Страница 49 из 64
На ногах оказался еще до того, как сформулировал последнюю мысль, в темпе открыл переход в рубку «Бенча» и продавил плоскость сопряжения. О том, что не мешало бы объяснить народу причину столь скоростного срыва, подумал уже после того, как уставился на кабель, исчезающий в «пустоте». Но тормозить и не подумал — вытащил из перстня лист бумаги и ручку, набросал сообщение, засунул в ярко-красный пластиковый контейнер, извлеченный оттуда же, и метнул в «никуда» аккурат над кабелем.
Когда «посылка» исчезла, вспомнил, что не поздравил Платта с Файяной с инициацией, исправил этот недочет, заставил себя поболтать с этой парочкой минуты три-четыре, а потом сослался на срочные дела и переместился в бокс.
Штурмовой бот появился в нем где-то через четверть часа, и я, взлетев на его броню, метнулся к открывающемуся люку. Выхватив из руки Язвы нужный контейнер, собрался, было, открыть следующее «зеркало», но был пойман за щиколотку и раскололся, описав мучительнице свою идею. Надо ли говорить, что к деду вернулся не один, а со свитой? Наверное, нет. Хотя стоит добавить, что во время второго пересказа «свита» ожидаемо выросла вчетверо и не отходила от меня ни на шаг следующие два с лишним часа, то есть, все время, пока я тырил необходимые расходники на Шеллеме, терроризировал «научников», дергал государя и дурел от затянувшегося ожидания.
Зато на звонок первого заместителя министра обороны, озадаченного через Долгорукого, среагировали всей толпой и одновременно вывесили аж четыре «зеркала», ведущих в бокс к «Темрису». Там Язва вытребовала у меня полученный список координат, в мгновение ока исчезла из видимости, а от силы через минуту глухо выдохнула в общий канал две короткие фразы:
— Северная окраина Оттавы. Открываю переход.
На самом деле перед тем, как вывесить плоскость сопряжения, она загерметизировала бот и создала внутри него избыточное давление, спрятала машину под маревом, активировала сферу, отрицание ветра и отворот, отправила на линзы наших шлемов картинку с фронтальной камеры и так далее. Но в тот момент такие мелочи никого не волновали — мы смотрели на плоскость сопряжения до тех пор, пока она не «надвинулась» на камеру, затем оценили плотность магофона Той Стороны, «шарахнувшего» по энергетике, сфокусировали взгляды на панораме засыпающего города, приблизительно определили свою высоту и затаили дыхание в тот момент, когда изображение вдруг поползло влево.
Работу автоматики «Темриса», определившей влажность, температуру и состав воздуха, направление и скорость ветра, атмосферное давление, уровень радиационного фона и что-то там еще тоже не отслеживали. Но сообразили, что все необходимые данные получены, в тот момент, когда штурмовой бот, сорвавшись с места, взлетел еще метров на пятьдесят и завис заметно «правее» относительно небольшой Червоточины, возле которой суетился отряд из трех с лишним десятков корхов в одеяниях, чем-то похожих на наши костюмы высшей биологической защиты.
Желание шарахнуть по этим тварям чем-нибудь особо убойным сразу же ударило в голову, но я его задавил. Как мне в тот момент показалось, на время. А уже секунд через пять-семь понял, что «вскрываться» не придется — как только Язва скинула вниз невидимый груз, подала голос Дарина:
— Вижу четыре пары скоростных воздушных целей, приближающихся с юго-востока!
Пока она озвучивала их скорость, дальность и высоту, я нашел на краю экрана нужные метки, навел по одной из них оптический умножитель и через считанные мгновения идентифицировал объекты:
— Истребители местных ВВС. Уверен, что разберутся с тварями сами. В общем, уводи «Темрис» в сторону, а ты, Ларис, перемещай его к следующей точке…
…Шестую «засветку» от крошечного мешочка с кристалликами амреша увидели на исходе пятого часа очередного «картографирования» Той Стороны и сразу же ушли в безумное пике к поверхности планеты. На двух километрах зависли, провели сканирование пустот под небольшим вроде как поселком, сравнили их конфигурацию с трехмерными планами пяти уже «изученных» подземных объектов и подтвердили недавний вывод — для того, чтобы как можно лучше замаскировать сооружения, предназначенные для перемещения боевой химии на Землю, твари стали встраивать их в естественные пещеры, штольни выработанных месторождений и т. д. Правда, в этот раз Долгорукая, пребывавшая не в духе, выразилась значительно грубее, чем в первый:
— Да уж, не догадайся ты сбрасывать в Червоточины мешочки с амрешем, прикрытые артефактами с маревом, хрен бы мы что нашли!
Я мысленно согласился с этим утверждением и поймал за хвост еще одну крайне неприятную мысль:
— Как бы там ни было, все это полумеры: если корхи вдруг додумаются открывать Червоточины, к примеру, из глубоководных городов уничтоженных амфибий, то дотягиваться до…
— Ну-у-у, гидроудар никто не отменял! — возразила Язва, судя по всему, из любви к искусству. А потом продолжила совсем в другом ключе: — Хотя ты прав: ублюдочные твари настолько изворотливы, что нет слов. Культурных. Зато мата…
— Поматеримся как-нибудь потом! — мрачно буркнул я и заставил дам сосредоточиться на деле: — А пока работаем.
Дарина предложила начать со второй точки и начала объяснять причину, по которой так будет правильно, но была перебита на полуслове:
— Лар, вывешивай «зеркало» ко второй!
Плоскость сопряжения появилась буквально через пару мгновений, и бот переместился из позднего вечера «лета» в дождливое утро то ли осени, то ли зимы. С рубкой крейсера «состыковались» в обычном режиме, обменялись всеми необходимыми данными с Платтом и Вальедой, немного подождали и получили море удовольствия, увидев, как добрую треть высоченного холма, заросшего густым темно-красным кустарником, разносит вдребезги вместе с объектом, прячущимся глубоко под землей!
Задерживаться в этой точке, естественно, не стали — «отцепились» от «Бенча», переместились к четвертой точке, уничтожили еще одно рукотворное и продолжили в том же духе. Когда закончили с последним, наведались к трем самым крупным предприятиям химической промышленности, умножили их на ноль, вернулись на Землю, задвинули корму «Темриса» в мир Пространства и отправились отдыхать. Вернее, собрались. Но стоило мне открыть «зеркало» в свою гостиную и пригласить Дарину поужинать в нашей компании, как по координатам моего комма открылось еще одно и продемонстрировало чем-то загруженную физиономию деда.
— Только не говори, что опять случилась какая-то задница! — выдохнул я, увидев, в каком режиме он зашевелил бровями.
— Не скажу… — криво усмехнулся он и сразу же обломал: — Но может. Вернее, гарантированно случится. В ближайшие дни. Если вы не вмешаетесь.
— Рассказывай… — вздохнул я.
— Минут сорок тому назад в Небесный Замок примчался взмыленный гонец ан’рьё Ястела… — начал он, понял, что я не расположен вдумываться в лирические отступления и перешел к конкретике: — Армия Чонгара перешла границу Арле и через четыре часа доберется до ближайшего города.
— Не доберется! — раздраженно рыкнул я, сбрасывая открытое «зеркало» и вывешивая новое, ведущее в Небесный Замок. — Ибо задолбали!!!
Язва, Бестия, Хельга и Дарина продавили плоскость сопряжения чуть ли не бегом, я рванул следом и, оказавшись в дежурке, сходу прикипел взглядом к картинке с камеры спутника. Пока работал оптическим умножителем, изучая средневековую армию, вытряс из Тверитинова всю имеющуюся информацию и, заодно, определился с планами «военной компании», так что, поблагодарив Виталия Михайловича за помощь, вернул всю нашу компанию в бокс.
На вопрос, который меня интересовал больше всего, ответила Язва, нырнув в машину и проорав, что накопители заряжены на семьдесят четыре процента.
— Этого хватит за глаза! — предвкушающе ощерился я и скользнул в свой люк: — Прыгаем к Небесному Замку и рулим в Чонгар.
— А более точный адрес есть? — полюбопытствовала Шахова.
— Ага! — буркнул я, устраиваясь в ложементе. — Дворец Бровега… как его там по матери?