Страница 17 из 91
— Хм, — позволил себе небольшую освежающую утреннюю колкость, — неужели ваш вчерашний конкурс в серпентарии так поздно закончилась? Где победная лента с надписью «Королева»?
Она спросонья поняла только слово королева и испугалась потенциального обвинения в измене. Шарахнулась со страхом, но Аиша не отрываясь от изготовки статуи Всеобщего предка, протянула ей левый кулачок, который Сура почтительно стукнула своим и моментально воспрянула духом.
— Я девушка вольная, но занятая, — с достоинством выдала она, — работаю даже в сне, постоянно самосовершенствуюсь, встаю как совершенства наберусь.
Рабочий с ломиком, примерившись к брусчатке, с грохотом обрушил свой снаряд на мостовую. Двое коллег его поддержали. Сура подпрыгнула.
— Что это тут происходит? — спросила она с недоумением.
— Копаем общую могилку, — сообщил ей, — я решил начать Новый год с массовых казней. Все нарушители трудовой дисциплины будут показательно захоронены под камнем площади.
— Ха-ха-ха, — натужно засмеялась она, — выдумаешь тоже.
Но я сделал каменное лицо, а Аиша слышавшее всё, отреагировать не могла, до окончания каста. Джиро подыграв мне, скорчил покерфейс исполнительного чиновника. Скажут ёлку посадить — посадит. Скажут бетоном младенцев залить — побежит в гильдию каменщиков откат высчитывать.
— Ну, я готова, — бодро сказала Сура, — прям бушует энергия, кипит во мне всё от желания славно поработать. С чего начнем?
— Охраняешь её высочество вместе с Джиро, — строго приказал ей, — от всяческого любопытства и внимания.Я с Рисой к кузнецу схожу, трубы сделаем.
Засунув пластины в инвентарь, взял печальную Рису за ручку и пошел выполнять задуманное.
Рисина тоска продержалась недолго. Может кто бы подумал — вот жадная девочка, за манго убивается, но я видел глубже. Не было во мне никаких сомнений: она бы с Верлитой обязательно поделилась по-сестрински. Просто есть момент: вы как человек, выполнивший трудное задание, заслуживший публичное поощрение, протягиваете бескорыстно своей сеструндии половину награды, набивая себе очки уважения или непублично на застолье одиночном жуете вместе. Расход один — результат не одинаков. В именно таких терминах Саитана себе может и не представляла деятельность, но девчулей росла хитрой.
По пути она поняла: раз мы вместе идем к Исхиросу, значит работенку ей подкинут, и есть шанс вырваться в лидеры.
— Чего делать будем у кузнеца, Джерк? — взяла быка за рога она, как только осмыслила ситуацию. — Тяжести какие залевитировать нужно?
Мы как раз уже подходили к мастерской Исхироса с заднего входа, и ответить я не успел.
За забором послышалось тяжелое сопение, бухающий топот — шмяк! — забор разлетелся в щепки, в обрамлении которых, словно герой боевичка, вылетела бонгурунгу с завязанной пастью и спутанными ногами.
Тут надо уточнить, что из себя представляет знаменитая свинья континента. Это не хмурый кабан с клыками, норовящий вспороть тебе брюхо, но и не милая свинка, подставляющая бок для почесывания. Шестиногая, костистая, тощая тварь, покрытая толстым мехом, скрадывающим худобу. Чрезвычайно активная, постоянно в поисках пищи, оттого сильно истеричная. Не монстр, но связываться с ней профита нет: бегает быстро и далеко. Трусовата, но если выхода нет, будет драка насмерть — скидывает суставные пластины и тогда срединные ноги, выполняющие вспомогательную функцию, выходят из суставов под углом в тридцать-сорок градусов, а с копыт этих ног выступают шипы с ядовитым содержимым. Ноги эти для свиньи словно хвост у ящерицы — расходный материал. Новые быстро отрастают, а жизнь уже нет.
У летящей нам навстречу бонгурунгу срединные ноги уже ампутировали и перевязали рану, но это я позже заметил. От удара об землю повязка с морды слетела и бонгурунгу взвыла, что сирена гражданской обороны, подскочила, и будто чемпион по бегу в картофельных мешках, неуклюже заскакала к нам.
Она пока еще к нам летела, я на автомате сразу оковы тьмы скастовал, а Риса взвизгнув, схватила меня и парением отпрыгнула метров на двадцать.
В проеме забора показался смущенный Исхирос.
— Какого!… Какой ты молодец, дружище, — обратился к нему, вспомнив про выдуманный чемпионат, рассказанный вчера.
Бонгрунгу, замедленная заклинанием, двигалась словно в слоу-мо, а истошный крик расщепился с эхом и стал похож на звук из фильма ужасов. Хотя Рисе это показалось смешным, она так и покатилась с хохотом.
— Промахнулся слегка, — пожаловался кузнец, — эта падла в руках дергается, не дает себя раскрутить. Мне её Ласари и Эфан с утра поймали в лесу, думаю может другую заказать?
— Не осознает скотина перспективы чемпионства и славы, — поддакнул я, — но ты давай, Исхирос, пока притормози тренировки. Шайред разумеется повелел, но ты же знаешь, пока документ экспертизу у Найзирии не пройдет, реально никто не начнет чемпионат готовить. Может там еще десять раз переиграют. Найзирия чемпионат по гримасам захочет лицезреть, Аиша бои с монстрами на арене пропихнет. Давай не гнать самогон из южнокаталийского кактуса!
Он конечно был вынужден со мной согласиться. В логике мне никто не откажет.
Мы прошли к кузнецу, я отдал ему заготовленные стальные пластины. Чтобы поберечь нежные Рисины ушки, пока подмастерье крутили вальцовку, я предложил перейти в другое помещение, там вынул плавательный пузырь, на который Риса уставилась с восхищением.
— Риса его надует воздухом, — обратился к кузнецу, — а ты позови Адри Сореда, пусть своей кисточкой лаком пузырь покроет. Потом мы уже сами поклеим его фольгой серебряной и золотой, получится красивый, воздушный, блестящий шар. Но до этого надо на тележную ось выход пузыря клеем крепчайшим залепить.
— Хм, если всё выйдет, красиво получится, — одобрил кузнец, — а потом тележной осью будет надежный, крепкий человек размахивать, демонстрируя шар на праздновании?
И словно невзначай напряг мышцы, афишируя, что искомый человек, вот вообще рядом стоит. Надежный, как и все его изделия.
— Немного не так, маг света запустит в него свой луч сверху, а надежный человек будет вертеть по кругу ось на подставке. Лучи света проходя через фольгу будут красиво отображаться на лицах горожан, стенах домов, площади, — объяснил ему. — Думаю, ты первейшая кандидатура, если конечно есть желание.