Страница 9 из 13
– Забудь, отец. Забудь о несчастной Доротее. Живите! Я буду верить, что у вас всё хорошо.
Я хотела подойти к нему, проститься, но папа одним взглядом остановил меня. Так лучше. Меньше боли…
Отец не вышел из дома, когда мы садились в экипаж. Я плохо помнила, как собиралась, перебирала гардероб, отбрасывая одну вещь за другой. Мне ничего было не нужно. Я желала только одного – остаться в имении, вернуть собственную жизнь.
– Ты же навестишь нас?! Да, Тея?! – наперебой спрашивали меня братишки, а я бессовестно лгала им, обещая новую встречу. Я не знала, что меня ожидает завтра.
Мама стояла, поджав губы, и молчала. Нервные пальцы стянули уголки шали, наброшенной на узкие плечи. Глаза оставались сухи. Она никогда не перечила отцу и привыкла сохранять лицо достойной хозяйки дома при любых обстоятельствах. Я разочаровала её. Это явно читалось на излишне спокойном лице.
Я снова и снова терзала себя. Стоило ли скрывать от отца правду? Ему всё равно пришлось бы отдать меня герцогине, но сейчас он обнял бы меня, а не делал вид, что его дочь умерла.
Что его ожидало потом? Безграничное чувство вины? Раздумья о правильности выбора?
Мне необходима была поддержка семьи, но я не хотела обрекать родных на страдания от мысли, что они позволили увезти дочь, обменяв на безбедную и спокойную жизнь. Я пресекла в себе жалость и сомнения. Странная история отца о женщинах из рода Идрис никак не отозвалась в душе. Я забыла о ней тут же, поглощённая иными переживаниями.
Мы тряслись в экипаже, удаляясь от имения и моего прошлого. Кларисса перебирала бумаги, хмурилась, прикусив нижнюю губу. Я будто перестала для неё существовать. Зато Герата не спускала с меня внимательного взгляда. Казалось, я ощущаю его кожей. Я закрывала глаза, чтобы не видеть иссохшее лицо старухи, но продолжала внутренне дрожать.
Примерно через час пути снаружи послышались окрики и стук копыт. Экипаж приостановил ход.
– В чём дело?! – требовательным тоном поинтересовалась Кларисса.
Дверь с моей стороны распахнулась.
– Тея моя! Я забираю её с собой! – У Джудаса сорвался голос, и он шёпотом прохрипел последнее слово.
Конь беспокойно переступал с ноги на ногу и ходил ходуном под седоком. Светлые волосы Джу растрепались, ворот куртки был распахнут, в глазах горела яростная решимость. Он нагнал экипаж, чтобы спасти меня!
Джудас спрыгнул на землю, протянул руку, помогая мне выбраться. Я же позабыла обо всём. Будто и не было угроз, не было предательства. Остались лишь радость и надежда.
– Джу! Увези меня, пожалуйста! Я хочу домой! – Я обвила руками шею Джудаса, прижалась к нему всем телом.
Кучер и слуга из сопровождения Клариссы встали поблизости, дожидаясь указаний герцогини.
– Ты доставляешь мне лишние хлопоты, – с досадой произнесла она.
Я осмелилась обернуться, слёзы мешали смотреть. Появление спасителя поколебало мою твёрдость, размягчило сердце. Рядом с Джу я могла стать слабой. Он защитит и никому не отдаст меня.
Герата наблюдала за нами из глубины экипажа, – чёрный бесстрастный истукан, а не человек. Эрри Уикфил досадливо сморщилась, разглядывая Джудаса.
– Неужели я ошиблась в тебе, милый мальчик? Иногда я люблю пошутить, но не в этот раз. – Она указала на меня так, словно говорила о бездушной вещице. – Эта птичка останется в моей клетке. Я не повторяю дважды.
– Я не хочу с ней. Не хочу… Не хочу… – шёпотом умоляла я.
Меня колотило, ноги подкосились, но Джудасу не позволили подхватить моё ослабшее тело. Нас разделили: мощный широкоплечий кучер оттащил Джу в сторону, а слуга поднял меня на руки и погрузил в экипаж.
– Нет! – закричав, я начала биться внутри, беспорядочно колотить руками и ногами.
– Она моя! – орал Джудас.
Он вырывался из хватки кучера, но сопротивлялся всё слабее и слабее. Кларисса утомлённо закатила глаза и, хорошенько размахнувшись, ударила меня по щеке.
