Страница 3 из 76
Они с новенькими, как преданные шавки, зашедшиеся слюнями, выстроились вдоль перил. Девчонке нужно было выйти с зонтом. Муратов продолжал ковыряться в тарелке, не поддерживая их оргазмы. Странно, а чего так?
— Андрюх, да ты прям фанат, — крикнул я, придвинул к себе остывший стейк и начал распиливать ножом.
Ладно, я сделал выводы. Когда там уже следующая песня?
— Не обижайся, но она орёт круче тебя, Лёнчик, — Андрей потрепал меня за плечо, и я плюнул обратно в тарелку не жующийся кусок.
Ну зачем же сравнивать… Она никто, поёт здесь за чаевые. На концерты Death Breath меня приходят оттрахать взглядом тысячи фанаток. Для чего унижать девочку?
— Ты так говоришь, потому что от баб не приходится ждать экстремального вокала.
— Ага, ещё чего. У них что, голосовой аппарат по-другому устроен?
Что за тупые вопросы? Конечно. Так, чтобы принимать член.
В общем, я промолчал. Поужинал, наконец, спокойно, пока их рты были заняты слюноотделением и подвываниями. Единственное, в чём я был не привередлив, так это в еде, но сегодняшнее мясо приготовил действительно безрукий утырок. Позабочусь о том, чтобы он больше не портил окружающим настроение. Пускай работает где-нибудь на заправке.
— А ты чего киснешь? Иди посмотри на эту… Цацу, — музыка из колонок так громыхала, что вибрировало в рёбрах. Девчонка отжигала.
Я наклонился к Муратову через стол, чтобы он расслышал. Никак не мог понять: он представлял себе Ваню унылым куском дерьма, или тому было просто западло со всеми общаться.
— Да я слышу отсюда.
Он перевёл свой равнодушный взгляд с полной тарелки на меня.
— Ты по мальчикам, что ли? — этого ещё не хватало!
Надо аккуратнее с совместными походами в туалет. Вроде здесь не было кабинок.
У Муратова раздражённо нахмурились брови.
— У меня есть девушка, — зло прорычал он.
Да тише ты! Я обернулся на парней, но они всё также переговаривались между собой, стоя на балконе с выпивкой.
Ясно. Бесится, пояс верности натирает. Посмотрим, как он будет сохранять обет воздержания через месяц. Даю ему максимум два.
Мисс Кисс исполнила ещё пару иностранных каверов и отошла к барной стойке. Там её готовы были облизать. Бармен устроил девчонке шоу, смешал в шейкере текилу с цветными сиропами и через пару минут примитивных фокусов, которым она наигранно радовалась, поставил на столешницу готовый коктейль. Певичка теребила волосы и кусала трубочку, переговариваясь с работниками бара. Вроде не пила, только делала вид. Наверное, боялась пересушить горло.
Я следил. К ней выстроилась очередь бухих мужиков, считающих своим долгом потрогать её за талию. Извращенцы нагибались, заглядывали в вырез и что-то говорили девке на ухо. Думаю, заказывали песни. А может, спрашивали, по чём час…
За столом раздался очередной тост. Я собирался уже и сам подбухнуть, но ещё наблюдал за тем, как девчонка хохочет над шуткой бармена. Чего только не сделаешь ради бесплатного обслуживания. Вдруг она исподтишка посмотрела на балкон.
Сука. Увидела…
Видимо, ей рассказали, кто сегодня занял ВИП-зону. Я закусал кожу щёк, надменно оценивая её строгое лицо. Спустя полвечера можно разглядеть и что-то помимо доек.
Красивая. Я был не силён в сравнениях, но… Как Настенька из «Морозко». Такую бы трахать, намотав волосы на кулак, чтобы умоляла помягче. Только что-то мне подсказывало, что она сама кого хочешь наебет.
Мисс Кисс мне не улыбалась. Стрельнула вострыми злыми глазками и пошла допевать следующий блок песен.
Спустя ещё час, уходя со сцены, она попросила у зала сигарету, и народ чуть не подрался за право спасти её от никотинового голодания. Я всё это отмечал и не забывал закатывать глаза.
Ей насовали целый букет из голубых бумажек, но труженица предпочитала не тратиться на табак. Она подавала все признаки содержанки.
Отлично, значит, не сможет отказаться.
— Пойду покурю, — бросил я, не больно вникая в разговор.
Надеюсь, Ванюша будет вести себя хорошо. Когда меня нет на базе, Андрей за старшего.
