Страница 39 из 82
5. Пришло время, и Святитель Божий состарился до того, что не было у него уже сил и плюнуть на землю, а он обтирал рот носовым платком. Но и тогда глаза его не померкли, а сердце не забыло пути Господнего. Он никогда не отворачивался от бедных, никогда не боялся могущественных, но всегда был священно свободен и плащ бедного человека принимал с таким же почтением, как и изукрашенную тогу сенатора. Умер он совершенным в святости своей и был похоронен в базилике святого Стефана, слева от алтаря. И по смерти его многие больные малярией получали от мощей его облегчение, и смягчались их страдания.
Примечания
Святитель Квинтиан умер около 525 года, 13 ноября, в этот день и было установлено его поминовение. Он подписал Деяния Соборов в Эдже (506) и Орлеане (511) в Галлии как епископ Родеза (по латыни — Рутена).
Историческую обстановку при жизни святителя Квинтиана описывал святитель Григорий в “Истории франков”, книга 11, главы 35, 36 и 37, и книга III, главы 11, 12 и 13. В то время было сильное соперничество между франками под управлением только что крещеного короля Кловиса и готами, управляемыми Алариком II. Франки победили готов во многих сражениях, и в битве при Вуилле близ Пуатье (507) Кловис одержал великую победу и убил Аларика. Свят. Квинтиан, живший под правлением готов, был заподозрен в симпатиях к франкам, тем более, что он, как и Кловис, был православным, а готы ариане.
С наступлением власти франков свят. Квинтиан стал пользоваться расположением короля франков Феодорика, сына Кловиса. Однако позднее Феодорик, очевидно, забыл об этой дружбе, когда осаждал Клермон. Столкновения того времени возникали в основном из-за соперничества разных королей, все еще остававшихся варварами; лишь постепенно земля Галлии была освящена глубоко укоренившимся Православным Христианством.
Моления, упоминавшиеся в этом житии, впервые были введены свят. Мамертом, епископом Вьенны (рядом с Лионом) в пятом веке, в то время, когда во время Великого поста и Пасхи город сотрясали землетрясения и досаждали нападения диких зверей. Они состояли из поста, раздачи милостыни и сугубых молитв с крестными ходами. (См.: “История франков”, II, 34.) Этот обычай быстро распространился и на остальную Галлию, где его совершали как раз перед праздником Вознесения.
Церковь святого Стефана, куда поместили мощи свят. Квинтиана, была построена вне стен Клермона в середине пятого века вдовой епископа Наматия Клермонского. В “Истории франков” (II, 17) свят. Григорий описывал, как она украсила эту Церковь иконописными фресками. Мощи свят. Квинтиана позднее были перенесены в церковь Сэнт-Симфорьен-э-Сэнт-Жен, где они почивали вплоть до XVII века. О них ничего неизвестно со времен Французской революции.
5. Преподобный Портиан, аббат, ЗЕМНОЙ РАБ, УНАСЛЕДОВАВШИЙ ЦАРСТВИЕ БОЖИЕ
Память 24 ноября/ 6 декабря (+ 527)
Какое благо Господь Всемогущий дает во имя Свое тем, кто посвятил себя верному служению Ему в делах благих! Он обещает им великую награду на небесах, но часто и в этой жизни дает им представление о том, что они там получат. Ибо часто Он освобождает рабов, а тех, кто свободен, прославляет, по слову псалмопевца: “Воздвизаяй от земли нища, и от гноища возвышаяй убога, посадити его съ князи, съ князи людей своихъ” (Пс. 112, 7–8). Об этом Анна, жена Елканы, сказала: “Сытые работают из хлеба, а голодные отдыхают” (1 Цар. 2, 5). И о сем же Сама Матерь нашего Спасителя Дева Мария сказала: “Низложи сильныя со престолъ, и вознесе смиренныя” (Лк. 1, 52). И Сам Господь сказал, как писано в Евангелии: “Тако будутъ последнии перви, и первии последни” (Мф. 20, 16). Да осияет Божие милосердие бедных любовью Его, чтобы из малых людей восстали великие, а из немощных — сонаследники Его Единородного Сына. Ибо это вознесет нищету этого мира до небес, до которых не может достигнуть земное царство, так как простые люди придут в то место, куда облеченные в пурпур не возмогут попасть.
