Страница 45 из 91
Поэтому дома меня стали пытать девичьими влажными глазками и жалобно-просящими интонациями. Образ «девочки в беде», мимо которого ни один уважающий себя мужчина мимо не пройдет. Умом я понимал: они, скорее, «девочки беды». Несут объемное разрушение спокойствия, звукоагрессивную среду и массовую аннигиляцию любых сладостей. Но сердечко глупенькое ёкало.
— Вы, две наглые архонтки земли и ветра, — сказал им устало-пафосно, — вы должны помогать человечеству, а не забирать у него последнюю надежду!
— У тебя портал в шкафу стоит! — выдала новейшие исследовательские разработки «архонтов» Риса, — а ты еще нас обзываешь!
— Архонты боги стихий, глупенькие — поймал их на незнании, — как можно доверить заклятие портала таким несмышлёнышам?
Они взъярились и стали дружно уверять, что умнее их никого на белом свете нет. Ха-ха, сейчас проверим.
— Сын отца авантюриста подрался с отцом сына авантюриста. Сам авантюрист в драке не участвовал. О чем я только что сказал? Переведите на нормальный семейный язык отношений. — загадал им головоломку. — Как справитесь, портал в ваших лапках.
Они засопели, запереглядывались, погрузились в тяжкие раздумья. На полчаса стало тихо. Я успел поесть, благодушно развалиться на софе, покряхтывая под умелыми ручками Каи.
К нам заглянула Сура, успела только поздороваться, как мелкие опутали архонтку огня своими щупальцами и уволокли в уголок, где стали пытать.
— Сура может справиться, — озабоченно сказала Кая, пощипывая плечи, — мне минут пять хватило.
— Не сейчас, — откликнулся я, — ей еще бы в себя прийти от их напора. Нельзя же так сразу людей трясти: плоды раздумий не падают в результате столкновений нейронов головного мозга. Нужен другой возбудитель.
Она наклонилась ближе и куснула меня за плечо. Игриво и возбудительно.
— Умпф, — выдохнул я, переворачиваясь и притягивая к себе красотку, чувствуя на лице щекотку огненного шелка волос, — это вообще все нейроны убивает.
Здесь бы целоваться и ворковать друг другу всякие глупости, но набежала мелкая банда.
— А как бы архонты начали выполнять трудную задачу? — спросила Верлита.
— Да, что они делают, когда перед ними возникает огромная проблема? — вторила ей Риса.
Чувствуется Сура просто перевела стрелки обратно. Но в эту игру можно играть бесконечно.
— Архонты, специализированные мастера магии, вроде архимагов. — бодро начал я. — Это крутые волшебники великого королевства из старинных преданий Геншин Импакт. Вся их философия сводится к одному: видишь проблему — танцуй. Красивые танцы всегда в моде: укрепление тела, хорошее настроение, всё это разгоняет мыслительные процессы. Магичить становится весело, думать не напряжно. Сейчас вам покажу начальный танец.
Я вытащил гитару и сыграл балийских бандитов «Roll 'n Rock». Попытался. Синтезатора у меня нетути, не говоря о компьютере. Но основной мотив изобразил, даже ритм отбил на деке и обечайке. Музон-то вирусный, танец кокетливый: все соцсети были забиты роликами под эту композицию нидерландской группы. Особенно персонажами из геншин импакт.
Показал им как надо двигаться, поиграл еще, даже Кая соскочила и присоединилась к танцевальной группе. Еще полчаса потренькал. Устал и мне милостиво дали отдохнуть пять минут. На этом «перекуре» ко мне присоединилась Аиша, присела рядышком на софу. Я сразу свалился на её коленки.
— Представляешь выдумал королевство и немного сеттинга к нему, а все уже поверили, рады и танцуют. — похвастался ей. — Как мало счастья нужно детям!
Она отрешенно погладила меня по волосам.
— А в чем счастье Джерка Хилла?
Я не задумывался ни секунды.
— Счастлив тем, что целовал я женщин Каю мял, Аишу жамкал на траве А вот ваш задротский Импакт Геншин Обходил за милю, даже две!
— Любишь ты паясничать, королевский наместник Джерк Хилл. Никогда не устанешь.
Её странное поведение слегка напрягало. Неужто переиграла и решила выйти замуж за Гэлреса Эсванийского? Эй! За такое сразу в расфренды, на свадьбе даже не жди.
— Ушталь, совсем ушталь, — признался ей, — скорее бы уже на волю в пампасы. Бодрящий рёв монстров. Прыжки с уклонениями за деревья. Суетливое копание во внутренностях чудищ, чтобы вытащить дорогие ингредиенты. Блеск золотых кругляшков на ладошках. Небось у самой пяточки свербят, прибить какого монстра, признавайся.
Но Аиша, обычно падкая на любой кипиш, была слегка задумчива.
— Я принцу палец сломала, — исповедалась мне принцесса, в неожиданном повороте событий.
Мне конечно было интересно, как она в картинной галерее время с Гэлресом провела. Однако такого развития событий я точно не предполагал. Но очень обрадовался, что дело не в другом.
— Ой, а что случилось? — преувеличенно бодрым тоном, призвал её поделиться секретом пылкой прогулки в галерее. — Принц увидел картину с твоим изображением и начал тыкать в неё пальцем со словами «вот она, на ней я женюсь!» Холст оказался крепче его планов?
Заставил её выйти из задумчивости, заулыбалась.
— Он с утра решил разбудить меня под звуки виолончели, — объяснила принцесса и слегка покраснела, — прервал мой чудный сон. Спросонья даже не поняла, что этот чудик, в зеленых штанах в обтяжку, принц. Зафигачила водой и приказала страже взять их. Ты кстати зачем ему фингал обещал?
— Метод современной инсталляции. — отбоярился от глупого вопроса, попутно негодуя на предательского курьера. — Лицо принца, в обрамлении искусно расставленных синяков, соберет больше просмотров на балу. Вечеринку же наверняка закатят в честь его эсванийского высочества?
— Это да, — согласилась она, — только не факт, что я на балу буду. После галереи маменька со мной в покои отправилась и давай выспрашивать, как я справляюсь вдали от тебя. Насколько мне трудно, что она меня понимает и всегда выслушает. Вообще, как родители они с Шайредом во мне уверены и всегда идут навстречу. Потом сказала, что в Белом лесу нашли нового монстра: восьмиглазая, зубастая, четырехногая тварь серого окраса. Авантюристы отделения деревушки Хренище Сосновое вступили с ней в бой, но та, заполучив ранение, сумела сбежать.
Хренище Сосновое — большое село между владениями графа Ловулина и барона Дергази, рядом с самурским трактом. Населенный пункт километрах в сорока от Самура. В простонародье его Соснохренкой называли.