Все вдруг заржали.
— Ну давай, удачи, Господин.
Я опешил, обернувшись на челкастого. Не хватало выслушивать стёб от сессионных подсосов.
Очевидно, они поняли, зачем я иду вниз. Чтобы заполучить этот голосок в свою копилку, пока её не заметил кто-то другой.
— Зачем мне удача? У меня есть деньги, внешность и большой член. Готовьтесь записывать фит.
Андрюха с каменным лицом сыграл на воображаемом грифе.
— Лёнчик, я рассчитываю на твои… Регалии. Эта Киса должна уехать с нами в Питер.
Киса? Андрей был таким оленем.
Настало время спуститься в курилку. Я воспользовался отдельным выходом с балкона и попал в каморку, где тусили вышибалы. Один доедал свой ужин, а при виде меня вскочил и засуетился.
— Я хочу покурить. Выведите всех, кроме вон той девки, — сквозь стеклянные двери было видно, как певичка попрошайничает зажигалку. — Быстрее!
Меня сопроводили трое громил. Всё ещё прожёвывающий мужик, воняющий капустой, заслонил меня собой, чтобы я спрятал лицо, два других быстро очистили помещение.
— Шевелись! Давай-давай! На выход!
Толпа недовольных сопротивляющихся мужиков и девок по очереди тушили окурки об урну и заходили обратно на первый этаж. В глубине стеклянного пристроя осталась одна загнанная в угол женская фигура с не раскуренной сигаретой. Я глубоко вдохнул клубящийся горький дым, застоявшийся над головой, и ухмыльнулся.
— Будьте снаружи.
Охранники оперативно закрыли нас изнутри, выстроившись спиной к прозрачным дверям, и внутри пристроя нас бессовестно осталось двое.
Киса нервничала, но ничего не предпринимала. Сложила руки под грудью, облокотившись об стекло, и не сводила с меня немигающего взгляда. Её длинными волнистыми волосами можно было придушить тех громадных вышибал.
Я вызволил из тесного кармана зажигалку и неторопливо приблизился к шелохнувшейся девчонке.
— Киса здорово научилась рычать, — улыбнулся я и отнял из её холодных пальцев сигарету.
Зелёные томные глаза сузились, а розовый рот мягко приоткрылся.
— Ты пьяный? — истомно промурлыкала она. Красивый голосок.
Походу, Киса оказалась бесстрашная.
— Нет, — я прикусил фильтр, удерживая сигарету одними зубами, и воспользовался зажигалкой. Процедил, нетерпеливо раскуривая. — Трезвый, как никогда.
Табак оказался недешёвый. Дым густой, обволакивающий. Я затянулся ещё пару раз, придерживая сигарету двумя пальцами и с наслаждением прикрыв глаза. Но, лениво разлепив веки, обнаружил, что Киса изнемогает без продолговато объекта между губ. Мышцы на её тонкой шее напряглись. Хах.
Я заботливо стряхнул пепел и, приподняв брови, протянул ей истлевающую сигарету. Она, конечно, тут же взяла.
— Меня пришёл послушать? — у девчонки дрожали пальцы. Возможно, ей просто было холодно в курилке в одной майке.
Я опустил взгляд на её бюст, покрывшийся мурашками. Даже не сразу понял, что она сказала, пока перед глазами не возник полупрозрачный дым, что девка выпустила губами.
— А ты знаешь, кто я такой?
Леонид Савицкий пришёл послушать убогую Мисс Кисс? Охреневшая девка.
— Знаю, конечно. Ты — Господин, — она небрежно выплюнула моё прозвище, словно подавилась спермой. — Господин-герой-любовник.
У-у-у. Мои похождения дошли и до этих миленьких музыкальных ушек. Киса презрительно окатила меня едким взглядом.
— Это разве плохо? Быть героем-любовником?
— Отвратительно. Терпеть не могу таких мужиков, как ты, — равнодушно выдохнула она. — Думаешь, на тебя любая напрыгнет?
Воу-воу! Я не сдержал улыбки и облизал губы.
Какая же она примитивная…
— Конечно. И ты — в их числе.
Мы обменялись упрямыми взглядами.
У Кисы были острые ноготки на длинных пальчиках, которыми она удерживала сигарету, почти что превратившуюся в бычок.
— Ну и мерзость, — хмыкнула девчонка. — Даже не представляю, какого тебе с таким самомнением.