Страница 27 из 130
Глава 13
Патон уютно притулился на опушке, возле рощи вековых дубов. Собственно даже селом это место можно было назвать лишь с натяжкой. Ни храма, ни амбара, ни каких других общественных построек — шесть простеньких одинаковых домишек, окруживших старый колодец с рассохшимся воротом, да покосившаяся конура с оборванной цепью.
Как и говорил разведчик, добраться сюда удалось только затемно. Идти пришлось с раннего утра и без перерыва на обед, но бандиты даже практически не роптали. Продемонстрированные накануне сила, решимость и непоколебимая безжалостность создали Нику образ недосягаемого злодея, связываться с которым себе дороже.
К тому же Шило растрепал всем, о чем его спрашивал ночью лидер. Надежда на легкую наживу под руководством могущественного мага грела сердца бандитов не хуже бутылки доброй браги, выпитой натощак.
Приближение группы угрюмых мужчин не осталось в Патоне незамеченным. Схватив все, что могло использоваться как оружие, жители повыскакивали на улицу и единым фронтом выступили на защиту родного дома. Мужчины, женщины, старики — понадобилось меньше минуты, чтобы образовать вооруженную толпу. Будто репетировали.
Впрочем, в свете последних событий, им наверняка не раз и не два приходилось отстаивать свое право на существование. Может село и было слишком мелким, чтобы заинтересовать церковь Трех Основ и стоящих за ней демонов, но следы когтей на расположенной с краю избе говорили, что волна хаоса докатилась и до сюда.
Без Никаниэля банда Мозгана точно бы не справилась.
Да и сам Ник не стал сходу размахивать мечом и швыряться магией. Вместо этого он спокойно осмотрел готовых к бою крестьян, прикинул как лучше поступить и приказал ставить лагерь с другой стороны дороги.
Под напряженными взглядами патонцев бандиты установили уже подлатанный шатер лидера, развели пару костров, натянули навесы. Они поминутно бросали полные любопытства взгляды на главаря и на их лицах застыл единственный немой вопрос: «Как он поступит?».
На самом деле Никаниль рассчитывал, что мужичье не выдержит первым и пришлет старосту для переговоров, но те продолжали стоять, не шелохнувшись, словно взвод хорошо обученных солдат.
Не важно. Сойдет и так.
Судя по развешенным шкурам лесных зверей, Патон жил в основном охотой. Об этом же говорил и лук в руках человека средних лет, одетого в кожаную жилетку и со здоровенным ножом на поясе. Главный добытчик. Он явно представлял наибольшую опасность. Правда Ник не собирался устраивать тут бойню. Банда и так уже поредела от его собственных рук, а впереди еще не одна неделя пути. Бойцов надо экономить.
Убедившись, что первый шаг придется делать все-таки ему, принц приказал выдвигаться. Разбойники подчинились. Они обнажили оружие и пошли следом за лидером. Пусть и без особого энтузиазма. Это не наемники, и лобовое столкновение — не их метод. Напасть толпой из засады, это да. Прирезать одинокого путника — пожалуйста. Но биться с толпой крестьян в чистом поле, пусть и обладая более хорошим вооружением, — отпусти и забудь. Не про них песня.
Перейти дорогу Никаниэлю не дали. Метко выпущенная охотником стрела вонзилась прямо посреди пути, обозначив границу, пересекать которую не следовало. Намек, который поймет даже трехлетний ребенок.
— Стойте где стоите, ублюдки! — крикнул вышедший вперед мужчина с увесистым топором в руках. Староста или кто-то вроде того.
Высокий, худой, жилистый. Седина едва тронула взъерошенные темно-коричневые волосы. В неровном свете факелов его лицо выражало твердость и решимость человека, не привыкшего получать от судьбы подарки. Скорее тумаки и затрещины, а по праздникам — полновесные оплеухи.
— Отдайте нам три четверти своей еды, и мы вас не тронем. — потребовал Ник тоном, словно разговаривал со слугой в родном замке и не сомневался в исполнении приказа. — Даю слово.
— А может тебе еще и жен наших отдать заодно? — крикнул кто-то из толпы, но получил от соседа по ребрам и заткнулся.
— Можно и жен. — пожал плечами принц. — Мне без надобности, но мои люди наверняка не откажутся.
Под скабрезный гогот бандитов он переступил с ноги на ногу и принял непринужденную позу, будто вел обыденную светскую беседу и от нее вообще ничего не зависело. Ни исход переговоров, ни жизни всех окружающих.
— Твое слово медяка гнутого не ст
— Не то что? — перебил его Никаниэль, придав голосу звона стали, готовой испить чужой крови.
При этом он сбросил капюшон, демонстрируя иссеченное шрамами волевое лицо.
Мужчина даже со слога сбился. Он захлопнул рот и невольно сделал полшага назад, но сумел быстро взять себя в руки и вернулся на место.
— Эти земли находятся под защитой барона Гридара. — глядя из-под нахмуренных бровей, мрачно сообщил староста. — Демон ты или еще кто, но скоро сюда прибудет отряд, чтобы забрать мясо и шкуры. Мы поставляем дичь лично к столу Его Благородия. И лучше бы тебе его не гневить.
Краем глаза Ник заметил, как напряглись члены банды, услышав имя местного дворянчика. Возможно даже упоминание самог
— Капитан, сваливать надо. — шепнул выросший за спиной Жаба. — Барон этот — псих безумный! Говорят, он нашего брата, если поймает, медом смазывает и за пальцы ног на дерево вешает. Чтобы мухи всякие и личинки тебя заживо жрали. Печень Лаода! Уж лучше с конопляной тетушкой плясать, чем к Гридару в лапы.
Никаниэль раздраженно повел плечом, отсылая помощника прочь. Даже если староста уже отправил посыльного к барону, пока тот поднимет дружину в копье, пока доберется — дня два в запасе есть точно. Как минимум. И это если Гридар вообще соизволит пошевелить пальцем ради богами забытого хутора из шести домов.