Страница 17 из 45
- Да потому что вы их убиваете! - сказал Кира, - Мы отослали вам с два десятка бывших рабов, когда до нас дошли вести, что все они принесены в жертву!
- И правильно! - рявкнул вождь, задвигав собачьими ушами, - Как только работорговцы наложили на них руки, они стали грязными, скверными отродьями! Быстрая смерть для них - лучшая участь!
- Я так не думаю, - возразил Кира, - Однако пришли мы сюда не за этим.
- А мне хотелось бы поговорить именно об этом! Когда наших людей...
- Никогда. Они живут в Эфире и являются его почётными гражданами - семьдесят процентов браков, заключённых в городе в последние годы, являются межрассовыми. Зверолюди-врачи, зверолюди-строители, зверолюды-торговцы, зверолюди-учёные - за те годы, что мой отец отдал Комитету, мы вырастили детей, которые теперь работают во благо своей новой родины. Никакой дискриминации или расовой ненависти. В нашем городе людей судят не потому, сколько у них пар ушей, а по тому, какие они внутри. Вы хотите, чтобы мы прислали их вам на жертвенный огонь? Не ради этой цели умер мой отец, вот что я вам скажу! Но сейчас - дело всей его жизни вот-вот развалится на части. Работорговцы Иста собирают огромное войско, чтобы провести вторую Зачистку в истории.
Вождь вздрогнул, а вместе с ним и остальные зверолюди в мехах и с оружием. Они все и без перевода знали иностранное слово "Зачистка".
- Вы ведь хорошо помните, что стало с деревней Арко после Зачистки, верно? - продолжил Кира, - Процветающее племя превратилось в кучу пепла, а вместе с ним в прах превратились и лучшие воины Комитета, включая моего отца. Уверен, что как мудрый вождь, вы не хотите подобного исхода и для своего народа.
- Гады, - сквозь зубы проговорил качок, - нам надо...
- Вам надо принять соглашение, которое Комитет предлагает вам вот уже несколько лет. Соглашение о сотрудничестве между нами, чтобы у освобождённых рабов был выбор между возвращением на родину и жизнью в Эфире!
- Навсегда отказаться от наших граждан? Я не собираюсь позволять им спокойно жить, учитывая...
- Да ты задрал уже! Что, к старости совсем мозгов не осталось? - не выдержал я.
Это просто капец какой-то, как можно так тупить?
- Ты ведь глава этого племени, верно? Политик, лидер, боец - а почему ведёшь себя как чмо последнее? Сородичей, которые вернулись из лап работорговцев, сжигаешь к чертям, девчонку, которую в первый раз видишь, обзываешь отродьем... Да даже когда тебе сказали, что сюда идут полчища врагов - ты всё равно стоишь на какой-то выдуманной позиции! Мы сейчас с тобой языками чешем - а уроды, которые сюда придут, будут разговаривать с вами по-другому! Им срать будет, какое у вас мнение и как вы относитесь к освобожденным! Они поубивают всех взрослых, засунут в клетки всех детей и ещё попируют на ваших костях! Единственный выбор сейчас - это объединиться с теми, кто желает вам добра, и всем вместе надавать уродам-работорговцам по самые апельсины! Сука, как же ты...
- Хватит, Пауло, - сказал Кира, преграждая мне путь, - Ты ведёшь себя, будто бросаешь ему вызов...
- Да, бросаю, чтоб его вурдалак без соли сожрал! Если этот качок продолжит страдать фигнёй, то весь его народ погибнет - и он уж никого никогда не вернёт и не принесёт в жертву. Может, будет даже лучше, если контрабандисты их всех перережут! А Айну я с собой заберу - ей в Эфире будет лучше, чем в подобном обществе!
Я вышел из зала, держа Айну за одну руку, а Лизу за другую. И правда, хорошо что большинство зверолюдей в зале не понимали человеческий...
***
У выхода нас уже ждали. Миниатюрная женщина (чуть ниже меня, тринадцатилетнего пацана!) и низкий мужчина с кошачьими ушами и хвостами. Как только Айна их увидела, то сразу же вскрикнула:
- Ой!
Мужчина и женщина, услышав её писк, рванули прямо ко мне. Я уже выхватил меч из ножен - но не пришлось. Они крепко обняли девочку - у женщины на глазах появились слёзы.
- Aina... Aina...
