Страница 5 из 8
— Что творит этот безумец! — в отчаянии воскликнул Иван Федорович, хватаясь за голову. — Он же обрушает все наше построение!
Глава 4
Сколько ни слал приказов Самсонов командиру 15-ой, чтобы тот немедленно остановил отступление и вернул вымпелы на прежние координаты, Дамир Ринатович стойко снося крики и чуть ли не оскорбления командующего, продолжал делать, то, что начал, а именно — спасать дивизию от полного истребления. Ибо как верно посчитал Хиляев, позицию у перехода можно потерять, а впоследствии вернуть, а вот корабли в сражении потерять можно один лишь раз, без всякой возможности реванша.
Поэтому сейчас 15-ая «линейная» на всех порах улепетывала от, продолжающих попытки ее догнать американцев, и прежде всего от огромного «москитного» «роя» из семисот истребителей F-4. Потому как очутись корабли нашей дивизии внутри него, за считанные минуты они будут лишены всех защитных полей, а подоспевшие вымпелы Джонса-младшего быстро довершат дело…
И таки Дамиру Ринатовичу удалось спасти корабли, Илайя Джонс видя, что русские развернулись к нему кормой и очень быстро отступают, решил не гоняться за осторожным вице-адмиралом Хиляевым, а сосредоточить огонь на второй, находящейся неподалеку вражеской дивизии. Американские корабли и истребители остановили преследование и развернулись в направлении четырнадцати вымпелов адмирала Козлова.
Вячеслав Васильевич, видя предыдущий маневр своего товарища и, конечно, как и большинство наших флотоводцев, на эмоциях осудивший Хиляева за его «трусость», видя, что происходит и что теперь уже к нему движется армада F-4, решил оставаться на месте и принять бой. Хотя в первую минуту сомневался в правильности таких действий и подумывал, а не повторить ли маневр Дамира. Но гордость и самоуверенность победили, и 9-ая «линейная» в полном составе, выстроившись в «линию», встретила первый и самый мощный навал врага.
Бешеная стая из сотен американских истребителей скрыла на тактических картах все четырнадцать наших вымпелов, кружась вокруг них и жаля со всех сторон. Благо Козлов, выполнил приказ командующего и по-прежнему держал остатки своих палубных эскадрилий в ангарах, иначе последние МиГи растворились бы в этом адском хороводе, будто их и не существовало, настолько много было сейчас истребителей «янки» и настолько они доминировали…
С зенитной артиллерией у Козлова на кораблях оказалось все в порядке, она практически не пострадала в последних сражениях и была готова действовать. Однако наших скорострельных орудий попросту не хватало, чтобы не то чтобы остановить и отогнать машины врага назад, а даже задержать хотя бы на минуту не получилось.
Американские пилоты, разбив основной «рой» на малые группы, а потом и на звенья, атаковали сразу все корабли Козлова одновременно, не давая зенитчикам соседних вымпелов помогать друг другу и перекрестным огнем косить нападающих. Нет, теперь каждый линкор и крейсер вынужден был отбиваться в автономном режиме. Что же касаемо несчастных эсминцев 9-ой дивизии, то асы «янки» не оставляли на них живого места, не только уничтожая трансляторы и обнуляя защитные поля, но и выкашивая все, что только возможно на внешних обшивках, включая башни легких артиллерийских батарей, и подбираясь к силовым установкам…
Вячеслав Васильевич теперь сто раз пожалел, что остался стоять на месте, потому как практически все защитные поля, какие были на его кораблях, в одночасье перестали существовать, а Джонс со своими дредноутами был уже тут как тут. «Рой» F-4 сделав свое черное дело, разлетелся в стороны, и тут же по нашим ударили главные калибры линкоров и тяжелых крейсеров Илайи Джонса, пробивая первый слой брони и напрочь снося первые башни артиллерийских орудий.
У вице-адмирала Козлова уже не оставалось возможности, как это было у Хиляева, развернуться и начать отступать, корабли 9-ой «линейной» теперь могли лишь медленно пятиться назад, без всякого шанса на отрыв. Не пятиться они не могли под непрекращающимся ливнем плазмы американских линкоров. К тому же у Вячеслава Васильевича имелся еще шанс сохранить дивизию, так как с одного из направлений ему на помощь уже спешил сам командующий во главе группы боевых кораблей из дивизии Козицына.
