Страница 19 из 87
Вообще, западные склавины сильно отличались от восточных или, как их называли: великосклавинов. Которые, оказались под влиянием Восточной Лацийской империи, чья знать смешалась с беглецами из Корнелиополя. Даже в какой-то момент язык стал расходиться, но из-за интриги, которую провернули совместно императоры Константин Четвёртый, Суровый и Каролюс Пятый, Великий земли западных склавинов попали под скипетр северных властителей.
С той поры у их знати порой возникали мысли, чтобы освободиться из-под власти восточных братьев, но силы были неравны и на смену восстаниями пришли проекты, заселить свободные земли, которых хватало в Терранове. Вот, ради этой идеи Замойский и отправился в плавание через Бурный океан, где и сгинул. Как сказала Нахрин, совершенно точно утонул на полпути и ей можно было верить. Но, по их легенде Александр выжил и даже каким-то образом размножился.
Род Замойских к тому времени обеднел, а на остатки имущества, поделённые дальними родственниками свежеиспечённые братья претендовать не могли, ибо оказались внебрачными. Так и с титулом были проблемы, но император милостиво им разрешил, дабы не пресекать славный род.
Но проще говоря, Владислава и Роберта приписали к западным склавинам, были их имена, которые оказались не в ходу у великосклавинов.
По той же причине Светлана стала южной склавинкой, по фамилии Драгаш. После захвата турсманами Восточной империи там сгинули много знатных фамилий, но периодически кто-то да объявлялся, причём не всегда самозванец. Драгаши были приближены к трону восточных правителей, и все сгинули в битве за Корнелиополь.
С остальными было попроще. Антонина получила фамилию Акустьева — её мнимые предки были из местного населения, которые способствовали возвышению нынешней династии, а Лера стала её сестрой. Род пресекся естественным образом, впрочем, потомки могли обитать, где-то в северных лесах. Александр стал Протогенов, и у фамилии была та же история, что и у Акустьевых.
— Хорошо что вас не сделали братом и сестрой, — продолжал издеваться Роберт. — Иначе совсем…
— За собой с Тоней следи, — буркнул Влад.
Свежеиспечённый Замойский растерялся.
— Откуда ты?
Влад постучал себя пальцем по лбу и изрёк замогильным голосом.
— Ведомы мне все твои помыслы, включая самые похабные. Что ты не только Антонину естествуешь в разных позах, но и попутно мечтаешь поставить таким же образом и Лерку и даже Светку.
— А вот это враньё, — отскочил от них побагровевший Роберт, под смех Валерии и Александра.
Но Владислав сделал страшные глаза и изобразил работу мысли. Тоня фыркнула.
— Шут гороховый.
— Не спорьте с магом-мозгоклюем, — весело сказал Александр и Влад недовольно покосился на него.
Вот не любил он, когда менталистику называли мозгоклюйством и изыскивал планы мести и этому шутнику, но Александр пока не подставлялся.
Поэтому Влад просто поднялся с сена, накинул ученический плащ и ехидно поинтересовался, как у Сани обстоят дела с оружием, которое ему предоставил Канайя.
Дух огня задолбался выслушивать нытьё бывшего солдата и как-то вечером притащил новонаречённому Протогенову образцы огнестрела этого мира.
Целый вечер Саня изучал притащенное ему оружие, попутно изобретательно матерясь. Да и было чему. В общем-то, кремнёвые пистолеты однозарядные, не внушали оптимизма. Образованная Лера сказала, что они похожи на дуэльные «Лепажи». Три ружья, из тех, что стояли на вооружении у Склавинской армии. Хорошо ещё что штыки вставлялись не в дуло, а присоединялись к стволу — заметил ехидный Влад. Но окончательно добила Александра огромная штука, похожая на разожравшийся пистолет.
— Что это? — упавшим голосом спросил он.
— Последнее слово техники, — хмыкнул подошедший Тахана. — Пеппербокс. Штука очень неудобная, зато четырёхзарядная.
Глаза Сани отражали всю тоску цивилизованного человека, оказавшегося на затерянном острове в океане без благ цивилизации.
Поэтому, когда ему Влад напомнил про огнестрел, он всё-таки вышел из себя и взбеленился.
— Я думал, здесь есть что-то нормальное! Ну не автоматы, ну хотя бы нормальное нарезное или револьверы!
