Страница 60 из 127
Правительства Бразилии, Гондураса, Никарагуа и Парагвая направили для участия в интервенции свои воинские подразделения общей численностью 1700 человек. Остальные страны отказались участвовать в этой акции. Правительства Мексики, Перу, Боливии, Эквадора, Чили, Уругвая осудили интервенцию. По странам Латинской Америки прокатились массовые протесты против интервенции. Предложение США о создании «постоянных межамериканских вооруженных сил» не прошло.
Интервенция США заставила доминиканских конституционалистов 31 августа 1965 г. подписать соглашение о прекращении борьбы. В июне 1966 г. президентом Доминиканской Республики был избран лояльный США политический деятель Хоакин Балагер, после чего последние части интервентов покинули остров.
Обстановка в Латинской Америке во второй половине 60-х годов
Экономическое положение. Итоги «Союза ради прогресса». Реформистская политика в рамках «Союза ради прогресса» дала определенные результаты, хотя и не могла радикально изменить ситуацию. В результате аграрных реформ в течение 60-х годов произошло частичное перераспределение земель. За счет государственного фонда и помещичьих земель в 60-е годы (не считая Кубы) почти полтора миллиона крестьянских семей получили более 56 млн. га земли. В различных странах итоги аграрных реформ оказались неодинаковыми. На Кубе были полностью ликвидированы не только латифундизм, но и капиталистическое сельское хозяйство. В Мексике и Боливии, переживших глубокие революционные процессы, с господством традиционного латифундизма было покончено, широкие массы сельского населения получили доступ к земле. На долю Мексики в 1958–1970 гг. пришлось более половины всей перераспределенной за это время в регионе земли и около половины получивших ее. В Боливии в результате аграрной реформы в 1953–1964 гг. около 240 тыс. семей получили 7 млн. га. Здесь аграрная реформа проводилась прежде всего в интересах крестьянства и носила революционный характер. Серьезно были подорваны позиции латифундизма в результате аграрной реформы 1960 г. в Венесуэле, где около 200 тыс. семей бесплатно получили 5 млн. га земли, притом большая часть из них – за счет помещиков. Радикальный характер имела аграрная реформа 1967 г. в Чили.
Аграрные реформы 1961–1964 гг. в Колумбии, Эквадоре и Перу имели более умеренные масштабы. В этих странах перераспределение земли шло преимущественно за счет государственного земельного фонда, помещичье землевладение было задето слабо. В Колумбии за 1961–1973 гг. 120 тыс. крестьянских семей получили 3,5 млн. га, в Эквадоре около 70 тыс. семей – 700 тыс. га, в Перу 150 тыс. семей приобрели до 1968 г. 1,9 млн. га.
В Бразилии и в Центральной Америке аграрная реформа практически не состоялась – здесь за счет колонизации неосвоенных государственных территорий и выдачи удостоверений на уже занятые крестьянские участки было наделено землей ничтожное количество семей. В гигантской Бразилии, например, землю получили в 60-е годы лишь 5 тыс. семей.
В Аргентине, Уругвае и Парагвае аграрных реформ вообще не было. В Аргентине и Уругвае это объяснялось в значительной мере тем, что тут латифундистское хозяйство было более активно втянуто в крупнотоварное капиталистическое производство. Поэтому в аграрной политике больший акцент был сделан на проблемах аренды, агротехнических и финансовых мероприятиях.
Аграрные реформы увеличили фермерскую прослойку, содействовали капиталистической эволюции латифундизма, расширили введенные в оборот земли, способствовали росту потребительского рынка. За полтора десятилетия до 1970 г. почти в 3 раза увеличился тракторный парк, более чем в 4 раза – потребление минеральных удобрений.
И все же аграрный вопрос и после реформ 60-х годов во многих странах оставался острым. В конце 60-х годов более 62% сельскохозяйственных угодий (465 млн. га) в регионе удерживали в своих руках 100 тыс. помещиков (1% хозяйств). Лишь 1/6 часть их владений обрабатывалась. Одновременно 7,5 млн. мелких землевладельцев (76% хозяйств) имели в своем распоряжении только 4,5% угодий. Миллионы семей оставались без земли. Хотя сельскохозяйственное производство росло в 60-е годы ежегодно в среднем на 3%, на душу населения его объем почти не изменился из-за высоких темпов увеличения числа жителей.
