Страница 26 из 39
Хоть Василиск мне об этом и рассказывала, я всё равно настоял на своем. Если бы был хотя бы один минимальный шанс вырваться отсюда, я бы незамедлительно его использовал. Использую сейчас.
– Я хочу этого. Ты даже не понимаешь, насколько сильно я этого хочу. Я не хочу жить в вашей утопии, где мыслями каждой марры правит Василиск, существо, которое не имеет никакого отношения к нашему океану.
Моркер могла бы на меня обидеться, но она этого не сделала. Кажется, она и сама начала сомневаться в правильности действий Василиск.
– Моркер должна сказать что-то ещё.
– Я слушаю…
– Я тебя помню, марра. Помню все раз, когда ты просыпался здесь. Помню каждый минуту, когда ты плыл за Василиск. И пытался что-то понять. Ты не второй раз здесь. Уже… шесть. Этот семь.
Мне надо было переварить эту информацию. Моркер не могла лгать. Я ей верил.
– То есть, ты хочешь сказать, что я просыпался у тебя уже седьмой раз? Ты, наверное, хочешь добавить и то, что каждая марра периодически просыпается у тебя, и не помнит ничего, кроме своего имени? И ты, конечно же, идешь на поводу у Василиск. Только потому, что ты возомнила неживое создание своей матерью. В связи с этим, ты, возможно, единственная марра, что осталась при своей памяти. Я заключил верное утверждение?
– Нет… Да. Да. Оно так.
– Значит ты должна прекратить помогать Василиск. Это я тебе говорю как тот, кто постоянно идет у кого-то на поводу. В этом мы похожи.
Вот уж не думал, что она может быть причастна к этому ужасу. До сих пор не могу смириться с тем, что пережил свою смерть целых семь раз. И всё ради чего? Ради того, чтобы я всё забыл. Как же все сложно.
– Моркер… Моркер поможет. Я знаю, как вернуть память… О Жрице Нэро. Если это всё, чего ты хотеть.
Она прислонила свою ладонь к моему лбу, и закрыла свои глаза, что-то нашептывая на своем языке. Руны в помещении начали мигать, постоянно обращая всё во тьму. Я будто бы растворился в воде, и стал её частью. Зыбкой, но вечной. Ведь живительные воды – это единственное, что воистину вечно в нашем мире.
========== Сезон 8. Путь ==========
Запись 1. Пробуждение от долгого сна
Я проснулся. По-настоящему проснулся. И на этот раз меня не преследовали ни нимфы, ни сомнения в реальности окружающего мира. Потому что прямо сейчас надо мной нависало мертвое тело кумика, изрядно съеденное орнатумами, маленькими ракообразными. Благо они едят только падаль, а живые организмы не трогают. Вот и меня есть они не стали. Зато пара-тройка орнатумов прицепились к моим плавникам, и отдирать их от себя было больно. Но боль в голове не могла сравниться с болью в плавниках.
Я рассмотрел окружающую меня местность. Я находился в какой-то темной расщелине, но сверху я видел вожделенный свет. Однако сперва я обратил внимание на то, что моего теперь не было.
Меня ещё долго не покидали ощущения того, будто бы я просто находился в каком-то кошмаре всё это время. Но лежащие рядом со мной потрепанные записи, которые я писал на водорослях абиссальной зоны, говорили об обратном. Раз я их написал – значит я там всё же был. Но как тогда можно объяснить отсутствие моей травмы? Я начал сомневаться в том, что может быть реальным, а что нет.
Взяв свои записи, я начал плыть наверх, навстречу проглядывающемуся свету. Кумик повис прямо надо мной, и мне пришлось отодвигать его со своего пути. Интересно, сколько времени я провел в абиссальной зоне, если кумик выглядел ещё свежим? Я даже хотел оторвать от него кусок, но решил этого не делать.
Туннель, по которому я собирался сбежать из тюрьмы, был расколот надвое. Выплыв из него наружу, я стал свидетелем катастрофы. Прежний индустриальный Прокул, обитель инноваций и развития, теперь был всего лишь одной огромной развалиной. Наука не смогла остановить природу. Природа стала новым хозяином этого места.
