Страница 60 из 94
Глава 20
Глава 20
— Франция все еще точит зуб на Германию из-за Эльзаса и Лотарингии, реваншисты не сдадут свои позиции так просто, вот увидите, мда-с… Быть войне! Да уж, подгадил французам Наполеон Третий со своей кампанией… — рассуждает высокий пожилой мужчина в мундире бригадного генерала с какими-то колючими звездами на груди. Ордена?
— Ну не скажите, голубчик, не скажите. Это все началось с Гогенцоллерна в шестьдесят восьмом, после свержения Изабеллы Второй, популисты и народники начали голову по всей Европе поднимать! А ведь Изабелла, королева испанская на тот момент была Магистром Пламенной Магии! Вот с ее свержения все и началось! Именно тогда Бисмарк и Наполеон Третий впервые лбами столкнулись! Ведь кто такой этот Леопольд Гогенцоллерн? Марионетка в руках Кровавого Бисмарка и не более того… — неторопливо рассуждал полноватый господин, взмахивая в такт своим словам бокалом с шампанским: — столкновение Франции и Германии привело к франко-прусской войне, той самой за которую Бисмарк и получил звание Кровавого Канцлера… его багровые лезвия и Багряный Доспех внушали страх и трепет на поле боя!
— Полноте вам, Аввакум Лестерович, ну при чем тут Леопольд Гогенцоллерн и франко-прусская война! — закатывает глаза его собеседник: — мы же про пошлины на зерно говорим!
— Все есть взаимосвязано, и нету мелочей на свете — наставительно поднимает палец полноватый господин: — а Балканы вообще мягкое подбрюшье Европы! А турки? Турки? Думаете они с Австро-Венгрией дружат? Вот вы, голубчик… — он поворачивается ко мне и наклоняет голову: — Владимир Григорьевич, вы у нас новоиспеченный герой Восточного Фронтира и point culminant du programme сегодняшнего вечера, вы же турков не любите? Этих нехристей?
— Турки как турки — пожимаю я плечами, ставя на поднос пустой бокал: — лишь бы человек был хороший, Аввакум Лестерович.
— И то дело, нечего молодого человека стародавними баснями смущать — кивает его собеседник: — вы лучше скажите нам, Владимир Григорьевич, какой у вас ранг наследственной магии открылся?
— Про то мне еще пока неведомо — отвечаю я: — на завтра назначено заседание комиссии, меня нарочным вызвали к полигону Академии.
— А! Новый полигон, тот, что за городскими окраинами, ближе к песчаным карьерам — кивает мой собеседник: — а мы с Аввакумом Лестеровичем еще на старом сдавали, тот, что во дворе Академии, маленький…
— Теснота и неухоженность! — качает головой полноватый: — но благодаря вашей кузине новое поколение магов сдает проверку на ранг за городом. Уже пять разных полигонов есть и все за пределами столицы, вне зоны досягаемости жилых построек.
— Да-с… — мечтательно прищуривается высокий в мундире бригадного генерала: — эх… дала же жару Ледяная Княжна! Квартал два месяца восстанавливали. Я, тогда как раз в столице был, застал разбор завалов… О! Bonsoir princesse! А мы как раз о вашем un petit malentendu во время проверки ранга…
— Аввакум Лестерович, Петр Николаевич! — раскланивается со всеми Ай Гуль и подает руку, к которой джентльмены прикладываются по очереди: — боюсь мне придется похитить у вас этого кавалера, маменька с папенькой прибыли.
— Полина Иринчеевна прибыла! Bo
— Пошли! Папенька тебя давно не видел! Но теперь у тебя Родовой Дар открылся, уж теперь он тебя признает! — шипит мне на ухо Ай Гуль и тащит за собой, словно у нее внутри маленький, но очень мощный моторчик.
— Я все забыл! — вполголоса отвечаю ей я: — как себя вести с ними?
— Почтительно! Больше слушай! На вопросы отвечай коротко! И попроси в конце моей руки и сердца!
— Чего⁈
— Пффхах! — она давится смехом и останавливается: — ну и лицо у тебя было, Володенька! Что, вся жизнь перед глазами пронеслась?
— Так это… то есть ты мне тут шутки шутить будешь⁈
— А то! Кто еще может над тобой шутки шутить? Ты у нас теперь Неуязвимый Отшельник, победитель Свежевателя и муж Тигрицы Страны Голода!
— А ты откуда знаешь? — удивляюсь я, следуя за твердой рукой княжны.
— Я с твоими плоскодонками из Ся вчера весь вечер проговорила! — улыбается она: — должна же я знать какие у тебя предпочтения в постели! А ты с ними оказывается еще и не… слушай, если какие проблемы с амурными делами — ты мне скажи, не скрывай, я лучших специалистов в столице найду! Вылечим!
— Гулька! Ты!
— О! Начинаешь вспоминать, а?
— Паразитка!
— Нее, так ты меня еще не называл… все, пошли, Герой Фронтира. У тебя впереди самая страшная битва. Да не трясись ты так, это ж семья. Сто лет тебя не видели. Пошли, пошли… — она тянет меня за рукав и мы — идем.
— Вот! — радостно выдыхает она, останавливаясь и буквально втаскивая меня за собой к столу, за которым чинно сидят и общаются между собой мужчины и женщины из высшего света: — папенька! Я Володю привела!
— О? — один из мужчин поворачивается ко мне, за ним все остальные. У того, который повернулся — лицо римского императора с серебряной монеты или мраморной статуи — волевой подбородок, прямой нос, глубокие и выразительные глаза. Вокруг глаз — паутина морщинок, которые становятся видны, когда он щурится, вот как сейчас.
— Володя! — говорит он и встает из-за стола: — а ну-ка иди сюда, я на тебя погляжу! Еще больше стал, я гляжу. В плечах раздался и если то, что мне тут про тебя Гуля рассказывает хоть на четверть правда, то настоящим героем стал. — он обнимает меня, отступает на шаг и еще раз осматривает с головы до ног: — Хорош! Хоть сейчас женить можно!
— Володя! — раздается второй голос. Женский. Пожилая женщина с ярким макияжем на сухой коже и четкими чертами лица — машет мне рукой, подзывая к себе: — а иди сюда, племянничек, почему тетушку не приветствуешь, а ну — целуй! — и подставляет свою щеку. Я — целую и бормочу невнятное оправдание.