В 60-е годы «импортзамещающая индустриализация» постепенно распространялась на страны, ранее слабо ею затронутые. Для более развитых государств наступил ее второй этап, заключавшийся в переходе к производству более сложных промышленных товаров и предметов потребления (автомобили, электробытовая техника и радиоаппаратура), новых по технологии товаров. Более быстрое развитие получило производство средств производства. Среднегодовые темпы прироста ВВП в Латинской Америке в 60-е годы составили 5,6% против 4,7% в 50-е годы, а в обрабатывающей промышленности увеличились с 6,2% в 1956–1960 гг. до 7,3% в 1966–1970 гг. Притом доля тяжелой промышленности в общей продукции обрабатывающей промышленности выросла за 60-е годы с 41 до 52%. Удельный вес сельского хозяйства в ВВП сократился с 17 до 14%, а промышленности и смежных с нею отраслей инфраструктуры превысил 40%. Добыча нефти за эти 10 лет увеличилась почти в полтора раза (со 194,3 млн. т до 269 млн. т), производство электроэнергии–более чем в 2 раза (до 143,6 млрд. кВт • ч), выплавка стали – почти в 3 раза, производство и сборка легковых автомобилей – в 4,5 раза.
На Латинскую Америку начала распространяться научно-техническая революция. В 1966 г. здесь уже имелось 200 ЭВМ, интенсивно импортировались оборудование и патенты. Научно-техническая революция в Латинской Америке делала первые шаги и наслаивалась на процесс индустриализации, механизацию и конвейеризацию труда, создание новых отраслей.
В 40–60-е годы в более развитых странах (Аргентина, Чили, Бразилия, Мексика, Уругвай, Венесуэла, Колумбия) формируется и крепнет промышленно-финансовая монополистическая верхушка. Спецификой Латинской Америки было то, что местный монополистический капитал развивался в тесной связи с иностранным и нередко играл подчиненную роль. Другой особенностью была активная стимулирующая роль государства в становлении местного монополистического капитала. В связи с этим уже в начальной стадии развития монополистического капитала проявились государственно-монополистические тенденции. В 60-е годы наблюдалась экспансия капитала Бразилии, Аргентины, Мексики, Венесуэлы в соседние страны. Начинается проникновение бразильского капитала в Африку.
Первые местные компании появились в Латинской Америке давно, еще на рубеже XIX и XX вв. Но это были скорее монополии раннекапиталистического типа и поначалу имели больше общего с английскими монополиями XVI–XVII вв. В дальнейшем они подверглись эволюции. Эти компании выросли на основе крупнотоварного аграрно-сырьевого производства и финансово-торговых операций, к которым подключались смежные производства. В процессе же бурного роста импортзамещающей промышленности с середины XX в. формируются промышленно-финансовые компании и объединения нового типа. К концу 60-х годов в Латинской Америке было 3 тыс. промышленников и финансистов-миллионеров, 27 корпораций имели состояние свыше 100 млн. долл.
Монополистическая верхушка в Латинской Америке в итоге включила в свой состав представителей как собственно промышленного и финансового капитала, так и помещичьих кругов – крупных аграрных компаний («Менендес» в Аргентине, кофейный король Лунарделли в Бразилии). В руках этих компаний находились торговые предприятия, банки, транспорт, заводы и фабрики перерабатывающих отраслей. В Бразилии 4 компании доминировали в товарном производстве кофе. В Аргентине 15 скотоводческих компаний владели 6,6 млн. га земли, имели свои банки, флот, заводы. 5 крупнейших корпораций в Аргентине в 1960 г. контролировали почти 2/3 экспорта пшеницы и половину экспорта кукурузы.
Для Латинской Америки было характерно также наличие крупных государственных монополий, нередко превосходивших по масштабам частные компании. Аргентинской государственной компании, например, принадлежала вся огромная, густая железнодорожная сеть страны. Численность ее персонала превышала 200 тыс. человек. На предприятиях аргентинской государственной нефтяной компании работало 37 тыс. человек. В Мексике также нефть и железные дороги принадлежали соответствующим монопольным государственным компаниям. В Бразилии крупнейшими государственными объединениями были нефтяная компания «Петробраз» и «Банку ду Бразил».