Я плыл по широким улицам, и не видел ни одной живой души. Все марры будто бы пропали, или их и вовсе никогда не было. Всегда был город, но тех, кто его населял, будто бы несколько сотен сезонов уже не существовало. Океан забрал их с собой… всего лишь за единственный грех.
Торговые точки оставались нетронутыми. Даже если после землетрясения, разрушившего и расколовшего Прокул на две части, хоть кто-нибудь бы выжил, то такого обилия продуктов здесь бы не было. Всё должны были расхватать ещё в первый день местного конца света. А сейчас… нет, никого. Совсем никого. Пожалуй, кроме нескольких видов рыб и кумиков.
Я не знал, что делать, и куда идти. Я начал думать об этом уже тогда, когда набил свой живот всякой едой, бесхозно оставшейся после былой цивилизации Язычников.
Мои воспоминания ко мне вернулись. Я вспомнил, кем была Жрица Нэро. Наша Нэро. Которая больше не в состоянии помочь маррам. Не в состоянии помочь даже самой себе.
Я думал о том, что я мог бы вернуться в Пакс. Путь бы выдался не из легких, но находиться среди этих заброшенных зданий долго я не мог. Они были слишком пустые. Слишком мёртвые. Даже электричество, изначально мёртвый свет, больше нигде не работало. Оно умерло во второй раз, если я имею право так сказать.
Знаете, что такое кенопсия? Это тревожное чувство, которое возникает тогда, когда мы находимся в пустых общественных местах, где должна кипеть жизнь. Однако жизни здесь нет, нет марр, нет хоть каких-нибудь сознающих себя существ. И это меня правда пугает. Я будто бы являюсь единственной маррой во всем океане. Хотя, конечно же, это не так. Я надеюсь, что это не так.
Однако возвращаться в Пакс, к моему глубокому сожалению, уже нельзя. Я знал слишком много для того, чтобы вернуться к прежней жизни. Я больше никогда не вернусь на прежнюю работу, больше никогда не заведу нормальную семью, больше никогда не буду честен с каждым встречным настолько, насколько был честен раньше. Теперь я был обречен и всеми забыт. Из высших стражей остался лишь я один. А значит сама эта группировка более не может существовать. Но Нэро я не забуду никогда. Нет, больше никогда.
Кто же теперь будет хранить вечный покой нашей Нэро? Кто теперь в ответе за неё? Больно даже думать о том, что сейчас может происходить в Паксе. Но я ничего не могу изменить. Поэтому будет лучше, если я больше никогда не вернусь на свою родину.
А что, если мне отправиться в Биимун? Всегда хотел оказаться в том загадочном городе, который, по легенде, пал из-за поклонения иным созерцателям. Однако и вы, и я, теперь знаем, почему же на самом деле был разрушен второй по значимости в нашей истории город. Возможно, там даже остались марры. Такие же, как и я. Брошенные всеми и за всё.
Запись 2. К югу
Своего кумика я назвал Осло. В мальковом возрасте у меня был домашний питомец, которого я звал Осло. Это была забавная трехцветная рыбка, которая была со мной неразлучна. Она была любознательна, но во время одной из наших игр снаружи моего дома на нас напал люций. Страшная, багровая рыба, истинный хищник нашего океана с двумя рядами клыков. Этот вид никогда не заходил далеко в город, но так совпало, что в тот момент я жил вместе с Осло и моим отцом на краю Пакса. Так что шанс того, что на нас нападет хищник был очень высок.
Этот люций съел Осло, а я позорно сбежал в безопасный дом. Хотя я и ничего не мог противопоставить этому дьяволу рыбного мира. Они-то действительно выглядят как самые настоящие дьяволы… В общем, смерть Осло надолго засела в моем мозгу. А теперь мне подвернулся случай завести второго Осло. Надеюсь, что он не закончит так же, как закончил и первый…
Кумика я снарядил для дальнего похода в Биимун. Я знал, где расположен этот город только условно – к югу от Пакса. А Пакс находился к югу от Прокула. То есть в любом случае я должен был пройти через Пакс, чтобы попасть в Биимун, но я решил обойти его стороной. Да, это решение очень глупо, но я бы не смог перенести и дня в своем родном городе. Хотя бы потому, что там меня больше никто не ждет.