Зачем

– Ага. Вообще-то я хотела поговорить с вашим вратарем.

– Посмотрим, что можно с этим сделать.

Холод от арены пробирал меня насквозь. Куртку я оставила в гардеробе, на мне была только легкая, прилегающего фасона черная кофта. Хоть она и была с длинными рукавами, но не спасала меня от холода.

– Ты так и не уяснила, – фыркнул Зверь и принялся снимать с себя толстовку. Под ней у него была черная футболка, я увидела кусочек его голого накаченного живота, когда ткань задралась. А еще дорожку редких темных волосков, тянущуюся вниз и скрывающуюся за поясом его спортивных штанов. От одного этого вида все напряжение сконцентрировалось между моих бедер, а воспоминания о его пальцах играющих с моим телом чуть не затопили меня с головой.

Боже. Зачем он раздевается? Он хочет взять меня прямо здесь?

В следующую секунду Зверь одним резким движением натянул на меня свою толстовку. Мне нужно было только руки в рукава продеть, горловина уже была на мне. Я машинально, словно маленький ребенок подчинилась и нырнула в рукава.

Она была велика на пять, а то и шесть размеров и висела на мне балахоном, но от нее исходил такой потрясающий запах, что я чуть не расплылась прямо рядом с ареной. Его гель для душа, стираный трикотаж и запах его кожи. Даже страшно от того, что со мной делал этот аромат.

Впрочем, дурман прошел быстро, и по голове ударила суровая реальность.

– Зачем ты это сделал? – Я попыталась снять толстовку, но он не позволил мне, крепко захватив своими руками мои предплечья.

– Перестань. Ты мерзнешь, не могу смотреть на то, как клацают твои зубы.

– Могут увидеть! – лишь пропищала я. Хотя какая уже разница, я теперь свободная девушка.

– Оглянись, здесь только мы с тобой и парочка сотрудников арены, которым нет дела до тебя. Расслабься. Обычная черная толстовка, ничто не указывает на то, кому она принадлежит.

Кроме размера.

Внезапно в моей голове пронеслась мысль: «он позаботился о том, чтобы я не замерзла…» Первый сердечный приступ.

– Спасибо, – тихо сказала я. – И за цветы и за шоколадки.

Зверь кивнул одними глазами и замер напротив меня, все еще держа мои руки в своих. Его взгляд опустился на мои приоткрытые губы, и он сглотнул. Затем на его лице промелькнула одна эмоция, которую я не смогла понять, и он отпустил меня, чтобы затем аккуратно высвободить мои волосы из плена толстовки.

– Мне нравятся твои волосы, – сказал он.

Второй сердечный приступ.

– Мне твои тоже, – зачем-то ляпнула я.

Макс улыбнулся, нежно заправил рыжие пряди за уши и прошелся внимательным взглядом по моему лицу. Улыбка пропала, стоило его глазам остановиться чуть ниже моей щеки, прямо там, где красовался синяк, который не могло скрыть даже тональное средство.

Дьявол!