— Так сделай, — фыркнул Влад. — Набросай чертёж, сначала примерный, сделай заказ у местных умельцев, чтобы всё выточили как надо…
— Балабол, — вмешалась Лера. — Даже если и сделает, как ты говоришь, то не сейчас.
— Почему?
— А материал? А работа? Да Саше придётся у них над душой стоять, чтобы сделали всё как положено. А не как бог на душу положит.
Влад отмахнулся от настойчивой девы, которая неосторожно заказала некоторые ингредиенты для своей химии, забыв, что ГОСТов в этом мире не существует и сыплют на глазок.
Полыхнуло в её домике не хило. А ещё потом Нахрин отращивала волосы плачущей Лере. Но, кстати, у девчонки уже опыты получались куда лучше, чем в первые дни. Начала привыкать к этом миру, руку набивала потихоньку.
— Да без разницы, — вмешался Роб. — Я всё равно не представляю, как мы сможем соединить магию и технологии.
— Да вы не напрягайтесь так, — на полигоне появилась Лавита. — Вам сначала надо изучить магию, а потом исследовать наш мир и только тогда придёт понимание…
— Что к чему прикручивать, — кивнул Влад. — Ой, а когда следующий выход в город?
— Месяц прошёл, — пожала плечами женщина. — Можете отправляться завтра.
— Какой-нибудь другой город, не Архонтополь, — вздохнула Лера. — Не дай бог, опять на Анджея наткнёмся. Санька в тот раз сильно мальчишку обидел.
— Столица подойдёт? Агис-Петросполь, — предложила Лавита. — А насчёт Анджея, не о том вы переживаете. Он уже в армии, которая присоединилась ко второму альянсу.
— Блин, — выдохнула Лера, которой этот маг нравился.
— Ой, — вдруг спохватилась Тоня. — А здесь есть христианство или они все язычники и молятся куче разных богов?
Влад усмехнулся, его такие вопросы не волновали совсем, и он, в силу возраста, относился с иронией к верующим людям, но Лавита спокойно пояснила.
— Разумеется, есть. Во всех мирах, кроме совсем диких рано или поздно к идеям, заложенным в христианстве. Только в этом мире они называются иначе — литротиане. Потому что мессию в этом мире звали Иосиф Литротис. А так, почти всё то же самое, ну какие-то внешние признаки разнятся, а суть вся та же. И ещё — здесь не было расколов, а есть пять патриархий. В каждой свои заморочки, у склавинов одни, а у алеманов другие, литротиане северных государств похожи на протестантов, но в целом это единая религия и религиозных войн было мало. Нейстрийцы двести лет использовали религиозные лозунги в гражданской войне, да и в Священной Империи были конфликты, но опять же немного. В основном воевали с турсманами, которые, по общему мнению исказили учение Литротиса и сильно.
Антонина задумалась. Тогда Лавита пересказала ей основы литротианства, чтобы девушка убедилась, что оно не отличается от христианства, которое было в ходу в её мире. Девушка внимательно выслушала духа воздуха, а потом приняла решение.
— Я бы хотела сходить в местный храм, — твёрдо сказала Тоня.
К ней пожелали присоединиться Александр и почему-то Света. Лавита не стала с ними спорить, просто перенесла их к небольшой церквушке, которая находилась недалеко от центральных кварталов Агис-Петросполя. Пока Тоня и остальные соблюдали обряды, Влад, Роб и Лера, предоставленные сами себе, так Лавита тоже пошла в церковь, переглянувшись и, но не сговариваясь направились в ближайшую книжную лавку.
— Надо знать, что здесь вообще читают, — говорил Влад. — А то непонятно, чего аборигены знают, а чего нет. Иначе облажаемся.
— Если, как у нас, то вряд ли много книг будет, — протянула Лера. — Ну что у нас было до наполеоновских войн, если Пушкин появился позже?
Роберт презрительно фыркнул.
— Был уже Ломоносов, Радищев и другие. Если ты из школьной программы ничего, кроме Пушкина, не запомнила, то это твои проблемы.
— Точно, — согласился с ним Влад, удивлённый тем, что мажор не такой дурак, как ему казалось. — И я бы с удовольствием почитал, до чего местный Ломоносов додумался.