Страница 147 из 220
Глава 84 Что бы я ни сделала, не заслужу твоей благосклонности?
Увидев, что Кики погрузилась в свои размышления, Дэниел едва заметно улыбнулся:
— Задумалась? Вспомнила, как ты ради денег продала себя нашей семье? Женщина, которая сделает что угодно ради денег, сейчас внезапно притворяется высоконравственной, вот умора!
Кики Бэнкс опустила глаза, на её ресницах скопились кристально-чистые слёзы. После того, как её старшая сестра попала в тюрьму, она не соглашалась поступать так, но дядя с тётей заставили её. Мать чуть ли не на коленях умоляла её выйти замуж за Дэниела Гранта. Она была вынуждена пойти на это ради спасения своей семьи. Даже если под этим предлогом пришлось подло украсть парня старшей сестры и заключить с ним тайный брак.
— А как насчёт тебя… Неизменно повторяешь, что тебе нравится Мэри, ты любишь Мэри, а теперь женился и ложишься в постель с её сестрой, это правильно по отношению к ней? Тем более разве ты не считал меня всегда убийцей, погубившей вашего с сестрой ребёнка!
Кики посмотрела на него, плача так горько, что слёзы и сопли размазались по всему лицу. Убийца, погубившая ребёнка… Эти несколько слов безжалостно укололи сердце Дэниела.
— Хорошо, Кики, ты разозлила меня, я заставлю заплатить за это тебя и твою семью! — глаза Дэниела покраснели, и он заскрежетал зубами от гнева.
У Кики сжалось сердце, цена это то слово, за которое она не сможет возложить на себя ответственность. Поскольку и компания «Бэнкс», и расходы на лечение отца, и даже оплата обучения младшего брата, требуют поддержки Грантов, помощи Дэниела… Она понимала, что в данный момент, у неё нет возможности избавиться от этого мужчины.
— Нет… Не нужно… Мэри тоже часть нашей семьи, ты не можешь нанести удар по нам… Сестра возненавидит тебя… — в порыве отчаяния, ей оставалось только беспомощно использовать сестру как щит, чтобы он снисходительно отнёсся к их семье.
— Мэри? Твой отец бросил её родную мать, женился на твоей матери, своей любовнице, вы с Томасом дети её мачехи, а отнюдь не дети одних родителей, ты думаешь, у неё остались какие-то чувства к вашей семье? — холодно ответил Дэниел.
— Дэниел, ты можешь ругать меня, но пожалуйста, не оскорбляй мою мать, она не любовница! — потрясённо оспорила его слова Кики, чувствуя, словно её сердце окунули в прорубь.
Много лет назад, во время обучения в университете её мать и отец уже были возлюбленными, притом мать Мэри тогда являлась лучшей подругой её матери. Потом отцу захотелось заручиться поддержкой семьи матери Мэри, и он безжалостно расстался с Лорой, решительно женившись на матери Мэри. Лора пришла на их свадьбу, будучи уже на третьем месяце беременности, но в итоге увидела, что мать Мэри уже беременна, причём срок беременности больше на месяц, чем у неё. Ещё до того, как Лора рассталась с отцом, они вдвоём предали её, переспав… Только вот тогда Лора находилась в неведении и совершенно ничего не знала об этом.
Кики даже представить не могла, каково пришлось матери: вынашивать и растить ребёнка, будучи незамужней, когда семья и друзья с презрением отвернулись от неё… Так продолжалось до тех пор, пока Кики не исполнилось пять лет. Тогда мать Мэри скончалось от болезни, а отец вновь привёл Лору в свою семью. Окружающие приняли Лору за бесстыдную любовницу, на протяжении многих лет клеймо любовницы жгло сердце Лоры, о чём Кики, как её дочери, было известно.
