Страница 5 из 76
— Я сам буду решать, что тебе надевать. Что и как петь, говорить, где появляться. Я знаю, как сделать тебя популярной.
Она наигранно рассмеялась, но её ироничная улыбка быстро превратилась в кровожадную. Девчонка посмотрела на меня исподлобья.
— А моё мнение как-то будет учитываться?
Она ещё спрашивает?
— Нет, конечно, — хмыкнул я.
— Это шутка?
Киса меня разочаровала. Глупая Киса…
— Какие шутки? Я не для того столько денег в тебя планирую вложить, чтобы ты своими мнениями всё портила. Будешь делать то, что тебе говорят. Скажу меня облизать на сцене — оближешь.
Девка закусила губу и уронила заметно расстроенный взгляд обратно в контракт. Не всё в этой жизни бывает, как хочется, дорогуша. Зато тебя ждёт слава и бабки.
Я взлохматил волосы и зачесал их ладонью назад, слегка уже утомившись. Ну… Девчонка подумала, помолчала. Её взгляд заползал по нижним строчкам, а у меня чуть не привстал.
От нетерпения я заёрзал на диване. Хотелось увидеть, с каким скрежетом зубов она откажется, но Киса вдруг произнесла своим томным, сексуальным голосочком.
— И за это ты хочешь всего лишь двадцать пять процентов? Какая маленькая продюсерская комиссия.
Это всё? Всё, что вызвало у тебя вопросы?
Я нагнулся к столу и сощурился.
— То есть, перепихон тебя не смущает?
Условием было двадцать пять процентов и секс. Другого после вчерашнего «аванса» я предложить не мог.
Но почему-то решил, что она ливнет. Не даром же высказалась вчера: «Я ненавижу таких мужиков, как ты!».
— Знаешь, карьера мне важнее, — в ответ Киса тоже подалась вперёд.
Столешница врезалась ей в бюст.
Я чуть не разоржался в голос. Какая же продажная попалась сука…
— Ясно. Тогда вписывай свои инициалы, данные, дату и подпись. На двух экземплярах. Если я что-то ещё придумаю, то можем внести дополнения.
Без лишних вопросов она приступила к заполнению бумажек. Мне в грудь закралось лёгкое, предвкушенное волнение, сбивающее с толку. То ли от предстоящей оплаты за мой труд, то ли из-за того, что я вычислил очередную шкуру. Но она удивила меня тем, как "отважно" согласилась.
В кармане джинсов провибрировало. Я даже не сразу понял, что это телефон.
Андрюха набирал сообщение.
Лёнь, послушай это дерьмо.
Кей-поп альбом? В уведомлении он прикрепил голосовое.
Я нашарил наушники в кейсе, надел один, пока Киса была занята, и включил запись.
Послушал.
Честно говоря, ничего непонятно. На пятнадцатисекундной дорожке оказалась какая-то бабская истерика и всхлипы. Демоверсия серьёзных отношений?
Что ты мне скинул? Зачем я потратил на это время?
Пост прочитай. Это диктофонная запись. Какой-то чел подкараулил певицу Мармэри на рок-пати, на которую мы вчера не пошли, и слил её телефонный разговор.
И чё?
Почитай! Этот говнюк и про нас писал посты. На него подписано три млн!
Я нахмурился. А это не может подождать?
— Всё, готово.
Я взял у Кисы документы, похотливо ухмыльнувшись, и тоже везде размашисто подписался. Оставалось только заверить.
— Никольская Ева Анатольевна? — прочитал я её имя, опустил уголки губ и довольно покачал головой. — Звучит. С вами приятно сотрудничать, леди.
— А когда начнём? — она застенчиво убрала за ухо длиннющую шелковистую прядь.
— Пакуй вещи, — в твоём случае, только зубную щётку. — Завтра летим в Питер, на студию.
5. Перед отлётом
Перед отлётом я пересёкся с представителями «РК» и убедился, что эта встреча была нужна больше мне, чем оргам фестиваля. Мы обсудили уже не такой роскошный, как прежде, райдер, и я еле заболтал РКшников, чтобы они не отдавали основную сцену каким-то неизвестным тараканам вместо нас. Я чуть не выпал, когда понял, что с трехсот пятидесяти квадратных метров нас хотели выселить на сто сорок. Это могло бы стать причиной их разбитой двери и моей условки, но я тут подумал… Они ещё пожалеют. Мы одни способны устроить sold out на весь их долбанный фестиваль!
