Страница 66 из 89
– Боюсь, что это только начало, – вздохнул химик.
– Вряд ли. Холодной войны, конечно, не избежать, но вот активные действия эти "борцы за чистоту расы" предпринимать поостерегутся, – возразил Дет. – Сергей правильно поступает, таким людям нельзя давать спуска. Впрочем, общаться с "бедными беженцами" и мне неприятно.
– Мне тоже, – кивнул Илья. – Они ведут себя как-то…
– Как фанатики на Земле, – подсказал математик.
– Да, кстати, похоже, – согласился Маркус. – И еще, заметили, как в джунгли ходить боятся? Хотя здесь и троллей-то нет. А они все равно умудряются себе врагов найти: то змеи их покусают, то насекомые ядовитые, то еще что-нибудь.
– Как будто весь лес ополчился против них, да? – задумчиво потянул Дет.
– Или, скорее, они так и не научились смотреть по сторонам. Я бы тоже укусил, если бы по мне не глядя ходить начали, – резко заявил Илья.
– Может быть, они с самого начала привыкли жить в городе, почти не выбираясь за его стены, вот и не смогли приспособиться, – предположила я. – Меня гораздо больше волнует то, что они, похоже, даже не хотят меняться.
– Не все, – возразил математик. – Я общался и с нормальными.
– Но большинство, – холодно отрезала Лиля.
– Для того, чтобы измениться, надо время, – напомнила Юля.
– И желание, – задумчиво добавил Илья. – Если не будет желания, и время не поможет. А пока они столь же чужды нам, как и мы – им.
– Да, ощущение прямо как будто в гнили какой-то копаешься, – согласился незаметно подошедший Росс. – Все люди как люди, даже нелюди, – зеленокожий выразительно покосился на меня. – А эти… нашли негров! И если их глисты заживо сожрут, я ни капельки жалеть не стану! 111 – 113 День 1 Года. Река – Джунгли Вечером, во время дождя, речная вода окрасилась в красноватый цвет. При попытке отстоять ее в ведре в течении нескольких часов выпал тонкий карминово-красный осадок, легко взмучивающийся обратно при малейшем толчке. На следующий день к полудню, когда солнце и легкий ветерок подсушили лес, от берегов потянулся невысокий красноватый туман, оседая на всех поверхностях и постепенно покрыв тонким слоем и плоты, и находящихся на них людей. После некоторых раздумий я предположила, что эта красная пыль может оказаться спорами красного мха – кто знает, как он размножается.
Когда мы наконец совершили остановку, мои подозрения подтвердились. Красный мох огрубел, даже немного осел и потемнел, обильно оброс мелкими ярко-карминовыми кисточками, в длину не достигающими даже сантиметра, но густо покрытыми той самой пылью (предположительно спорами), которая стремилась перекрасить окружающий мир в красный цвет. Красные люди, красные плоты и даже растительность, но только до ближайшего дождя, освободившего лесное многоцветие. Судя по всему, цикл развития красного мха заканчивается, и если предположить, что этот мох разрастается в сезон дождей, то стоит ждать стабильного изменения погоды. Что, впрочем, уже заметно. Скорее не спороношение мха предвещает окончание длинных дождей, а наоборот.
Сделав несколько ходок за фруктами, я с двумя полными корзинами наперевес отправилась на поиски Марка, чтобы, в свою очередь, показать добрые намерения, но прогулка рядом с чужими плотами результата не дала. Пасмурные взгляды, которые бросали беженцы цитадели, когда я проходила мимо, настроения не повышали, а отсутствие оборотня его окончательно испортило. Я раздраженно фыркнула.
Обойдется без подарка, раз в неуловимого играет!
Впрочем, осталось еще одно неоконченное дело, а точнее, моральный долг.
Благодарность я испытывать вовсе не против, а вот чувствовать себя хоть кому-то обязанной не хочется. Поэтому я изменила свой путь в направление царских плотов, а точнее, одного конкретного плота. Облеченный властью сидел у костра и, мастерски орудуя топориком, затачивал деревянные колья.
– Здравствуй. Я так и не поблагодарила. Спасибо, и вот, – поставив тяжелые корзины, я потрясла руками. – Не люблю быть в долгу.
– Давай помогу выложить, – улыбнувшись, предложил Сергей, встал и, почти не прихрамывая, принес две корзины, в которые мы принялись перекладывать фрукты. – Но ты ведь вряд ли только, чтобы отдать долг, пришла? – с намеком спросил он, покосившись в сторону других плотов. Подоплека вопроса была настолько очевидна, что вызывала улыбку.
– Только за этим, – заверила его я.
– Точно?
– Точно. Если ты намекаешь, что я собираюсь возмущаться насчет цитадельских, то сильно ошибаешься. Не вижу в этом смысла, да, честно говоря, думаю, ты и сам уже не рад, что их взял.
– Не совсем, хотя и недалеко от истины, – вздохнул Сергей. – У тебя не было с ними конфликтов?
– Нет. Я не навязываю им свое общество, они меня боятся. Надеюсь, что так будет и впредь, – честно сказала я. Уж лучше пусть боятся, чем нападают.
Сергей снова грустно вздохнул. Освободив корзины, я попрощалась и вернулась в кроны.
Набрав даров леса, предприняла попытку найти Марка, на сей раз предусмотрительно оставив подарок дома, чтобы не таскать такую тяжесть по всему временному лагерю.
К моему огорчению, Марк как в воду канул. Не знала бы, что его пираньи не едят, точно бы решила, что сожрали. Конечно, он мог уйти на несколько часов, например, на охоту. Кивнув своим мыслям, я решила поспрашивать, не видел ли его кто, внимательно следя, чтобы во время разговора рядом не находились цитадельские – уж очень неприятна их реакция на мое присутствие.
– Да буквально минут пять назад я его видел. Поищи у царских плотов, – посоветовал Ясон. Аналогичные ответы оказались и у остальных. Некоторые вообще говорили, что вот только что Марк находился в пределах видимости. Специально он, что ли, от меня прячется? Я несколько раз медленно прошлась по берегу, внимательно оглядываясь по сторонам. Потом взяла пустые корзины и, нарочито громко и весело предупредив своих, чтобы меньше чем через час не ждали, залезла на дерево. Преодолев поверху примерно пол-лагеря, прицепила корзины к веткам и тихонько спустилась пониже. Как я и ожидала, оборотня удалось выследить почти сразу. Стоя у берега, он пытался отмыться от вездесущей карминовой пыли. То, как легко оказалось найти Марка, подтвердило мои подозрения. Впрочем, надо еще попозже проверить, мало ли что нафантазировать можно.