Страница 54 из 93
Сложив вырезки в конверт, Коллин снова убрал его на место и запер выдвижной ящик на замок. До сих пор не было случая, чтобы служащие проявляли излишнее любопытство, роясь в его личных бумагах, но к чему искушать их? В этом мире он не мог в полной мере доверять никому, если не считать Генри Гаррисона, единственного человека, который знал, что Коллин делал и почему. И Блэкджека, конечно, но тот находился далеко. Без помощи Гаррисона зачастую было просто не обойтись. Коллин сомневался, что старый дворецкий одобрял его методы. Не в том смысле, что осуждал своего хозяина – просто из врожденной осмотрительности предпочел бы действовать иначе.
Подойдя к встроенной книжной полке в углу, молодой человек снял с нее том, за которым обнаружился потайной рычаг. Легкое нажатие – и стенная панель отъехала в сторону, открыв проход в небольшую темную комнату. Как только Коллин вошел туда, панель встала на место.
Помещение освещалось лишь тусклым, мертвенно-зеленоватым светом экранов нескольких компьютеров, выстроившихся в ряд вдоль стены. Коллин установил их здесь так, чтобы не знал никто из его служащих, чуть больше года назад. Созданный им банк данных содержал огромное количество информации, собранной по крохам за последние четыре года и имеющей отношение к ключевым фигурам организованной преступности. Сведения касались всего, связанного с их бизнесом, в том числе названий и активов компаний, которые принадлежали синдикату или контролировались им, и личной жизни.
Поначалу Коллин испытал нечто вроде потрясения, выяснив, как много организаций самых разных уровней оказались связаны с преступным миром. Синдикат напоминал гигантского спрута, щупальца которого проникали, казалось, повсюду. Он представлял собой огромный конгломерат, построенный по принципу семейного бизнеса. Там были свои собственные гангстеры и полицейские, а многие адвокаты, судьи и политики весьма высокого уровня просто состояли у синдиката на жалованье. Спрут контролировал продажу автомобилей и страховые компании, розничную и оптовую торговлю, рестораны, театры и очень многие периодические издания. «До чего же здорово они наловчились скрывать свою нелегальную деятельность за обманчиво благопристойным фасадом, – думал Коллин, проглядывая данные, выведенные на экран. – Просто поразительно».
Источником этой информации в значительной степени служили документы, которые Коллин выкрал, проникнув в дома некоторых воротил преступного бизнеса, выбирая их так, чтобы получить общее представление о том, что там происходит. Прежде чем нанести удар, считал молодой человек, нужно узнать о своих противниках как можно больше. «Изучи их слабые и сильные стороны», – говорил он себе. Вот где могла пригодиться Эшли Гордон-Холлистер. По крайней мере Коллин на это надеялся. Она была замужем за сыном Холлистера и наверняка знала хоть что-то о деятельности последнего. Но как много? За несколько лет до смерти молодого Холлистера их отношения с отцом сильно испортились. Почему? Имело ли это отношение к синдикату?
Коллин собирался использовать не только полученные от Эшли Холлистер сведения, но и ее саму. После всего, через что ей пришлось пройти, она ненавидела Холлистеров не меньше, чем он. Предчувствие подсказывало ему, что ей можно доверить все секреты своей тайной жизни и мельчайшие детали изощренных планов. Она способна оказать ему неоценимую помощь. В качестве вора Коллин превосходно мог действовать и в одиночку, но для того, что он задумал, две головы определенно были лучше, чем одна. Ведь замыслил он игру по-крупному – решил добыть доказательства, неопровержимо уличающие Холлистера и его подручных в незаконных махинациях.
Сделать это в одиночку не представлялось возможным. Многое говорило в пользу Эшли и, в частности, то, что она была чертовски хороша; ведь если и существует общая для большинства мужчин слабость, то это именно красивые женщины.
Коллин мысленно улыбнулся. Как часто повторял отец, прочность любой цепи определяется самым слабым ее звеном. Коллин найдет слабое звено синдиката, это лишь вопрос времени.
