Страница 429 из 576
Глава 221. Все-таки не любовь
— Да! Вот и все, пусть они прислуживают нам! — Ольга тоже повеселела.
— Ну все, хватит, успокойся, будь осторожнее, — сказала Ксения, выходя из кухни с тарелкой фруктов в руках и немедленно утихомирила Василису. Ее родители попросили Ксюшу, чтобы она присмотрела за их дочерью, — это просто преступление, если у детей будет так взбалмошная мама, будь осторожнее, хорошо?
— Конечно, буду! — Василиса послушно и осторожно уселась на диван, — скорее садитесь, а то я сейчас умру от скуки. Доктор сказал мне быть лишь чуточку аккуратнее и все, кроме того, скоро Новый год, и я очень хочу отправиться в путешествие.
— Ты все равно никуда не сможешь поехать, твоя главная задача сейчас — спокойно вырастить ребенка. — прервала ее Ксения, — если ты хочешь, чтобы твой ребенок был здоров, то будь чуть более дисциплинированной!
— Но я хочу поехать! — Василиса сильно обиделась, — неужели следующие семь месяцев пройдут вот так?
— Когда родишь ребенка — тем более! