Страница 98 из 123
Интерлюдия 3
Дорога по осени размокла и заставляла копыта коней чавкать по грязи, которая запятнала животных, да и их наездники тоже выглядели не лучшим образом. В карете правда было по комфортнее, но и она шла по грунтовке с некоторым трудом. Килан невольно усмехнулся этому слову. Грунтовка. Когда Магнус применил его впервые, он не понял контекста, в конце концов все дороги, о которых он знал были земляными, лишь в достаточно богатых городах улицы и площади мостили камнем, а порой кидали дерево, чтобы не тонуть в раскисшей от дождей грязи.
Но «Великанова дорога» изменила его представление о том, каким должны быть пути между городами. Он правда застал лишь начало строительства, но оценил и глубину рва и толщину песчаной подушки, и щебень, и подогнанные друг к другу камни дорожного полотна. А потом ещё и выяснилось, что Магнус мог вести по ней войска едва ли не со скоростью полёта птицы. Кристинду это тоже впечатлило, но не так, как второго наследника Осато. Там где маг восхищается самой магией, полководец видит возможности! И они были огромны. Там, где другим королевствам нужны месяцы для сбора войска, Ахиту могли потребоваться считанные дни. Будь такие дороги уже построены, они могли бы дойти до мятежного герцогства ещё до того, как мэлманцы начнут собираться в полевом лагере на своей территории. Если бы это было возможно, вероятно никакого «Города Мертвецов» бы и не случилось. Был бы просто дохлый демон и его прихвостни. Теперь Килан не сомневался, что Магнус почуял бы всё заранее и вопрос был бы решён куда меньшими жертвами и без его временной смерти.
— О чём ты думаешь с таким глубокомысленным видом? — поинтересовалась сидящая в карете напротив него принцесса, оторвавшись от книги.
— О прошлом — ответил Килан, пожав плечами и оторвавшись от окна, через который смотрел на осенний пейзаж — О том, как мы оказались в этом моменте, о том, что можно было сделать иначе.
— И что же? — приподняла девушка бровь.
— Надо было озадачить Мага дорогами хотя бы в Осато, можно было хоть его вес в золоте отдать, оно бы того стоило.
— Это да — потянулась принцесса, устав сидеть в одной позе — Хотя сдаётся мне тебя больше занимает не это.
— В какой-то мере — хмыкнул Килан.
В свете последних событий его встреча с Магнусом уже не казалась такой уж случайной. Тогда, на всеми забытой дороге в восточных лесах он должен был как минимум попасть в плен, а то и умереть. Но из неоткуда появился дикий великан со скромным монахом и изменили его судьбу. Ни дикие звери ни люди больше не смогли причинить ему вреда в том путешествии. Затем Магнус с товарищем и мало кому известным магом отправился едва ли не на край мира. Рирт… Отец рассчитывал, что великан обломает о каменных гигантов свою дубину и станет верно служить их семье за достойное вознаграждение и титул, за которым фактически не стоит земли. Вышло иначе.
Там, где не справились люди, великан преуспел, хотя со слов эра Эдво едва не умер, в какой-то момент переоценив свои силы. Ну или сделал вид, кто знает. Во всяком случае Рирт в итоге стал не просто процветающим владением. Он был едва ли не самым неприступным местом во всех человеческих землях. На узких горных дорогах брошенные даже ребёнком, поднявшимся наверх по незаметной тропе, камни могут убивать опытных воинов. Что уж говорить о тех булыжниках, которые может бросить великан? А если всё же дойти в итоге до самого Рирта, то враг упрётся в высоченную подковобразную стену, которая превосходит и Осатомонскую. Штурмовать такую сущее безумие, уж после Аидноского брода Килан это отлично понимал.
Аиднос… Ещё одно место, где он должен был погибнуть или попасть в плен. А перед ним была долгая инспекция приграничных гарнизонов и острогов, во время которой Магнус учил его играть в полководицу. Игра зашла очень многим воякам, но особое внимание великан уделял именно Килану. «Думай, просчитывай варианты, прикидывай свои силы и своего врага, научись предполагать, как он будет действовать и упреждать его ходы» — говорил он. И Килан учился, тем более на него наседал и эр Блом, видя во всём этом потенциал. Видели его и другие, но по началу проиграв юнцу часто говорили, что игра и реальное сражение слишком отличаются, чтобы говорить о таланте полководца, выигрывающего в полководицу. Но до Аидноса, не после. Там горстка людей остановила полчища орков.
Очень многие после поездки считали, что так вышло потому, что раскрылся гений Килана. Сам он знал, что Магнус на ровном месте построил земляной вал в рекордные сроки, а потом спровоцировал орков на неподготовленную атаку. Когда же зеленокожие взялись за них в серьёз, великан обратился в зверя, заставив врага потеряться, а лошадей под кочевниками поверг в панику. Так они победили, а орки отошли, поняв, что идея набега провалилась.
Магнус же обзавёлся жёнами. Тогда многие шутили, что великаны просто не особо различают человеческих женщин, орчанок и эльфиек, для них все они примерно одинаковые. Некоторые подшучивали и на тему размеров, но тут без особого энтузиазма. Всё таки дочерей порой выдавали замуж и в тринадцать, причём не редко за здоровых мужиков, которые их едва ли не вдвое выше ростом. Да и все эти шутки говорились за глаза, всё таки слишком говорливые рыцари успели познакомится с великанской дубиной, пополнять их число никто особо не хотел. Магнус же сказал ему, что любит всех разумных существ этого мира и даже орки достойны жизни, тем паче орчанки. Тогда это тоже казалось шуткой. Теперь, в свете того, что Магнус Посланец, всё звучало в ином свете.
Тот злополученный поход на запад начался хорошо. Со слов эра Блома так вовсе великолепно. Болезни и бескормица обходили их стороной, люди были бодры и веселы. Но вновь рядовые бойцы армии больше соотносили ситуацию с организаторскими способностями их предводителя, не так уж многие знали, что Магнус не вылезает из документов, купчий и накладных, заботясь о том, чтобы войско было обеспечено всем необходимым. А потом пришли вампиры, мертвецы и демон.