Страница 48 из 97
Колонны воинов шли по чуть просохшей дороге, изнывая от неапрельской жары, да к тому же и форма солдат оставляла желать лучшего, благо хоть витязей я успел переодеть в более нормальную одежду, а не в эти…
С самого начала обучения, даже за месяц до начала одним из главных вопросов стало обмундирование кадетов. На начальном этапе, то есть первый месяц с ним, было более-менее понятно — закупили дешевую ткань, затем на манер хэбешной формы, пошили брюки и куртки. Эта работа досталась женской половине деревни, усиленной привезенными из города рабочими руками, освобожденными от работ то тем или иным причинам. Правда все-таки отличие от формы моего времени были, ведь не могли же витязи быть просто солдатами, им требовалась изюминка, пускай пока и в форме. Этой изюминкой стал черный берет. Но введение формы было еще только полбеды.
Появилась такая проблема как обувь кадетов. В начале закупили такую же, какую использовали и для обычных солдат, — башмаки с медной пряжкой, в походе заменявшиеся высокими сапогами. Хорошо хоть первая партия в сто штук башмаков прибыла много раньше всего товара. Иначе возвращать пришлось бы все и сразу, а так часть оставили, а часть пришлось раздать чиновникам за заслуги перед наместником, как поощрение. Решение сей проблемы нашлось довольно-таки быстро, местные обувщики согласились подсобить с реализацией, суть которой сводилось к тому, что они пошьют нужное количество сапог, выполненных по моим корявым эскизам. Увидев первую сделанную пару сапог, я выпал в осадок — не дать ни взять кирзачи, только с немного зауженными голенищами, дабы при ходьбе голень плотно обхватывалась, уменьшая возможность вывиха.
При всех этих изысках, если так можно выразиться, каждый витязь должен комфортно чувствовать себя в своей форме, дабы с честью и гордостью носить ее на глазах людей. Однако кое-что я все-таки недоглядел или недоучел. Молодые отроки, начавшие заниматься на полигоне под приглядом наставником, столкнулись с такой проблемой, как непрочность штанов, постоянно рвущихся на коленках и между ног. В итоге пришлось срочно делать заказ у рязанских портных на новые партии столь нужной части обмундирования. Неприхотливые, прочные и в чем-то даже стильные «штанишки» обошлись в кругленькую сумму, но закрыли «прореху» этой проблемы.
Все мучения и головная боль новой формы, точнее единственной формы для витязей окупились сторицей, стоит только взглянуть на идущие полки нового образца, это те полки, которые сейчас формируют в России на манер европейских, взамен стрелецкого войска, и на батальон витязей, идущие в арьергарде колонны. Что не говори, но для Руси надо создавать свое, а не брать готовое решение у Европы.
Безусловно, Петр это понимает, вот только его действия скорее вызывают отторжение, нежели поддержку, особенно у старых и знатных родов. Намекнуть бы царю, да я не враг себе, все же мои позиции еще крайне шаткие, хотя уже и не напоминают соломенные столпы, держащие раскаленную чашу. Они скорее видоизменились и теперь больше напоминали ивовые прутья, держащие всю ту же раскаленную чашу. Что делать, придется наследнику пока терпеть все это, чтобы достичь желаемого!
Увы, но реформы отец проводит слишком спешно, опираясь в своих решениях на «новых» дворян. Отцу не докажешь того, что бояре люди нужные не только для того, чтобы их доить как коров, а еще и для того, чтобы ставить их на значимые и сложные должности. Хотя перед этим их следует проверить, а по возможности и какого-нибудь компромата на них собрать. Так, на всякий случай. Но опять же это мой взгляд, уже порядком лишенный той романтики, которая столь присуща всем юнцам, когда они грезят о «справедливом и честном мире». Вот только нет такого мира! И не будет! Никогда! И нигде! Есть только тот мир, который создает человек для своих близких и родных, а ежели это касается царя, — то этот мир вбирает в себя всех граждан без разбора.
Мало, очень мало достойных, действительно достойных! Но кто сказал, что не надо стремиться к лучшему? Кто запрещает людям это? Сам человек не хочет совершенствоваться, предпочитая тихо и мирно жить своей рутиной, не желая знать, что твориться за околицей. Вот именно для таких людей, «спящих» в своих домах и нужен такой государь как Петр! Да, именно так!
«Да? А то, что он столько людей загубил… и еще загубит… — прошептал знакомый голосок в моей голове».
«Но он ведь хочет как лучше…»
«Тебе прекрасно известно, куда устремлена дорога, созданная благими намерениями!- чуть громче прошептало мое второе 'я».
«Я помогу ему, и он не совершит тех ошибок, которые он сделал в моем времени».
«Обещаешь?- спросил голос».
«Да».
«Помни об этом,- еле слышно прошептал голос, растворяясь в моей голове».
— Господин бригадир, впереди дым.
Вопреки устоявшемуся порядку назначения на воинскую должность, государь перед походом присвоил мне временное звание бригадира, так сказать опробовать в деле и в случае чего лишить его. Свиток с царских оттиском покоится в моих дворцовых покоях, как символ одной из пока еще немногих побед…
Невидяще посмотрел в сторону говорившего и увидел одного из разведчиков отряда Никиты Селиванова.
— Много?
— Да не то чтобы много, но кажись, домов пять горят,- ответил разведчик.
— Какие дома? Здесь и избушки захудалой не должно быть, а не то чтобы какие-то дома!- изумился я, хотя сам прекрасно понимал, что придется все карты в срочном порядке обновлять, хорошо хоть сотники витязей наносят маршрут на свои карты, подробно вычерчивая весь ландшафт.