И поставит на колени самых могущественных заправил преступного мира.
Сидя в своем кабинете в Манхэттене, Антон Деврис снова и снова перечитывал сообщение, полученное из Интерпола три дня назад. Оно касалось кражи отделанного бриллиантами и сапфирами ожерелья из ювелирной фирмы «Ферран-Бессежес» в Париже. Люди, стоявшие на страже закона в масштабе всего мира, были сбиты с толку, и не только личностью самого вора, дерзкого и явно наделенного богатым воображением. Достаточно сказать, что он сумел скрыться при свете дня, на глазах у управляющего и полдюжины охранников. Однако больше всего поражало то, что украдена была одна-единственная драгоценность. Вор, судя по всему, провел в хранилище ночь и располагал временем, достаточным для того, чтобы взять все. В хранилище находились ювелирные изделия, достойные королей, но этот удивительный вор взял лишь одно ожерелье. И даже не самое дорогое, вот что ставило в тупик. А скрылся он на роликовых коньках. Роликовые коньки, подумать только! Кому могло прийти в голову воспользоваться ими?
Деврис чувствовал себя в точности как собака-ищейка, взявшая след. За последние несколько месяцев он прочел множество подобных сообщений, поступавших из штаб-квартиры Интерпола в Париже. И все они относились к похожим по дерзости ограблениям, охватившим ни много ни мало четыре континента. Интерпол полагал, что работала достаточно многочисленная воровская шайка. Деврис же имел на этот счет особое мнение. Если на протяжении последнего полугода его подозрения все усиливались, то сейчас они сменились чувством уверенности.
Он достал из шкафа еще одну папку с документами и внимательно пролистал их. Так и есть: ожерелье, отделанное бриллиантами и сапфирами, стоимостью в четверть миллиона долларов. Теперь не осталось ни малейших сомнений – он на верном пути. Никакой воровской шайки не существовало, тут действовал один-единственный человек, яркий, умный и находчивый. Вполне определенный человек.
Коллин Деверелл.
Рапира Коллина ослепительно сверкнула, когда он молниеносно бросился вперед. Его противник сделал все, чтобы парировать нападение. В обычных обстоятельствах Коллин отдавался игре целиком, не думая больше ни о чем. Но сейчас действовало лишь тело, мысли блуждали где-то далеко.
Коллин думал об утреннем телефонном разговоре с Вильямом Мак-Николом, главным менеджером «Интерконтинентал ойл», занимавшим эту должность с незапамятных времен. Мак-Никол всегда был больше расположен к Коллину, чем к Джастину. Возможно, этому способствовала не вызывающая симпатии манера Джастина держаться от всех на расстоянии вытянутой руки. В результате, несмотря на высокое положение Мак-Никола в компании, сейчас от него утаивали большую часть информации, связанной с состоянием дел. Причины этого были совершенно очевидны.
По словам Мак-Никола, он позвонил Коллину потому, что больше не с кем было поделиться подозрениями.
– Мне кажется, ваш брат и некоторые члены совета директоров ведут дело к ликвидации компании.
– К ликвидации? – Коллин не смог скрыть удивления. – Неужели дела так плохи, что компанию невозможно спасти?
– Плохи? – Мак-Никол неискренне рассмеялся. – Коллин, проблемы «Интерконтинентал ойл» решить просто невозможно, пока внутри ее действуют друзья вашего брата, кем бы они на самом деле ни были. Они обдирают компанию как липку, переводят активы…
– Переводят активы? – прервал его Коллин. – Какого черта? Куда?
– Не знаю, – признался Мак-Никол. – Джастин умышленно скрывает от меня это. Мне вообще ничего не было бы известно, если бы я случайно не обнаружил некоторые противоречия в компьютерных данных и не начал разбираться, почему они возникли.
– Что за противоречия? – насторожившись, спросил Коллин.
– Совсем незначительные. Неучтенные фонды, непонятно куда и зачем осуществляемые денежные переводы и прочее в том же духе. – Мак-Никол заметно волновался, рассказывая об этом. – Когда я увидел, что происходит…