– Не зли меня! – Затем герцогиня кивнула служанке. – Герата! Успокой девчонку!
Ледяные пальцы обхватили голову, надавили на виски так, что перед глазами поплыл туман, руки безвольно упали вдоль тела. Лицо горело после пощёчины. Я продолжала тихо скулить, всё осознавала, но потеряла остатки воли.
– Смирись. В тебе нет силы сопротивляться, – жёстко пролаяла старая ведьма. – Думаешь, ты особенная и избежишь участи сосуда для искры?!
Герата истекала злобой, которая парализовала меня. Она что-то сделала со мной, зачаровала и лишила способности противостоять.
По знаку герцогини кучер отпустил моего жениха.
– Тея принадлежит мне! – повторил Джудас, растирая плечи и запястья.
– Хочешь увидеть, чего стоят мужчины? – весело спросила эрри Уикфил и погладила меня по волосам. – Маленькая и глупая девочка. Думаешь, что он любит тебя? Что он твой герой?
Я беззвучно шевелила губами и ревела.
– Она твоя? – спросила у Джудаса герцогиня. – Хорошо, – Кларисса откинулась на спинку сидения с бархатной обивкой. – Забирай! Завтра тебя и её отца возьмут под стражу, мальчик. В Каменном Клыке много места. Глубокие и сырые подземелья, где свободно гуляют крысы. Там нельзя спать, потому что эти твари немедленно отгрызут тебе нос и уши.
Она рассмеялась, словно придумала забавную шутку:
– Крысы способны сожрать тебя по частям. Они начнут с того, чем ты, несомненно, очень дорожишь, как и все мужчины. Земли уйдут в пользу герцогства, счета пополнят мою казну. Бери же свою невесту, парень!
Я закрыла глаза. Мысленно я представляла, как сильные руки поднимают меня, как мы вместе едем домой. Я знала, что это опасная ошибка, поступок, о котором мы немедленно пожалеем, но мне было важно, чтобы Джудас решился на безрассудство ради моего спасения.
Смех Клариссы ворвался в сознание, разметал образы.
– Что же ты побледнел, малыш?! Забирай свою Тею! Куда же ты?!
Звук стука копыт быстро удалялся. Я не хотела открывать глаза, не желала видеть спину своего Джу-Джу. Скукожившись, я вжалась в уголок и больше не двигалась. Мы поехали по разбитой дороге в особняк Её Светлости.
Глава 7
Не знаю, откуда я взяла силы, чтобы снова пережить прошлое? Чтобы пройти через отчаянье и позор, но всё ещё дышать, мыслить и чувствовать?! Я не сбросилась со стены Каменного Клыка и не сошла с ума. Я жила! Жажда жизни билась во мне с такой силой, что я жадно хватала ртом воздух и впитывала самые незначительные изменения в ощущениях. Я воспринимала всё остро и сильно.
Позади осталась тюрьма герцогства. Я представила, как тело Себастиана накрывают грубым полотном, и на ткани проступают багровые пятна. Горячее дыхание на моей шее, осторожные прикосновения, рождающие неведомый ранее жар, ласковые слова…
Тиан знал, что умрёт, но каждую минуту, проведённую вместе, заботился обо мне.
– Тиан… – прошептала я, радуясь, что никто не может слышать меня.
Кучер и охранник сидели на козлах и громко о чём-то спорили.
– Тиан, я запомню тебя, – пообещала я.
Эту ночь никто не сможет отнять у Доротеи Идрис.
Я снова подумала о прошлом. Меня увезли из дома, но тогда экипаж не доехал до особняка. Кларисса велела свернуть с широкого пути на узкую неровную тропу между полей. Крестьяне убрали урожай, и земля осталась тёмной и голой.
Прежде чем отправить меня к Тиану, герцогиня собиралась подготовить жертву. Мне был всё равно.
Мы остановились в небольшом доме неподалёку от Каменного Клыка. В двух маленьких комнатах нас ждали служанки, во дворе стояла старая повозка (запылённая и с потёртыми боками). Эрри Уикфил раздавала короткие распоряжения. Герата повела меня в дом. Она подталкивала в спину, держала за руку или плечи, заставляя идти. Я оставалась безучастна ко всему. Служанки приготовили горячую ванну с травами, где омыли моё ослабшее тело.
– Дурочка совсем раскисла, – недовольно покачала головой Кларисса, разглядывая меня. – Разве такая сможет увлечь мужчину?
– Смертнику всё равно, – глухо ответила Герата. – Любой уцепится за живое на пороге в тлен.