Нужно было всего лишь успеть дописать новый альбом и провести презентацию прямо на мероприятии. У меня зуделись руки быстрее приступить к работе. Я знал, что, уходя, Юдин оставил нам в наследство крышесносные рифы. Что Муратов их все выучил на зубок, а я был в своей лучшей вокальной форме, готовый молоть на сцене фарш. У нового драмера оказался неплохой послужной список, на челкастого — вообще срать, гитаристов, как грязи. Но вроде и он чего-то мог. Про лучшего басиста с козлиной бородкой я даже не начинал… И вот, теперь у нас была ещё одна рабочая приманка. Нимфа с ангельским расщеплением и модельной фигурой. Я рассчитывал, что этот альбом не просто поднимет нас с колен, а станет лучшим в истории Death Breath.
На следующий день мы все подошли ответственно к сборам и заранее высиживали в аэропорту перед рейсом. Все, кроме одной особенной достопочтенной персоны…
Я был на грани того, чтобы позвонить и наорать громче бабы, объявляющий вылеты через микрофон. Ева пришла за долю секунды до того, как я чуть не взорвался и не раскидал кровь с кишками по стенам зала ожидания.
— Приветик, — видимо, вчера она буквально уяснила, что старый гардероб ей не понадобится.
Пришла с одним полупустым рюкзаком, в кожаной куртке и солнцезащитных очках. Развалилась сразу на двух металлических стульях возле басиста, и помахала нашему ряду когтистой рукой. Шёлковые волны её шевелюры рассыпались по спинкам сидений.
Куда Ева смотрела, я не видел из-за чёрных стекляшек. По традиции она не извинилась. Я оскалился.
Мерзкая девка!
— О-о-о, вот, кого мы ждали?! Лёнчик, а ты не говорил! — разлёгшийся Андрюха вытянул шею из-за сумки и привстал. — Киса, как сказал этот неприятный мужчина, я ваш фанат. Вы великолепны!
Я заметил, как парни оживились, отламывая от девчонки взглядами по кусочку. Все, кроме Муратова, конечно. Он у нас был надрессированная паинька.
Андрей взял Кису за ладонь и чуть не донёс до своего рта. Типа поцеловал.
— Спасибо, — она польщённо улыбнулась, приложила свободную руку к груди и кивнула.
Да посмотрите, что за жополиз у нас стоял на ритм-секции!
— Андрюха всем тёлкам так говорит, — выкатил я с гонором, сложив руки на груди. — Задницы свои подняли и пошли на посадку!
Снизошла до челяди, разложилась! Пятнадцать минут до вылета…
Парни послушно встали. Андрей продолжал заигрывать с Евой уже жестами, перевод которых с обезьяньего я не знал.
— Лёнь, ну повежливее. С нами жедевушка, — поплыл татуированный неприступный Гриша, закидывая на плечо сумку. — Кис, а хочешь, твой рюкзак понесу?
П-п-пф… Я с рыком выдохнул от переизбытка агрессии. Руки напряглись, и я начал переминать пальцы. Это всё по тому, что я задумался.
А надо ли оно мне? Привёл бабу на тонущий корабль. Щас как пойдём якорем на дно рокерского шоу-бизнеса…
Драмер забрал у смущенной Евы рюкзак. Ну я ему и свою сумку заодно всучил. Раз он у нас заделался курьером. Кстати, смущение — последнее, что я рассчитывал разглядеть на её наглой измалёванной морде.
Я даже не понял, что Гриша там промямлил, и поравнялся с Кисой, удаляющейся к терминалу походкой от бедра.
— Слышь, девушка, почему опоздала?
Ева предпочитала делать вид, что мои реплики доносились до неё из атмосферы, как назойливый шум турбин. Её голова так и не шелохнулась в мою сторону. Девчонка лишь сдвинула очки и посмотрела на часы на своём тонком запястье.
Оно было таким хрупким, словно его можно было переломить одним удачным сжатием.
— Я же не опоздала, — девка затыкала ноготком по циферблату. — Сегодня вовремя.
Когда я предупреждал её про «собраться заранее», имел в виду приехать хотя бы за час.
— Ты притащилась впритык! Я предупреждал, что меня злить — опасно для твоей психики?
Она что, закатила глаза?
— Да ну… Просто я уже привы-ыкла приезжать прямо перед посадкой, — лениво зевнула Ева посреди фразы.
В смысле?