Лора вела себя осторожно и осмотрительно, терпела унижения, чтобы выполнить важную для себя миссию, она испытывала глубокую привязанность к отцу Кики, да и относилась к нему даже лучше, чем к собственной дочери. Всё это из-за страха, что он вновь бессердечно отречётся от неё…
Потому Кики не могла позволить бранить мать таким словом
— Ты говоришь, что она не любовница? Ха! Мать Мэри довела до смерти твоя мать! Иначе как бы смогла твоя мать стать частью семьи Бэнкс, как бы ты смогла стать членом их семьи! — холодно фыркнул Дэниел.
Всё это тайком поведала ему Мэри, когда они были вместе. Более того, сказала ему, что Лора относится к ней хорошо, только из-за угрызений совести и чувства вины за смерть её матери, лицемерно притворяясь перед отцом.
— Это гнусная клевета! Всё совсем не так, как ты говоришь! Мать Мэри умерла из-за болезни, её не убивала моя мать… — Кики закричала на него.
Дэниел презрительно скривил губы, не собираясь с ней дальше спорить.
— Независимо от того, что ты сделаешь, твоя семья поплатится за тебя, — предостерёг мужчина напоследок, открывая дверь и уходя, как ни в чём не бывало.
Кики смежила веки, сердце встревоженно забилось, она не понимала, что он сделает её семье! Ведь с его могуществом он способен на всё.
***
Весь день Кики провела в беспокойстве, пока под вечер наконец-то не раздался телефонный звонок от тёти. Кики подумала, что что-то случилось в компании «Бэнкс», потому сразу ответила на звонок:
— Алло…
— Кики… Это тётя… — Мередит сделала паузу, — у тебя есть лишние деньги? Компания столкнулась с финансовыми трудностями, у меня не осталось другого выхода, кроме как просить у тебя помощи.
Сердце Кики упало, она нахмурилась:
— Тётя, ты же знаешь, что я сейчас работаю на радиостанции, вся моя зарплата уже ушла на содержание Томаса, откуда взяться так называемым лишним деньгам!
От этих слов тон голоса Мередит неожиданно зазвучал резко:
— Кики, сейчас я с тобой разговариваю по-хорошему, а ты ещё и выделываешься! Ты входишь в семью Грантов, как у тебя не может быть денег? Полный вздор!
Кики лишилась дара речи, сердце у неё перевернулось, и она беспомощно произнесла:
— Тётя, ты должна знать лучше, чем кто-либо ещё, о моём положении в семье Грантов… У меня нет денег…
— Кики, ты не умеешь отличать добра от зла, предупреждаю, если ты не дашь денег, первое, что я сделаю, это прекращу покрывать расходы на лечение твоего отца! Он парализован уже два года, на грани жизни и смерти, попросту зря растрачивает средства компании! — рассвирепела Мередит.
— Так нельзя! Тётя, компания принадлежит отцу, как ты можешь так поступить? — у Кики глаза расширились от ужаса, и она неожиданно громко закричала в трубку.
Все эти два года прекращение лечения отца и прерывание оплаты обучения Томаса, тётя использовала как рычаги давления и шантажа на Кики, причём многократно использовала их. Кики могла не заботиться о себе, но о своей семье, отце, младшем брате, она не могла не позаботиться…
— Дело не в том, что я не делала так раньше… Сейчас в любом случае финансовые запасы компании истощились, Кики, это не моё жестокое нежелание помочь с оплатой медицинских расходов твоего отца, у меня просто нет денег на это, — тон Мередит смягчился.
Кики крепко сжала мобильный телефон в руке и вздохнула:
— Хорошо, поняла, что ты хочешь, чтобы я сделала?
— Кики, я знаю, что ты очень любишь родителей, как ты сможешь позволить своему отцу лежать в больнице без лекарств, в ожидании смерти! — улыбнулась Мередит, добившись своего.
— Тётя, прекрати, если ты продолжишь себя так вести, болтая, что вздумается, я смогу найти другой способ, чтобы помочь отцу заплатить за лечение, — холодно пресекла Кики.
Каждое слово Мередит ложилось мёртвым грузом в её ушах, от них не было спасения, они заставляли чувствовать дискомфорт.
— Хорошо, я перестану говорить, так пойдёт? — произнесла Мередит в трубку, разозлившись и возмущённо поднимая глаза к потолку.