Страница 19 из 81
Глава 8 Проблемы богатых людей
Густой, сочный и сладкий аромат персиков плыл по саду. Запах был таким насыщенным, что я чувствовал легкое, приятное опьянение. А может, с этим мне помогало местное вино. Теплый воздух, все еще влажный после недавнего легкого дождя, был комфортный, как в дорогом пентхаусе с хорошо настроенными климатическими алгоритмами.
Я сидел в персиковом саду своего покойного дяди. Как ни крути, я ведь и его наследник, раз он не сподобился завести детей, поэтому расположенное по соседству поместье я намеревался рачительно прибрать к рукам и сделать частью своей территории. Сравнительно скромные постройки меня не заинтересовали. Их надо было сносить и перестраивать. Но пока я начал с того, что снес часть забора между земельными участками и построил беседку.
Беседка, с несвойственной местным пирамидальной крышей, больше напоминала что-то восточное. Настил из неровных, но очень тщательно подогнанных друг к другу досок и разбросанные по полу похожие на тюки кресла-подушки.
Да, это было моё нововведение для местной архитектуры и дизайна. И сама беседка, и кресла-подушки. Если уж ты стал попаданцем, то от прогрессорства не отвертеться, не так ли. Я решил начать с самого важного. Шашлыков и холодного пива. Как сделать холодильник, я пока ещё не до конца придумал. А вот место под шашлыки я уже организовал. Сегодня я впервые выбрался в персиковый сад, чтобы немного порелаксировать.
Климат тут волшебный, сидеть в каменных стенах, в духоте, было бы преступлением. А тут, на природе, находиться было одно удовольствие.
Сперат тренькал на своей лютне. Работал вместо радио. Его лютня немного пострадала от подземных вод, вздулся лак. И Сперат, внезапно, проявил свою слабость — он расплакался. К счастью, расклеился он как раз во время похорон, поэтому к проявлению его слабости отнеслись с пониманием. Я клятвенно пообещал Сперату, что мы починим его инструмент, если даже для этого мне придется пригласить в Караэн мастеров и открыть тут мастерскую музыкальных инструментов. Как будто взял побочный квест для спутника. Я серьезно намеревался выполнить это обещание, но для начала мне надо было как следует влезть в дела отца. Прям с ногами.
После похорон, которые тут тоже проходят на третий день, еще пару дней я посвятил официальным и неофициальным ритуалам вступления в наследство. Я представился духам предков в семейной часовне, мне представили городской совет, меня избрали главой Собрания Благородных Семей Караэна. Даже трудно сказать, что из этого было большей формальностью.
Ненавязчивая мелодия Сперата органично дополнялась тихим шорохом жесткой кожи, скользящей по металлу. Это сидевшая в уголке Гвена полировала трофейный меч. Предубеждение против демонического оружия никуда не делось — в руки его, кроме Гвены, никто не брал. А она носила это здоровенную, выше неё, оглоблю, даже не скрываясь. На правах моего пажа. Сперат был официально произведен в оруженосцы, так что у меня была вакансия.
Надо сказать, что хорошенькая мордочка Гвены вряд ли хоть кого-то обманула, но как я и говорил — вслух подозревать моего пажа в отсутствии яиц никто не решился.
Как выяснилось, брать демоническое оружие в руки остерегались не столько из красочных суеверий, сколько из унылой практики. Наложенные на демоническое оружие чары срабатывали против любого, кто возьмет оружие. И могли оставить неосторожного человека без руки, а то и вовсе убить. «Защита от чужака», — объяснила Гвена, в ответ на мои вопросы. А когда я спросил, почему Сперат схватился за эту двуручную саблю и до сих пор может бренчать на лютне, Гвена ответила коротко: «Этот меч другой». Суккубу я так нормально и не допросил — не могу сказать, что она прямо вот избегала разговоров со мной… Скорее меня постоянно отвлекали, дни были наполнены бессмысленными формальностями и формальными сознательностями, которые тянулись до позднего вечера и мне с Гвеной, зачастую, удавалось переброситься всего парой фраз за день.
