Ты мне друг?

— Пупок, верно? — уточнил парень, обрабатывая руки септиком и надевая перчатки.

— Ага, — просияла Лина.

— Ложись и задирай блузку.

Лина легла и, расстегнув пару нижних пуговиц, распахнула полы своей белой блузки.

Парень чем-то лязгал на столике, но я не обращал внимания. Мой взгляд был прикован к лицу Лины. Она заметно нервничала.

— Еще не поздно передумать, Ли, — сказал я, пытаясь ее вразумить.

Она покачала головой.

— Нет. Я хочу.

Я пожал плечами и откинулся на спинку стула, ожидая своей очереди на инквизицию.

Парень обработал участок прокола и зажал кожу какими-то щипцами, а затем взял иглу.

— Я сделаю это быстро, — пообещал он. — Только не дергайся.

Он сделал прокол, и она поморщилась. Затем с помощью еще какой-то штуки он вставил серьгу, которую именовал «бананом» и накрутил шарик.

— Готово, — сказал он, снимая перчатки. — Вот возьми памятку по уходу. Там написано, как и чем обрабатывать и мой телефон, на всякий случай.

Этот придурок ей подмигнул, и для меня стало очевидным, что он имел в виду личные звонки.

— Теперь ты, — повернулся он ко мне и кивнул на кушетку.

Мы поменялись с Ли местами, и я сел на кушетку.

— Что будешь прокалывать? — уточнил он, снова надевая новую пару перчаток.

— Сосок, — сквозь зубы проскрежетал я.

Он удивленно приподнял брови.

— Черт, чувак. Это очень чувствительное место у парней. Ты уверен? Может, лучше начать с чего-то попроще?

— Как-нибудь переживу, — также сквозь зубы ответил я.

— Ну, как скажешь, — он повернулся к столику и начал подыскивать серьгу для меня. — У твоей подруги стоит медсталь, но тебе бы я порекомендовал поставить титан. Место нежное, хуже заживает.

Я пожал плечами.

— Ты у нас тут спец.

— Хорошо. Тогда расстегни рубашку.

Я расстегнул и на всякий случай снял ее.

— Левый или правый?

— Без разницы, — отмахнулся я.

Парень обработал место прокола, от чего мой правый сосок затвердел. Затем, внимательно оглядев фронт работы со всех сторон, он сделал метки ручкой. Немного отойдя от меня и посмотрев издалека, он кивнул сам себе и распечатал иглу.

— А теперь расслабься и вдохни.

Я послушно выполнил указание, и в этот момент парень проткнул мою нежную плоть. Мой бедный сосок загорелся огнем.

— Блядь. Лина, — заорал я, — чтобы я еще раз подписался на придуманное тобой дерьмо. Да никогда.

Парень вставил штангу и закрутил шарик.

— Я закончил. Смотреть будешь?

— Нет, спасибо, — буркнул я и натянул рубашку, вставая и застегивая ее на ходу. — Ты платишь, Лина. Я отказываюсь отдавать за это деньги. За эту пытку еще мне должны приплатить.

Я подхватил свой рюкзак с пола возле стула и словно ошпаренный вылетел из квартиры.

— Ты дуешься? — спросила подруга, догоняя меня на полпути домой.

— Еще как, — я остановился и ткнул пальцем в ее грудь. — Ты даже, блядь, не представляешь, как это больно! Учти, если я кого-то когда-то убью, после сегодняшнего ты без вопросов должна будешь помочь мне спрятать труп, поняла?!

— Хорошо-хорошо. Ты же мой друг. Я бы в любом случае без вопросов помогла, — рассмеялась она.

— Иди домой, — буркнул я. — Сейчас я не хочу с тобой разговаривать.

— Ну, Маркуша, — Лина выпятила нижнюю губу. — Не злись. Это всего лишь пирсинг. Если тебе так больно, сними его.

— И сниму.

Я развернулся и быстрым шагом направился домой.

Сосок пульсировал как сука, и мне хотелось поскорее вытащить эту злосчастную штангу.

— Марк, — окликнула Лина и начала догонять. — Подожди. Дай я хоть тебе памятку по уходу дам. Вдруг передумаешь.

Я снова повернулся к ней.

Кроссовки Ли шлепали по асфальту, усыпанному желтыми листьями, пока она не остановилась рядом с носками моих кроссовок. Она обняла меня и уткнулась лицом в мою грудь, избегая места прокола.