Так произошло и с блаженным аббатом Портианом, которого Господь освободил не только от тяжести мирских уз, но и прославил великими добродетелями, и которому дал Он вечный покой после всех трудов и скорбей этой жизни, поместив его посреди хора ангельского, из которого был изгнан князь мира сего.
1. Блаженный Портиан, ко всему прочему, от самого начала своей жизни всегда устремлен был к Царю Небесному, хотя бы и в земном служении. Действительно, говорят, что он был рабом какого-то варвара и несколько раз укрывался в одном монастыре, аббат которого заступался за него перед хозяином. В конце концов, он бежал, хозяин шел по его следам и стал нападать на аббата того монастыря, обвиняя его в переманивании его слуги, в том, что он лишился своего работника. И когда, согласно обычаю, потребовал отдать его раба обратно, аббат сказал Портиану: “Что ты хочешь, чтобы я сделал?” — “Чтобы меня простили,” — ответил он.
Когда его простили и хозяин хотел забрать его обратно к себе, зрение хозяина так ослабло, что он ничего не мог различить. Чувствуя, что терзает его сильная боль, хозяин позвал аббата и сказал: “Прошу тебя, попроси за меня Господа и забери этого раба к себе в услужение; быть может, я вновь обрету свет, который потерял”. Тогда аббат позвал Блаженного и сказал: “Прошу тебя, возложи свои руки на этого человека”. И когда он отказался, аббат так стал упрашивать его, что он сотворил крестное знамение над глазами бывшего хозяина, и вся тьма того мгновенно отступила, и обрел он прежнее здоровье.
После того блаженного Портиана сделали клириком, и он явил такие добродетели, что, когда аббат преставился, он стал его преемником. Про него говорили, что летом, когда яркое солнце лишало всех сил своим жаром, истощало силы даже тех, кто благодаря обильной еде и питью был более здоров, Портиан, рот которого от поста полностью пересыхал, жевал соль, чтобы смочить ненадолго свои запекшиеся десны. И хотя он этим увлажнял свое сухое небо, тем не менее, к своему физическому изнеможению добавлял жажды. Ибо всем известно, что соль скорее увеличивает жар жажды, чем избавляет от нее, но благодаря Господу у него доставало сил.
2. В те дни на земли Оверни пришел Феодорик, он разрушал и разорял все вокруг. Когда он расположился лагерем в полях деревни Арфон, блаженный Портиан, уже старец, поспешно отправился к нему, чтобы вступиться за людей. И, придя в лагерь утром, когда король еще спал в своей палатке, он пошел в палатку Сигивальда, адъютанта Короля. Когда же он попросил об освобождении пленников, Сигивальд предложил ему омыть руки и выпить с ним вместе вина, говоря: “Божественное милосердие удостоит меня сегодня великой радости и пользы, если, войдя в мою палатку, ты, помолившись, удостоишь меня чести выпить моего вина”. Ибо он слышал о святости этого человека и потому, чтя Господа, оказал ему такую честь. Но Преподобный всячески извинялся и говорил, что этого не может быть, поскольку еще не подошло время трапезы, поскольку он еще не представился Королевскому Величеству и, самое главное, поскольку он не воспел еще псалмы Господу. Но Сигивальд, не обращая на все это внимания, вынудил его и, когда принесли чашу, попросил Преподобного сперва благословить ее. Когда тот поднял руку для крестного знамения, чаша разломилась надвое, и вино пролилось на землю вместе с огромной змеей. Все присутствовавшие преисполнились огромного страха и бросились к ногам Блаженного, целуя его ступни и следы. Все дивились добродетели Старца; все восхищались тем, что чудесным образом спаслись от яда змеи. Все воины сбежались посмотреть на такое чудо, и все столпились вокруг Блаженного, желая только коснуться складок его одежды, раз не могли выразить своего почтения поцелуем. Король вскочил с постели, побежал к блаженному Исповеднику и прежде чем тот успел сказать хоть слово, освободил всех плененных — даже и тех, которых еще только собирался пленить. Так, милостью Божией, Святой совершил двойное благо — иных спас от смерти, а других от ига рабства. Воистину (и это мое твердое убеждение), одними словами он принес спасение тем, кто был избавлен от беды.