Принц Дарий 3

— А нас никто и не спрашивал. Кто-то крикнул бей, ну и началось. Это ещё хорошо, что нас больше было, а то с этими фанатиками, только двое на одного без последствий проходит. Мало того, что сил у этих сумасшедших немерено, так ещё и дерутся не как мужики, а как бешенные бабы. Так и норовили укусить или глаза выцарапать. Если бы не мебель дубовая, ещё не известно кто бы победил. — Дарий более внимательно осмотрел помещение. В дальнем углу лежала поломанная в двух местах со следами крови большая скамья, а многочисленные деревянные обломки в недавнем прошлом явно были табуретами. И весьма крепкими на первый взгляд. Нехило они тут «повеселились». Дарий повернулся к теням.

— Парамут хоть выжил? — Варилин отрицательно помотал головой.

— Святой ветер наказал. Его даже не били, просто затоптали. Как пал низко, так и умер. — Дарий покачал головой. А ведь он так хотел поговорить с глазу на глаз с этим похитителем. Но святой ветер рассудил по-своему. Видимо так лучше. Для всех!

— Вас что-то ещё интересует, или всё? — Тени в своей манере синхронно отрицательно покачали головами.

— С остальным пусть Длинный разбирается. Это его епархия, не наша. Мы своё дело сделали. — Дарий устало потёр лицо.

— А где он кстати? Обычно он оказывается на месте происшествия раньше меня. — Святые убийцы улыбнулись. А тени ехидно захихикали. Ничего нет для них святого, лишь бы позубоскалить.

— А он у вас. — Дарий недоумённо посмотрел на свою охрану.

— Это где?

— У кабинета.

— Но меня там нет.

— А кто ему об этом скажет.

— Вы.

— А нас там тоже нет. Мы здесь. — Варилин улыбнулся.

— А весело вы принц живёте. — Дарий устало встал.

— Это не жизнь, это каторга! И охраняют меня одни клоуны. — Тени с святыми убийцами дружно улыбнулись. Дарий только покачал головой. Ну что с ними сделаешь⁈

— За то питание наверно хорошее. — Варилин был очень удивлён, когда вслед за его словами, святые убийцы и тени дружно засмеялись. Да какой там засмеялись, заржали. Принц осуждающе посмотрел на смеющихся.

— Как вам не стыдно. И это меня ещё ребёнком называют. — Проповедник лишь покачал головой наблюдая за этой сценой.

— Я же говорю, что у вас жизнь весёлая.

— Ты себе даже представить не можешь что там происходило! Всё в крови, мебель переломана, на полу сгустки крови и зубы в таком количестве, что я даже позавидовал, что меня там не было. — Длинный посмотрел на взбудораженного Ветра и покрутил пальцем у виска.

— Совсем рехнулся. Тебе что давно морду не били? Тем более, что там только этим не ограничилось. Четыре мертвяка, на которых взглянуть страшно. Видок такой, что они не в драке участвовали, а в неудачной охоте на жёлтого медведя. — Ветер плюхнулся с разбегу в кресло, которое от такого поведения протяжно застонало и сказал.

— Ничего ты не понимаешь. Это прямо как в молодости! — Длинный отодвинул от себя документ, который читал до того, как к нему ворвался его друг.

— Что-то я не припомню, чтобы после твоих похождений трупы вереницей выносили. Или я чего-то не знаю? — Ветер смутился.

— Ну не сердись. Я конечно понимаю, что проторчать пол ночи в приёмной, когда такие дела в городе творятся обидно, но видимо так карты легли. — Глава горбиков империи лишь заскрежетал зубами.

— Будь прокляты твои карты! Ты что, не понимаешь, что случилось? В городе, в котором находится принц, и надеюсь будет ещё долго находится. Нечего ему в столице делать, там и без него умных хватает. Зреет церковный заговор, а никто не в курсе! Ладно тени. Они всё-таки первые доложились, а я прибыл к утру, и застал только уборщиков, и этого ободранного проповедника, которому не проповедовать надо, а преступников пугать. Ты бы видел в каком он был виде. В тёмной подворотне встретишь, всю жизнь будешь при свечах спать. — Ветер осуждающе посмотрел на своего друга.

— Ты что на святых убийц обиделся? — Длинный махнул рукой.

— Да они-то тут причём⁈ Они были в своём праве. Накосячил я, а не они. Как я мог такое проглядеть не пойму. Не моё это место. Не справляюсь я с этим. Видимо, как женился расслабился. А информацию мне не жена приносит на блюдечке, а люди! И с ними надо работать каждый день. И днём и ночью. — Ветер открыл рот чтобы возмутиться, но тут в кабинет ворвалась Каролина. Плюхнувшись в соседнее с Ветром кресло, которое не менее возмущённо простонало чем соседнее до этого. Посмотрев внимательно на присутствующих, она внезапно вздохнула в грудь побольше воздуха и затараторила, как жёлтый дятел в лесу.

— С Виритик всё нормально. Здоровье в порядке, даже говорит выспалась. Рвётся в бой. Что не удивительно. Я бы два дня проспала тоже себя так вела. Хан интересуется, как будут казнить виноватых? Повесят или голову отрубят? Предлагает утопить. Желательно в мешке. Готов даже выделить шёлковый мешок из своих запасов. Говорит таких только топить и надо. Принц спит, и как сказали святые убийцы до обеда просыпаться не намерен. Всем, кто решит его разбудить просил передать много пожеланий. В основном нецензурных. К сожалению его охрана похоже не знает этого определения, поэтому я сегодня узнала где я живу, с кем, как, а главное почему! — Длинный ошарашенно помотал головой, с трудом воспринимая всю ту информацию, которую на него вывалила его жена.

— А ты чего тут делаешь? Тебе же сегодня полосу препятствий принимать, а потом инспектировать стрельбище. Вы же вроде решили с утра со всеми участницами там встретиться. Во всяком случае именно об этом ты мне вчера вечером все уши проветривала. — Каролина удивлённо посмотрела на Длинного.

— Мне вообще то Ветер был нужен, а так как он у тебя, я заодно и поделилась с тобой информацией, вдруг пригодится. Ты же должен бьггь в курсе всех событий. Как никак глава горбиков. Ой извини, глава законоблюстителей. — Каролина и Ветер убегая по коридору ещё долго слышали возмущённые крики Длинного, которые на удивление были очень хорошо слышны даже на таком большом расстоянии. И главное все цензурные, благопристойные, всё по делу, и если бы не гипсовая статуэтка профиля императора в его руках, то всё было бы хорошо. Но видимо не судьба.

— Я вам покажу поделиться информацией! Добровольные помощники выискались! Я вам покажу быть в курсе всех событий! — Гвардейцы, стоящие у дверей, переглянулись.

— Беда.

— Херня.

— Думаешь?

— А то!

— А вдруг?

— Херня!

— Ну да.

— Ага.