— Прости. Я правда не думала, что все так плохо, — извинилась она.

Я тяжело вздохнул и обнял ее одной рукой.

— Иногда я не понимаю, почему до сих пор с тобой дружу. Ты — мой талисман неудачи.

— Но ты все равно меня любишь, — приглушенно ответила она.

— На самом деле, сейчас я тебя немного ненавижу.

— Не говори так, — захныкала она.

— Ладно, я тебя все равно люблю, но это не отменяет нашего соглашения. Ты отстанешь от меня на пару лет со своими гениальными идеями.

— Хорошо, — ответила она и подняла голову, чтобы посмотреть на меня. — Спасибо, что пошел со мной.

— Как будто когда-то было иначе, — хмыкнул я и подтолкнул ее в сторону дома.

Глава 6

Лина

18 лет

Как и обещала, я отстала от Марка на пару лет со своими идеями. Но сейчас настало время снова взбодрить его. Мы окончили школу, и пришла пора выбирать ВУЗ.

— Ты мне друг? — заговорщически спросила я Марка, пока мы сидели на лавочке в парке и ели мороженое.

Он перестал есть и, прищурившись, повернул голову ко мне.

— Неужели мое время спокойствия уже прошло?

— Да и мне нужен твой ответ, — улыбнулась я.

— Да, я твой друг. И, очевидно, пожалею об этом, — вздохнул он.

Я пропустила мимо ушей его последнюю реплику и изрекла свой план.

— Тогда давай поступим в университеты в Екатеринбурге.

— Чего? — Марк резко соскочил с лавочки, от чего его шарик мороженого выпал из рожка на тротуарную плитку.

Он выругался и, наклонившись, поднял его с помощью салфетки, а затем выбросил в урну вместе с рожком.

— Я нашла крутой художественный универ, у них прекрасная программа. А еще, я нашла универ через дорогу для тебя. УГИ УрФУ. Там есть робототехника и бюджетные места.

Я сияла от своей идеи как новогодняя елка, а Марк смотрел на меня как на умалишенную.

— Художественный универ? — недоверчиво спросил он.

— Да. Я хочу стать художником-живописцем.

— Ты спятила и это официально, — Марк закатил глаза и снова сел. — Ли, ты едва ли держала когда-то краски и кисточку в руке. Без обид, но ты не сможешь нарисовать что-то сложнее цветика-семицветика, даже если от этого будет зависеть твоя жизнь.

— Спасибо за вотум доверия, придурок. И прощай, мы больше не друзья, — фыркнула я и попыталась встать, но он остановил меня, обхватив мою руку.

— Блядь, Лина, хоть раз подумай рационально. Как ты собираешься поступать, если никогда этим не занималась? Я уж молчу о своей специальности. Нужно посмотреть сколько заявлений уже подано, сколько всего бюджетных мест. И вообще, как наши семьи и друзья? Ты предлагаешь все и всех бросить и уехать?

— Не будь ребенком, — раздраженно сказала я. — Миллионы студентов по всему миру переезжают в другие города и даже страны, поступая в университеты. Не мы первые, не мы последние. А насчет поступления, я все узнала. Мне нужно будет сдать внутренние экзамены по композиции и изобразительному искусству. Я пройду какие-нибудь курсы и сдам экзамены. Русский и литература у меня уже сданы.

— Мне нужно время, чтобы подумать, — ответил он.

— Марк, ну, пожалуйста, — ныла я. — Это будет так здорово. Мы будем жить вместе. Без родителей. Предоставлены сами себе. Это же такой кайф.

— Мне все равно нужно больше узнать об этом университете. Я не могу просто так взять и сорваться фиг пойми куда, — не отступал Марк.

— Ладно. Но я уже подала заявку от твоего имени. Если что, ищи себя в списках.

— ЛИНА!

Да, знаю, очень самоуверенно с моей стороны. Но он же не предаст наш негласный дружеский кодекс и не бросит меня одну в чужом городе. Или бросит?

***

Марк взял 3 дня на раздумья. 3 долгих дня. А потом нарисовался на моем пороге с мрачным лицом.

— Что-то мне уже не нравится твое лицо. Я так понимаю, ты пришел мне отказать, — сказала я, пропуская его в квартиру и закрывая за ним дверь.