- Muta... Fata...
Они заплакали навзрыд, обнявшись втроём, прямо посреди улицы. Мешать им никто не смел - всех прохожих, кто криво смотрел на троицу, я провожал таким яростным взглядом, что те быстро отворачивались. Интересно, всё дело в моём грозном виде или мече, который я ещё не успел спрятать в ножны?
- Вы... знакомы? - на всякий случай спросил я.
- Господин Пауло... Это мои... мои...
- Родители, да? Ну вот и славно, что хоть они расистами не оказались. Интересно даже... Слушай, Айна!
У меня в голове стал зарождаться план.
- Спроси-ка у своих родителей - как они относятся к тем, кто вернулся из рабства?
Как я и думал.
Мнение вождя не было единственным и неотвратимым. Родители Айны, обычные кошко-мужик и кошко-женщина, не были так уж категоричны в этом вопросе. Они наоборот, даже жалели тех, кому выпала такая нелёгкая доля.
- А что если... Если мы...
- Что такое, Пол? - спросила Лиза, - Ты что-то придумал? У тебя такое лицо...
- Ага, мысля одна в голову пришла. Где там Кира?
- Я тут.
Из дворца прямо к нам шагал черноволосый мечник. Его белая маска, та самая, в которой он впервые явился нам с Лизой, была у него в левой руке.
- Слушай, Кира. План есть. Может, выслушаешь?..
***
Было неприятно идти в одной команде с вождём Неко, но ничего не поделаешь. Группы определило командование - то бишь Кира и седой дед, которому даже главный котан доверял.
План контрабандистов стал ясен через пять минут после возвращения скаутов с разведки - но легче от этого не стало. Почти пятьсот человек наёмников было расположено напротив Центральных ворот, с ними боролась наша основная группа из восьмидесяти мечников. Конечно, именно к этой группе присоединилось основное количество мужчин племени - чуть больше трёхста человек.
Ещё две сотни врагов пытались атаковать, перейдя через горы к задней части деревни зверолюдей - их предполагалось вырубить атаками всех наших магов, среди которых была и Лиза.
Ну а три сотни были самые хитрые - они подобрались к деревне с самой незащищённой, восточной стороны, ожидая не встретить здесь сопротивления из-за жёсткого давления их подельников на центр.
Но по докладам Скаутов, именно здесь были сосредоточены воины высшего качества, поэтому нашу группу возглавляли вождь и Кира. Ну и я, конечно. Еле уговорил черноволосого взять меня с собой - самому шестнадцать, а ко мне относится как к дитю малому! Подействовала только угроза того, что я просто-напросто сам увяжусь за ними, и могу потеряться.
- Сейчас, Лаос, мы идём до стоянки дирижабля - она по пути, так что крюк делать не понадобится, - сказал Кира, - заодно подхватим ребят из подкрепления.
- Ладно уж... - проворчал собакен. Он до сих пор был чем-то недоволен - видать тем, что ему не дадут сжечь всех своих грязных соплеменников.
Мы пробились через чащу, и наконец вышли на солнечный свет. Прямо перед нами покачивался в воздухе дирижабль, а из него прыгали на землю "подкрепленцы". Ах да, стоит же сказать немного о тех самых "мечниках", сражавшихся за Комитет Спасения...
Это были настоящие вояки, бородатые и со шрамами. Как минимум Адепты, как максимум - машины для убийств с повышенным чувством справедливости. Хотя мы и уступали наёмникам контрабандистов по численности, во всём остальном мы были в плюсе. Боевой дух борцов за справедливости был примерно равен воодушевлённости зверолюдов, защищавших родную деревню. Ну а про профессионализм я вообще молчу - мечники, всю жизнь прожившие с клинками, и прирождённые охотники в условиях родимой природы выглядели внушительнее чем засланные в неведомые дали казачки.
И всё же, опасность существовала - количество врагов не могло не настораживать. Я как раз хотел переступить через себя и спросить, что вождь об этом думает, но обнаружил качка стоящего с открытым ртом. Ага, значит уже понял всю гениальность моего плана!
Дело в том, что это "подкрепление" на две сотни человек состояло целиком и полностью из зверолюдов, когда-то спасённых Комитетом. Услышав, что их родная деревня в опасности, они бросились на помощь своему народу - и это учитывая, что собственный вождь хочет превратить их в шашлык!