Иронично, что люди рвутся к власти в первую очередь желая никому не подчиняться. Ожидая возможности для личной свободы. Но само обладание властью накладывает неожиданные ограничения. Удивительно, насколько же много свободы теряет человек, обретая власть. Я буквально перестал оставаться один. И, с удивлением, обнаружил, что уже не принадлежу себе, хоть и обладаю властью над другими. Вот например сегодня у меня впервые было полдня, не занятые встречами. Я, конечно, мог бы кого-то казнить, пользуясь этим перерывом. Но мне не хотелось. Зато я наконец добрался до бухгалтерии. Нет, считать деньги это приятно, но это все равно обязанность. Вот и сейчас, побеседовать с Гвеной про её сюрпризы никак не получается. Чуть поодаль парнишка, отобранный мной для этой роли, колдовал над шашлыком у импровизированного мангала, сложенного из камней. Помимо него терлись еще четверо — подливать вино, таскать тарелки. Кроме них был неизменный Вокула который прилип ко мне, как банный лист к спине. А еще вокруг меня было раскидано с полсотни бухгалтерских свитков и сновало трое писцов, подавая мне нужное по запросу.
Ну, что сказать. Считай один в сад выбрался, газетку почитать.
Хотя, сегодня утром, выйдя на тренировочное поле, я застал одну Гвену. Стояла и махала демоническим мечом, между прочим, моим трофеем, думая, что её никто не видит. Нет, она даже не пыталась научиться фехтованию. Гвена явно пыталась повторить трюк с бесконтактной рубкой. Пока, похоже, у неё ничего не получалось. Но поговорить не успел — уже через минуту вокруг суетились слуги, появился Сперат, пришел Леон с докладом о ситуации в городе. Мои наемники успели набедокурить, правда пока возмущаться слишком громко в городе никто возмущаться не смел. Фредерика я услал из под стен, с мутной задачей патрулировать дороги вокруг города. Чтобы не разлагались и сохраняли дисциплину. А за лучниками и остальными наемниками, требовалось приглядывать. Этим и занимался Леон, отчитываясь мне по утрам. Пока наемники пили дешевое пиво и устраивали поножовщину между собой — что всех вполне устраивало.
Я едва успел сделать комплекс упражнений на полчасика, помахать фламбергом, который пока не было чем заменить и даже начать тренировочный спарринг со Сператом — тот был слишком плох в фехтовании для моего спарринг партнера, но никого другого под рукой не оказалась — а у дверей в Большую гостиную уже выстроилась немаленькая очередь. Начиная с экономки, которая высыпала на меня ворох домашних проблем, заканчивая прибывшего от Городского совета представителя, жаждущего видеть меня на очередном «очень важном», то есть абсолютно бессмысленном, городском мероприятии. Были арендаторы с земель принадлежащих мне, родственники убитых заговорщиков и погибших лоялистов боящиеся потерять земли, просто просители.
Когда у тебя есть деньги, многое становится легче. Можно просто заплатить, чтобы решили твои проблемы. Увы, я был слишком бедным в прошлой жизни и не умел пользоваться преимуществами своего положения.
Например, в разгар подготовки похорон моего отца и остальных, я вспомнил о погибших в поместье стражниках и слугах.
Они лежали крыле для слуг. Естественно я тут же озаботился и их погребением. По традиции этим должны были заниматься их семьи но…
Как я уже говорил, похоронить человека в этом мире — это не просто грустно, это еще и токсично.
Способов отправить умершего в последний путь было аж три. Способ для ВИП персон — сжечь. Красиво, надежно, дорого. Так поступили с телами моей семьи и приближенных. К счастью, дрова были запасены, а то цены на них взлетели втрое. Удачно, что отец планировал зажарить пару быков на свадьбе. Ну, в общем, почти хватило чтобы сжечь четыре человеческих тела. Тут вообще беда с дровами, а чтобы нормально сжечь человеческое тело, дров надо неожиданно много. Сжигание только для Регентства была ВИП услуга. Во всех остальных странах это была, скорее, обычная практика.