Страница 128 из 220
— Дэниэл, что ты делаешь? Безобразие! — заговорила Кики, прикрывая руками пылающие от смущения щеки.
Она так неожиданно вырвалась из его объятий, из-за чего в глазах Дэниэла промелькнул печальный блеск, однако вскоре исчез, и его лицо приобрело привычное выражение. Затем он дотронулся пальцами до своих холодных губ, на которых все еще чувствовался тонкий аромат ее парфюма, который сводил его с ума.
— Я в своём доме целую свою жену. Где же здесь безобразие? А если я еще и занимаюсь с ней любовью, то меня вообще следует называть «животным» судя по твоей логике? — с язвительной ухмылкой произнес Дэниэл.
— Дэниэл, хватит уже. Я же знаю, что ты влюблён в мою сестру. Почему тогда ты постоянно меня задеваешь? — спросила Кики, почувствовав обиду в сердце. — Или издеваться надо мной доставляет тебе удовольствие?
Каждый раз, когда она вспоминала о том, что сердце Дэниэла принадлежит Мэри, ей становилось невыносимо грустно. Теперь ей казалось, будто Дэниэл специально начал себя так вести с ней лишь для того, чтобы влюбить в себя, а потом безжалостно бросить и отомстить за прошлое.
— Кики, разве я над тобой издеваюсь? Я даже не прикасаюсь к тебе, если ты этого не хочешь. Или ты, будучи моей женой, хранишь верность своему Роберту? Идеально продуманно, — произнес Дэниэл.
Глядя на ее обиженное лицо, у Дэниэла тут же испортилось настроение. Он решил, что Кики отвергла его поцелуй, потому что он в самом деле был ей неприятен. Еще ни одна девушка не относилась к нему с таким пренебрежением. Одна лишь Кики смела вести себя с ним так дерзко.
— Если бы я в самом деле хранила верность Роберту, то разве стала бы я заниматься с тобой любовью прошлой ночью? — прикусив нижнюю губу, произнесла Кики. — Лучше посмотри на себя! Ты любишь Мэри, а сам проводишь ночи с девушкой, которую ненавидишь и презираешь, считая ее низкой и подлой. Разве это нормально? Тебе самому не мерзко от этого?
— Кики, я уже говорил, что ты даже не достойна упоминать имя Мэри. Ты виновата перед ней больше всех, поэтому лучше не лицемерь и не трогай ее в своих разговорах,— закричал на нее Дэниэл.
Теперь он больше всего не желал слышать имя Мэри. Он ощущал тяжесть в душе, словно его тело было сковано невидимыми кандалами.
— Да-да, я не достойна упоминать ее имя… Теперь доволен? Если я тебе настолько невыносима, то удали все мои фото из своего телефона! — ответила Кики.
Она была готова снова расплакаться и вовсе не понимала, почему они все время ругаются. Дэниэл окинул ее злобным взглядом, а затем крепко сжал телефон в руке, словно желая его раздавить. В следующую секунду Кики открыла дверь и стремительно покинула комнату.
Дэниэл остался стоять на прежнем месте, пытаясь подавить в себе приступ гнева. Затем он убрал в карман лечебную мазь против отеков, которую специально приготовил для Кики. Только что он заметил, что на ее левой щеке все еще не сошёл красный след.
Тем временем Кики бегом спускалась по лестнице. Одной рукой она держалась за перила, а другой зажимала рот, подавляя звуки всхлипываний и всем телом содрогаясь от рыданий.