Зачем

– У вас есть что-то… приличнее? – спросил он, вовремя поймав мой угрожающий ему взгляд, иначе из его уст вышло бы не «приличнее», а «не такое убогое».

– Есть, но стоить будет дороже, – сообщил Чад, уже не скрывая того, что мы одни из самых капризных клиентов.

Через двадцать минут мы были в другой квартире. Четырнадцатый этаж в новом высотном доме, огромные окна с видом на центральный парк, охраняемая парковка, консьерж и лифт. Сдержанный дизайн в светлых теплых тонах. Небольшая кухня с деревянным гарнитуром лавандового цвета, уютная гостиная, которая одновременно выполняла функции спальни. А еще с окна была видна высотка, в которой жил Макс.

Апартаменты были идеальны, маленькие, но мне одной в самый раз. Чисто, скромно, комфортно. Проблема была одна и обнаружила я ее, когда Чад назвал стоимость аренды.

Оторвав взгляд от разглядывания парка, который, как и все остальное в городе уже было украшено к Рождеству, я обернулась, натыкаясь взглядом на мужчину, который все это время смотрел на меня.

– Макс, я не потяну эту квартиру. Те квартиры стоят одну треть от этой, и они мне по силам, – сказал я, замечая Чада в холе квартиры разговаривающего с кем-то по телефону.

Пауэлл привлек мое внимание, когда громко выдохнул.

– Те квартиры действительно ужасные, – сказал он.

– Да брось, не такие уж они и плохие. Я заберу у Даррелла свой фикус.

– Фикус не исправит положения, – фыркнул он, явно заводясь при упоминании моего бывшего.

– Не будь таким пессимистом.

– Я не выгоняю тебя со своей квартиры, Перри, – твердо сказал он, приближаясь ко мне.

– Я знаю, однако не могу больше злоупотреблять гостеприимством. Вдруг тебе захочется побыть в одиночестве, в тишине, привести ночью девушку из клуба и позабавляться с ней в своей постели, а там я?

В его глазах промелькнуло что-то, но я не смогла понять эту эмоцию. Он смотрел на меня задумчивым взглядом, затем покачал головой.

– Хорошо, раз ты полна решимости съехать, то я мог бы оплатить недостающую часть.

– Нет! – возразила я мгновенно. – Ты не будешь этого делать. Я хочу что-то, что будет мне по карману.

Зверь задумался, затем взглянул в сторону Чада.

– Погоди, я попробую договориться, – сказал он и направился к риелтору.

– Сомневаюсь, что у тебя выйдет, – тихо ответила я, но Пауэлл не принял это во внимание.

Я не слышала, о чем они говорили, лишь видела две фигуры, ведущие деловой разговор. Потом вдруг Чад стал звонить кому-то, полагаю, владельцу апартаментов, и передал телефон Максу.

Увидев это, я усмехнулась: он говорит напрямую с владельцем квартиры. Увы, но Пауэлл не тот, кто мог бы обаянием выбить скидку, да и такую огромную скидку вряд ли хоть кому-либо удастся выбить.

Я отвернулась от них и подошла к окну. Мне нравился этот вид, так легко было представить, как каждое утро я буду пить чай, глядя на парк. Вид с окон Макса мне нравился больше, но я не могла долго оставаться у него. И дело было не в моих принципах, дело было в его сексуальном теле, его невероятном запахе и в том, что взгляд его проницательных обжигающих глаз делал с моим сердцем.

– Владелец согласился понизить цену.

Мой удивленный взгляд столкнулся с посветлевшим лицом Зверя.

– Как? – спросила я, выглядывая из-за его большого тела в поисках Чада. Я застала риелтора, копающимся в своем чемоданчике.

– Он оказался фанатом Дьяволов, и я также пообещал несколько билетов на нашу игру в вип-ложу.

В том чтобы быть игроком хоккейного клуба есть свои плюсы, не так ли?

От столь сильного удивления я раскрыла рот.

Не могу поверить, квартира моя…

– Мисс Митчелл, вы готовы проехать в кантору и подписать договор?

Готова ли я? – Черт! Да!

Наконец я буду жить в своей арендованной квартире! Не в хостеле или не на чужой жилплощади, а в своей съемной квартире. Меня переполняло от радости! Я переезжаю!