Самсонов, видя как тяжко приходится Козлову и что у того осталось времени в обрез, быстро пошел навстречу врагу, слегка огибая построение Джонса и намереваясь атаковать того с «фланга». Непосредственно под рукой командующего, кроме своего флагманского «Громобоя» имелось всего шесть вымпелов, но и этого должно было хватить для осуществления задуманного. Ведь Илайя, несмотря на то, что последние полчаса доминировал в секторе боя, имел в наличии не менее поврежденные и ослабленные корабли, чем и у русских, а значит, не мог долго сопротивляться атаке сразу с двух углов…
Семь наших боевых кораблей совершили быстрый маневр обхода и набросились на американцев, пытаясь отогнать тех от дивизии вице-адмирала Козлова, а в последствии и вовсе опрокинуть и выбросить в подпространство. И это у Ивана Федоровича почти получилось. Илайя Джонс не имел большого количества кораблей, в «тылу» построения у него находились лишь три авианосца, которые, конечно же, могли противостоять атаке Самсонова, ибо предназначались совершенно для других целей, и поэтому не имели на борту тяжелых орудийных установок, способных остановить атаку «раски».
Эти самые авианосцы и еще два поврежденных крейсера попытались задержать навал кораблей Ивана Федоровича, но безрезультатно, русская боевая группа без особых усилий опрокинула вышедшие ей навстречу вымпелы, заставив те пятиться и прижаться к своим же линкорам. Все что могли сделать авианосцы, это встать рядом с «Ютой», «Пенсаколой» и «Калифорнией», закрыв своими корпусами от огня наших артиллерийских расчетов районы их силовых установок, чтобы у линкоров Джонса хотя бы оставалась возможность двигаться в бою.
Положение Илайи быстро стало ухудшаться, зажатый с двух сторон и простреливаемый насквозь, его строй начал терять один вымпел за другим. Крейсера и даже линейные корабли американцев выходили из боя, слишком до этого они пострадали, а сейчас получали со всех сторон прилеты плазмы от превосходящих сил противника. Из пятнадцати вымпелов, с которыми Илайя начал свою яростную атаку, в строю и имеющих возможность отвечать у него осталось десять единиц. Остальные, лишенные практически всей артиллерии и с подбитыми двигателями беспомощно плавали рядом, ожидая своей участи…
Джонс и здесь не растерялся, приказав тут же соорудить вокруг подбитых кораблей заслон из оборонительной «сферы». Американцы обступили со всех сторон три из пяти вышедших из строя дредноутов, прикрывая их и себя от огня русских артиллеристов. Еще два корабля находились слишком далеко и Джонс не смог до них дотянуться.
«Янки» сгрудились в плотное «каре», ощетинившись носами и жерлами орудий, только так можно было продержаться какое-то время, до подхода подкреплений. И подмога пришла, только не из кольца портала, еще не восстановившего энергию для прыжка из «Бессарабии» очередной группы поддержки 4-го флота. Помощь пришла со стороны сотен «фантомов», которые обнулив поля кораблей дивизии Козлова, на время вышли из сектора ближнего боя, перегруппировались и по приказу Джонса-младшего теперь ринулись на отряд кораблей Самсонова…
Иван Федорович отчаянно продолжал вести огонь по вражескому построению, невзирая на то, что вокруг его «Громобоя» и остальных вымпелов кружатся сотни надоедливых F-4, и чувствуют себя вольготно и безнаказанно. Ведь у кораблей, которые стояли рядом с флагманом командующего, в отличие от вымпелов 9-ой дивизии зенитных батарей было несравнимо меньшее количество. А значит, и противодействия американскому «рою» от группы Самсонова практически не существовало.
Лишь зенитки «Громобоя» еще какое-то время пытались остановить нападение истребителей врага, собрав немалый урожай из подбитых машин, но и они через некоторое время замолчали, полностью разбитые и уничтоженные асами с авианосцев Джонса, слишком много было «фантомов» вокруг. Защитные поля дредноутов Ивана Федоровича перестали существовать так же быстро, как и поля дивизии Козлова, отчего американским канонирам стало куда легче выводить из строя наши корабли.