Страница 140 из 147
Адвиаг вернулся к столу. Взял донесение, придвинул поближе фломастеры.
— Идея на счёт науки как средства защиты от ВКС мне нравится. Есть в ней что-то… м-м… вкусное. К тому же ареопаг с его закостенелыми от спеси мозгами ещё очень не скоро догадается, что мы тут творим. Но сначала надо очень хорошо рассчитать исходники.
— Дронгер, — сказал Михаил, рассеянно скользя взглядом по таблице, — ты можешь добиться хоть самого маленького служебного расследования для генерального инспектора ВКС, да ещё такого, который был прислан в страну по прямому распоряжению архонтов? При условии, что в данное время он не в Бенолии, а неизвестно где.
— В общем-то могу, — сказал Дронгер. — Хотя и не ахти какое, но расследование будет. А что?
— Да то, что некомплект получается. Максимилиану и Филиппу головы посносили, а Мариус Вардес, генеральный инспектор ВКС, жив и здоров.
Адвиаг, сам того не замечая, комкал донесение.
— Ты о чём? — спросил он Михаила.
— Да я и раньше об этом думал, но всё как-то в чёткую мысль не оформлялось. Ведь для Вардеса помочь Винсенту особого труда не составляло, так? И правил с инструкциями он никаких не нарушал?
— Почти, — сказал Пассер. — Такое вмешательство хотя и нарушение, но мелкое. На него и внимания бы никто не обратил.
— Вот именно, что мелкое! — торжествующе сказал Михаил. — Однако идти на него векаэсник не согласился категорически. Такое бывает только в одном случае — когда за мелкой безупречностью пытаются скрыть очень серьёзные преступления. У нормальных честных служак всё наоборот — куча мелких нарушений и полнейшая безупречность в крупном. Каким бы формалистом и буквоедом честный инспектор ни был, а пацана с девчонкой от костра отвести бы не отказался. Для отказа надо быть законченной сволочью. А если так, то и по векаэсной службе Мариус Вардес насволочить успел столько, что куча будет выше центральной башни ареопага. И любая мало-мальски серьёзная проверка это вскроет. А ещё лучше — две одновременные проверки с разных сторон и по разным поводам, но со сравнением результатов. То, что выглядит идеальным с одной точки обзора, нередко оказывается до тошноты безобразным с другой.
Адвиаг положил донесение на стол, старательно разгладил смятый лист.
— Будут ему проверки. Маленькие такие проверочки, почти незаметные, но очень аккуратные и тщательные. Просто до невозможности тщательные и аккуратные. Такие же тщательные и аккуратные, как работа сапёра.
Пассер хищно улыбнулся, подмигнул Михаилу и занялся многострадальной таблицей, — прежде чем затевать новое, необходимо было закончить уже начатое.
Как всегда после дежурства Цалерис зашёл в паспортный стол поболтать с операторшами.
— Сегодня по стерео Открывателя показывать будут! — сообщили девушки. — В первый раз со времени Открывания. Говорят, он калека! Жуткий урод. Такой безобразный, что даже все бенолийские записи изъяли, чтобы людей не шокировать. Теперь же показывают этого урода по стерео!
— Так Открыватель — бенолиец? — уточнил Цалерис. — А зовут его как?
— Да ты что, Лерик, два дня как родился? Имя Открывателя — это секрет. Ну, во всяком случае, его не принято произносить вслух.
— Урод он или не урод, — сказала одна из операторш, — однако научил Хранителей включать Радужный Фонтан самостоятельно. Теперь во многих Башнях он каждый день разный и очень красивый. А под конец Хранители соединяют все свои Фонтаны вместе, и всё небо становится радужным. При прежних Открывателях такого не было. Они всю благодать захапывали только себе и плевать на всех остальных хотели. Этот же Открыватель, может, и урод, зато не сноб и не жадина.
Девушки помолчали. Оспаривать очевидное было бессмысленно.
Пискнул таймер стереовизора, сообщил, что «Сегодня 17 декабря 2131 года, 16 часов 40 минут местного времени» и включил экран.
Посвящена передача была строительству звездолётов, способных пролетать сквозь стены капсулы. Дискуссию вели солидные учёные и молодые инженеры. Открыватель присутствовал на дискуссии в качестве наблюдателя ареопага.
