нужно.
Михаил все же проводил ее до дверей. Вахтанг вытащил из кармана сигареты и закурил.
– Кто звонил? – он посмотрел на Олега.
– Это не Жильцов, – Костырев облокотился на стол и помассировал виски.
– Как это не Жильцов?! – громко спросил Михаил. Он чувствовал себя в ударе.
– Не знаю, – покачал головой Олег. – Провели дактилоскопическую экспертизу. И оказалось, что это совсем другой человек.
– Ну и ну, – пробормотал Вахтанг и покосился на Олега.
– Как же у него оказались чужие документы? – с обидой в голосе спросил Михаил.
– А вот это нам и предстоит выяснить, – Олег встал и снова подошел к окну. – На лицо преступный сговор, вот как я это понимаю.
Вахтанг в сердцах выругался.
– А как все хорошо складывалось, – пробормотал Семенов. Он выглядел самым разочарованным.
По дороге в сороковую больницу они перекусили в «Горнице», в кафе с подачей спиртных напитков. Кроме них здесь было двое осоловевших от собственного уныния пьяных субъектов. Михаил проворчал в их адрес что-то раздраженно и утешился сотней граммов «Столичной». Олег с Вахтангом ограничились минералкой.
– Довольно странная девица эта Губина, – задумчиво произнес Михаил.
– Отчего же? – спросил его Вахтанг, без интереса ковыряясь в своей тарелке. Последнюю неделю он почти не ел – давал о себе знать невроз желудка.
– Ну, как же, как же, – Семенов побарабанил пальцами по столу. Он явно не знал, что сказать. – К примеру, эта ее манера…
– Сдается мне, что она тебе приглянулась…
– Ладно, вы посидите тут, а я перезвоню Любарскому. – Олег подошел к стойке бара. – Позвонить от вас можно?
– Пожалуйста, – девушка с бейджиком: «Елена» протянула ему телефонный аппарат.
– Валентин Эдуардович, – сказал Олег, когда на другом конце провода сняли трубку. – Это Костырев. Больше ничего не выяснили?
– Нет, Олег Дмитриевич, по отпечаткам пальцев труп идентифицировать не удалось.