Страница 4 из 7
– Кстати, – слышу грубый голос того самого Дала, которого успела увидеть только со спины, сидящего на стуле. Ну и огромные же они тут все, – «Золотая роща», хороший пансионат. Далековато, правда. Но ничего, твоя мать скоро тоже будет тут. Пришлось ее с процедур забирать. Бойкая она у тебя.
Судя по панике у второго мужчины, это было к нему.
Вот уроды, даже мать трогают, что тут говорить о сестре.
– Ген, ну как тебе малышка? – внезапно оборачивается и смотрит на мужика, который стоит позади меня и, обхватив мою грудь, сильно ее сжимает, сука.
– Ты только на сиськи глянь, остановиться не сможешь, – комментирует этот придурок.
– Отпусти меня ублюдок, – пытаюсь вырваться, но куда там. – Не удивительно, что тебя зовут Геной.
Он разворачивает меня к себе и резко рвет рубашку на груди, что все пуговицы от верха до низа отрываются и сыпятся на пол.
– Ты что творишь? – кричу.
– Ш-ш-ш… – склоняется ко мне и начинает шептать. – Сейчас ты тихонько постоишь, а я тебя немного потрогаю. Далер не любит, когда его перебивают во время допроса.
Он так говорит, что я немного увлекаюсь тем, что слушаю его, и не сразу замечаю, как его пальцы проникли под кружево лифа и трогают грудь.
– Ну ты и урод… – дергаюсь от него, но он хватает за края рубашки и тянет на себя.
– А вот так лучше не делай, а то парни придут полюбоваться на твои прелести и мне придется их попросить этого не делать.
– Да пошел ты, – жаль, не могу ударить его или оттолкнуть.
Но внезапно, итак, все заканчивается.
Мужик командует громко: «Гена», тот закидывает меня к себе на плечо и тащит снова в тот бомжатник. Кладет на диван довольно аккуратно и просит подождать, сволочь.
– Я скоро вернусь лапа, – щелкает по носу, а второй рукой щипает за грудь и встает, когда я начинаю орать.
За время пока его не было, я успела упасть лицом вниз и кое-как подняться. Правда, пришлось проскрести щекой по грязному полу. Стала пытаться веревку растянуть, выпутаться, однако поняла, что мне это не светит, и села, склонив голову.
Что будет дальше, я боялась предположить. Может, сейчас он вытащит меня в тот огромный амбар, и они начнут толпой надо мной измываться. Дурно было от мысли, потому что такое пережить я не смогу ни за что. Но верить в лучшее мне удавалось больше. Хотя что это – лучшее, я не знала.
Когда новый знакомый – Гена вошел снова, я не пошевелилась.
– Лапа, ну ты че? Обиделась?
– Отвали.
Осталась в том же положении.
– Ну извини, – он погладил по спине и стал распутывать веревку.
Затекшие руки вмиг заболели и я, простонав, начала их разминать.
– Иди ко мне, – он встал рядом и сам, схватив за плечи, поднял.
Я была ростом с его плечо, хотя раньше казалась себе высокой. В нем было килограмм сто веса, в то время как я весила не больше пятидесяти. Куда мне с ним тягаться. Проще было соглашаться до удачного момента на побег.
Он нарядил меня в свою ветровку, которая могла сойти за плащ для меня. Застегнул по самое горло и, взяв за руку, потащил на выход.
Одно в этом всем было лучшим. Он прошел мимо тех уродов и посадил в машину. Плохо, что я не знала, куда меня везут. Может, куда похуже?
– Ты чего такая грустная? – он тронул мой подбородок и повернул в свою сторону мою голову.
– А какая тебе разница, какое у меня настроение?
– Я не люблю, когда девушка грустная, секс не тот выходит. Драйва нет.
– Это будет в любом случае насилием, даже если я изображу Джокера. Чем тебе не драйв.
– Мои пальцы и язык творят чудеса, сама не заметишь, как будешь просить мой член. «Гена, о мой бог… ну же присунь мне, наконец-то», – стал изображать стонущую шлюху, на что я фыркнула.
– Мечтай. Возбуждение ничто, лишь физиология. Желание секса – это другое. Вот чего ты не добьешься.
– Мы и до этого дойдем, – подмигивает и, петляя по улицам, подъезжает к элитной многоэтажке.
