Страница 37 из 100
Глава 1
Доехать без происшествий до Настрайска, да?
Кажется, как-то так я думал перед отъездом из Луцка. Но думать-то — это одно, а вот располагать реальностью — совсем другое. Особенно, когда реальность больно бьёт тебя по темечку, ведь повозка резко остановилась, тебя что-то толкнуло в плечо и ты упал на землю, едва не потеряв сознание от удара. И с разбегающимся взглядом и звоном в ушах ты пытаешься понять: почему стоящий рядом Налдас машет посохом как ветряная мельница?
Что-то легонько стукнуло по макушке. Я провёл дрожащей рукой, на пальцах осталась кровь. Вновь стукнуло. Я запрокинул голову.
На меня смотрели испуганные глаза возницы без блеска жизни в них. Изо лба торчало оперение стрелы. Там собралась красная капля. Сорвалась, медленно упала, стукнула по щеке. Меня вытащило из забытия, звон в ушах спал, слух обострился, рябь в глазах пропала.
Вокруг повозок шла битва: авантюристы, охранявшие караван, схлестнулись с отребьем в награбленных доспехах и рваных одеждах. Повсюду слышался лязг стали, крики, тихие мольбы.
— Лик’Тулкис! — кричал Налдас, отбиваясь от двух разумных и одновременно защищая меня от стрел лучников. Одна из них щёлкнула рядом, вовремя отбитая посохом.
— Жив, жив, — я встал и едва не упал обратно. Всё ещё пошатывало от удара темечком.
— Вы целы?
— Более чем, — я мотнул головой, приводя мысли в порядок.
Два воина скованы боем с Налдасом. Два лучника держат нас на прицеле: один правее в метрах сорока, другой левее в семидесяти. Наша повозка головная, за левым лучником опушка леса. По правую сторону развернулась битва между тремя авантюристами и девятью оборванцами. Судя по дрожащим щитам и нескончаемым ударам — дела у троицы печальны.
Активировано умение «Концентрация»
Время действия: 1 минута
Время до повторного применения: 3 часа
Под действием умения мир преобразился, сконцентрировался, сжался до предела.
— Я возьму левого, — я выскочил из-под защиты Налдаса. Ксат что-то крикнул в ответ, то ли не рисковать, то ли беречь себя, то ли вообще возглас удивления. Но следующим звуком стал треск костей. Потом ещё один треск. И быстрый бег в правую сторону.
Лучник отпустил тетиву. Древко стрелы окрасилось красным, наконечник моргнул салатовым. За долю секунды спина покрылась испариной от страха. «Рывок», и стрела пролетела мимо. Ещё стрела от другого лучника — вновь 'Рывок.
— Оставь живым, — позади раздался крик, адресованный Налдасу.
Первые четыре «Магических стрелы» исчезли в воздухе за полметра до лучника, но пятая попала ему в грудь. А потом шестая, седьмая. С каждой стрелой лицо разумного всё сильнее искажала гримаса боли. На двадцать третий заряд магии лучник обмяк и рухнул на землю.
С правой стороны каравана всё закончилось, семеро из напавших лежали на земле, а перед одним из наших воинов на коленях сидела захваченная в плен троица. Ксат с оставшимися авантюристами побежали к левой стороне телег. Я последовал за ними, но пока подбегал — там всё уже и закончилось. Один из напавших почти добрался до опушки леса, но кто-то из авантюристов уговорил беглеца подержать топор спиной.
— Лик’Тулкис, вы не ранены? — убедившись, что враги закончились, Налдас тут же помчался ко мне.
— Я цел, успокойся. Что произошло?
— На караван напали.
— Да ладно⁈ — я развёл руки в стороны. Налдас мой сарказм понял, и немного стушевался.
— Больше ничего сказать нельзя, но все нападавшие из равнинных эльфов. Не отходите от меня, у них могло остаться подкрепление.
— Это ты меня столкнул с телеги?
— Совершенно верно. Я заметил блеск в лесу.
— И спас мне жизнь, иначе стрела в головы извозчика сейчас бы торчала из моей.
— Это моя священная обязанность — защищать вас.
— Всё равно я должен тебе за спасение. И ты защищал меня, пока я не пришёл в себя.
— Прошу вас, не утруждайте себя, — Налдас посмотрел на меня со священным трепетом. — Вы и так сделали многое. Прошу, нам следует осмотреть караван и допросить пленных.
Что я такое сделал, о чём говорит ксат? Неужели это из-за того, что я дракон и Налдас почитает меня как бога, и ради меня готов пойти на любые жертвы? Как же бесит, что моя просьба быть на равных проигнорирована, будто её и не было.
Внезапный налёт и серьёзные потери. Две минуты скоротечного рубилова превратились в семнадцать тел, четверо — из каравана. Возница с нашей телеги, и три авантюриста. А ещё одна лошадь, толкавшая нашу телегу. Благо её подруга не испугалась и стояла на месте, иначе бы умчалась вдаль.
Пока пара авантюристов охраняли пленных, все остальные занялись первичным делом и оттащили трупы в лес. Предварительно осмотрев карманы, а в лесу ещё и вспороли животы. По словам Налдаса, разбойники нередко проглатывают монеты, чтобы свои же не украли. Ещё с напавших сняли именные браслеты с левых рук. С мёртвых они снимались легко, ибо расцепилось запаянное место в задней части браслета. Умерших с каравана не оттаскивали в лес, а положили недалеко от повозок. Но, как и у разбойников, с них сняли браслеты.
Я невольно потеребил серебряное украшение на левой руке. Неужели он плотно сидит на руке до тех пор, пока моё сердце бьётся? Одна малейшая ошибка, и его снимут с моей руки, и я больше не увижу маму, сестрёнку.
— Ситуация не из приятных, — сказал авантюрист со сплющенным носом. Он был начальником охраны каравана и одним из тех трёх, кто по решению главы гильдии выехал с нами из Луцка. После сегодняшнего дня — из двух.
— У Каспара жена и дочь малая в Луцке, — с грустью в голосе сказал второй из Луцка, говоря о третьем товарище. Вслед за авантюристом остальные рассказали, кто остался у погибших. Лишь возница оказался одиноким.
— Позаботимся, — прошипел с досады начальник. И повернулся в нашу сторону. — Вы хоть и пассажиры, но я, как начальник охраны каравана, из-за всего этого…
— Вы же Нот, я прав? А вы Галис? — Налдас поочерёдно обратился к двум авантюристам, потерявшим друга.
— Нот Наглад, — кивнула мужик со сплющенным носом. Вслед кивнул второй разумный, с отрезанным левым ухом.
— Я имею навыки верховой езды и могу заместить возницу. Но требую усиленную защиту нашей повозки. Двое из вас должны защищать нас. Особенно его, иначе мы отправимся пешком, — ксат показал на меня.