— Фу, действительно жуткий урод! — сморщили носики операторши.
Центральная камера задерживаться на Открывателе не стала, перешла на дискуссионщиков. Цалерис метнулся экрану, затеребил панель ручных настроек.
— Да покажи ты его, чёртова дребезжалка!
На экране появился Открыватель, голоса дискуссионщиков звучали за кадром.
Цалерис, пятясь, отступил от стереовизора, сел на пятки.
— Это действительно он… Пресвятой Лаоран, это Авдей.
Цалерис сцепил руки как на молитве, хвост дрожал.
— Авдей — Открыватель… Благодарю тебя, пресвятой, за милость твою…
Одна из операторш подошла к Цалерису, осторожно тронула за плечо.
— Ты его знаешь?
— Да, я знаю его, — тихо сказал Цалерис. И выкрикнул громко: — Это Авдей Северцев!
— Тебя с ним что-то связывает?
— Да. Смерть и жизнь.
Операторши переглянулись. У любого другого такие слова звучали бы выспренностью и фальшивой патетикой, но только не у офицера боевого спецподразделения. Если он говорит о связи через смерть и жизнь, значит всё так и есть.
Теперь на шрамы Открывателя операторши смотрели с сочувствием.
— Он тоже был офицером? — спросила одна.
— Нет. Он был музыкантом. Лучшим музыкантом Бенолии. Вторым был мой брат. — Цалерис улыбался. — У нас в Бенолии мало чего хорошего есть, но музыканты наши — лучшие в Иалумете. А мой брат и Авдей были лучшими в Бенолии.
Цалерис принялся куда-то звонить по мобильнику, а операторши с ужасом смотрели на искорёженную руку Авдея.
— Да ведь у него и личико было — загляденье! — сказала одна из операторш. — Это уже после его царговой кислотой превратили вот в такую рожу.
— За что?! — возмущённо охнула вторая.
— На красоту позавидовали, — ответил Цалерис, терзая телефон. — Да не та красота истинная, что на морде.
Абонент наконец-таки ответил.
— Включай стерео по семидесятому каналу! — велел ему Цалерис. — Да, я помню, что у тебя первое сольное выступление в Гарде. Но если я говорю, что это нужно увидеть немедленно, значит это действительно важно как сама жизнь! Ты ведь знаешь, Малг, — я такими вещами шутить не буду. Что? Малг, поверь мне, после этого твоё выступление будет вдесятеро успешнее. Включил? Да-да, совершенно верно, публичная научная дискуссия. Присутствует Открыватель. Согласен, это только для специалистов. Всё верно, для нормальных людей скука жуткая. Но ты не спеши выключать. Прежде поставь настройки… — Цалерис глянул на панель стереовизора и продиктовал цифры.
Вопль изумления и восторга, который прозвучал в трубке, услышали даже операторши. Цалерис потряс пальцем в ушной щели.
— Ну у тебя и глотка, — сказал он абоненту. — Малг, ты вокалом заняться не пробовал?
Судя по смущённому лицу Цалериса, Малг посоветовал ему помолчать и не мешать смотреть в не самых интеллигентных выражениях.
— Тише ты, тут дамы! — прошипел Цалерис.
Открыватель слушал дискуссионщиков с ангельским терпением, вежливо кивал и улыбался, когда к нему обращались с вопросом.
Однако надолго терпения не хватило.
Открыватель откуда-то из-за кресла вытянул костыли.
Цалерис сдавленно вскрикнул и уронил телефон.
Открыватель поднялся и проковылял на середину съёмочной площадки.
— Да это же прямой эфир! — ахнула одна из оперторш.
Цалерис вслух стал читать молитву, щедро перемежая её отборной бранью.
— Пресвятой Лаоран, создавший наш мир и воплотившийся в нём благим провозвестником Света, молю тебя, сохрани ты этого……. от слов опрометчивых, дай ему……., дабы успокоил он душу свою мятежную покоем твоим. Да защити ты его хотя бы один раз, за ногу твою пресвятость и об забор!
— Прошу прощения, сударыни и судари, — произнёс тем временем Открыватель, — но я не понимаю, зачем вы меня пригласили. В звездолётостроении я не смыслю ни уха, ни рыла и ничего полезного сказать не могу.