– Мы куда?
– Ко мне домой, лапа, – обходит машину, а я в какой-то степени радуюсь, что не в бордель.
Значит, отсюда выберусь.
Глава 3
Гена переплел наши руки, когда я вылезла из машины и пошел вперед, куда я последовала за ним.
Когда он поздоровался с консьержем или как их называют в этих люксовых фойе, где в блестящем полу отражаются потолки, я поняла, что просить о помощи нет смысла. Они тут все связаны. Быть может, это высотка таких же бандосов как этот идущий от меня справа.
В лифте я выдернула свою ладонь и он, усмехнувшись, встал за мной.
Его дыхание щекотало мне макушку и напоминало о том, насколько он огромный. Да и отражение этому способствовало. Поднимались долго, видимо, на самый верхний этаж, которых тут было немерено.
Я отвлеклась от своих мыслей, когда ощутила его рядом с моей головой и втягивающий воздух у моего уха.
– Эй, – отступила вбок. Это каннибализмом попахивает.
– Нет, ты пахнешь не кровью и мясом, а чем-то приятным. Мне нравится.
– Я имела в виду тебя и твои действия.
– То, что я понюхал тебя? Я планирую обнюхать тебя всю, и это каннибализмом не назовешь никак, когда мое лицо, будет между твоих ног.
– Значит, это первая стадия, откуда я знаю, что у вас извращенцев там на уме.
Бугай рассмеялся, запрокинув голову, а потом ловко перехватил, и я оказалась за мгновение у него на животе сидящей.
– Какого черта? – стала стучать кулаками по плечам и замахнулась ударить в лицо, но он резко сжал мои ягодицы очень больно и положил голову на мое плечо, вцепившись ртом в мое ухо. – Ай…
Начинаю ерзать и опускаю руки, чтобы поцарапать, но ощущаю его вставший член у моей задницы. Тут же замираю, дабы не будить демона. И надеюсь, что непоздно это сделала.
– А ты я смотрю, без слов понимаешь, лапа.
– Отпусти.
– Скоро, должен же я прикрыться чем-то, чтобы соседей своим членом не напугать, который встал по твоей вине.
– Почему надо прикрываться мной и… Эй, почему по моей?
– Хочу тебя, а ты все брыкаешься.
– Какой же ты… – замолкаю, так как лифт останавливается и я, смирившись, опускаю руки на его плечи, потому что могу резко выгнуться, ведь он держит только попу мою, а не тело в целом.
– Придержи комплименты на потом, тебе еще будет за что меня благодарить.
– Сомнительно звучит.
– Главное, что это правда.
– Бедный, ты прямо нуждаешься в том, чтобы тебя похвалили? Гена умница. Гена молодец. За ушком почесать? – смеясь спросила.
– Ты можешь опустить свои руки в мои штаны и сказать то же самое, а чесать мои яйца.
– Придурок, – выпалила, но тут же ощутила мощный шлепок. – Эй…
– Язык укорочу.
– Тебе руки надо укоротить.
– Главное, то, что в штанах оставь, самой же понадобится.
– Ага, если с мозгами туго, то хоть что-то должно быть большим. Понимаю, твой страх.
– Вот же сучка языкастая.
Он остановился у двери наконец и поставил меня на ноги, но перехватил за руку.
– Так переживаешь, будто я за секунду от тебя убегу.
– Я держу, чтобы ты не набросилась на меня с просьбой взять на пороге.
– Взять? – аж рассмеялась. – Прости мое удивление, я все забываю, что мы в разных десятилетиях родились и ты, видимо, рос на романах серии «Шарм».
Он открыл пошире дверь и пропустил меня вперед.
Я попала в огромную квартиру из серии индустриального минимализма.
– Чтоб меня.
Открытое пространство с отсутствием перегородок, кирпичные стены, барная стойка с маленькой кухней цвета ржавчины. Лестница ведущая, видимо, в единственную спальню. Свисающие с не покрытого декором потолка люстры на цепях и огромный диван в центре, напротив такого же огромного телека, а сбоку окна метра два с половиной.
– Нравится, лапа? – я даже не обратила внимания на то, что он стоит позади и кто именно этот человек. Просто на миг забыла и ответила завороженно: