Страница 50 из 82
— Мы ничего не можем сделать, их слишком много. — Один из адмиралов услышал мои слова. — Наши корабли не щадят себя, лишь поэтому нас до сих пор не смяли, но… врага слишком много, Владимир.
— Отводите истребители, — через десять минут приказал я, видя, что их потери стали расти в геометрической прогрессии, — наше преимущество во внезапности закончилось.
Сжимая кулаки, я смотрел на разгром своих флотов, и меня нисколько не утешало то, что корабли заканчивались и у клаксонов, — они могли себе позволить такие траты.
— Все‑таки пришло время запасного плана, — задумчиво протянул Келлер, — не хотелось вытаскивать их так близко к Земле, но придется.
— Приступайте. — Я был согласен с ним. Впервые мы обороняли планету от такого количества войск и сразу прочувствовали на себе то, что чувствовало Содружество, когда мы нападали на них.
Корабли медленно стали отступать, позволяя тем из них, что были в гуще боя, выйти из него. Враг бешеным псом вцепился в наш отступающий флот, стараясь добить немногочисленные корабли. Мы отходили, огрызаясь огнем до тех пор, пока все корабли не вышли из боя и не построились в «Сферу пять».
— Дезинтеграторы перезарядились, — прокомментировал Келлер то, что и противник оттянул свои корабли, выпуская вперед эстериумы.
— Рассредоточить строй, — пролетела в канале последовательность цифр приказа адмирала Флотов.
Враг умно поступил — зачем было тратить корабли, когда огонь дезинтеграторов размелет все в пыль. Вот только наше построение хоть и не могло ответить врагу, но зато несло малые потери в связи с тем, что площадь, в которую нужно было стрелять, стала слишком большой. Правда, враг и тут поступил умно: не став распылять силы на линкоры, он старался добить суперов.
— Всем платформам — огонь, — прозвучал новый приказ адмирала.
В ход вступала запасная часть нашего плана, в котором было сделано предположение, что мы не сможем удержать врага возле Сатурна. Наши отведенные с поля боя корабли отошли дальше платформ, которые сейчас встречали чужой флот. Мы не вводили их в бой, оставляя все в одном месте, чтобы использовать как запасной вариант.
— Суперы подходят к платформам, — новая последовательность приказа от адмирала, и я переключился на периферию истребителей. — Истребителям — отойти, линкорам — занять позицию, построение пять‑два.
Слитный залп остатков суперов и всех платформ продолжался до тех пор, пока платформы не истощили свои источники энергии, а охлаждающие контуры на супердредноутах не вышли из строя — беречь их я не видел смысла.
— Ну а теперь главный сюрприз, — прокомментировал Келлер, когда в глубине строя появились два дивизиона ракетных крейсеров. Мы изначально решили не пускать их в бой, так как щиты клаксонов защищали от двух третей всех выпущенных нами ракет, что, конечно же, являлось пустой тратой ценных боеприпасов. Ценных не с точки зрения стоимости, а того, что в этой части Вселенной мы не могли пополнить свой боезапас.
Ракетные крейсера раздвинули строй, словно ледокол раздвигает льдины, и стали стрелять залп за залпом, опустошая весь боекомплект. Десятки тысяч ракет устремились к своим целям, при попадании перегружая и без того истощенные щиты противника. Некоторое время в космосе как будто зажглось второе Солнце — подлет всех ракет был практически одновременным.
То, что мы не прогадали и использовали свой последний резерв именно сейчас, стало ясно через несколько минут. Остатки войск клаксонов судорожно пытались сгруппироваться и организованно отступить, но этому абсолютно не способствовали ракеты, которые догоняли их.
Отстрелявшись, наши корабли отошли назад, а линкоры и крейсера бросились в атаку, не давая противнику уйти. Вот только враг не дал нам закрепить победу. Как только по ним перестали бить ракеты, корабли снова организовали построение наподобие октаэдров и стали отвечать на наш огонь.
— Отозвать корабли, — приказал я, — больше теряем, чем наносим урона.
Результаты битвы были ошеломительными, причем больше для меня, чем для остальных. Моя первая большая битва закончилась фактически провалом: были потеряны девяносто процентов тяжелых кораблей стены и шестьдесят процентов легких крейсеров и истребителей. Даже то, что мы смогли противостоять впятеро большему врагу, никак меня не радовало.
— Пиррова победа, — произнес я, глядя перед собой, — при одном положительном моменте — мы отстояли Землю.
— По мне так отличный результат, — ответил мне Келлер, — но даже если мы пригоним еще больше флота, клаксоны могут поступить так же. Подумай, стоит ли одна планета таких трат?
— Переселение? — озвучил я давно витавший в воздухе вопрос.
— Да, — жестко ответил он, — в нашей Галактике мы сможем организовать защиту планет. Планетарные базы и развитая система порталов дадут нам преимущество в данном случае, но тут, на задворках Вселенной… в общем, подумай, Вов. Я насильно тебя не принуждаю, в конце концов, мы можем построить еще кораблей.
— У нас сейчас не хватит ресурсов соревноваться с клаксонами, и ты это прекрасно знаешь, — огрызнулся я, — если бы они нам дали лет десять, тогда бы мы посмотрели, кто кого.
— Ладно, ты обдумывай мое предложение, а я пойду формировать Флоты. Нужно же оставить здесь охрану.
— Ты предлагаешь нам отсюда улетать? — удивился я.
— А что тут еще делать? — в свою очередь удивился Келлер. — Клаксоны точно не появятся здесь после хорошей разведки, да и им тоже нужно прийти в себя после таких потерь.
— Я действительно думал остаться здесь, — пробормотал я.
— Подумай лучше над проблемой берсеркеров и Предтеч, — хмыкнул он.
— Что‑то меня они совсем сейчас не волнуют.
— Вот именно что сейчас, — заметил он, — а пройдет время, и мы все очень даже заволнуемся.
— Давай вернемся к этому разговору чуть позже, — отмахнулся я от Келлера, — а сейчас хочу разобрать бой. Нужно подумать, что мы могли сделать лучше.
— Хорошо, позже так позже.
К счастью, у меня в рубке оставался еще один близкий человек. Едва я устало откинулся на кресле, как меня обняли и поцеловали. Я благодарно улыбнулся Наташе, усаживая ее к себе на колени и крепко обнимая. Дружеская поддержка мне сейчас была необходима.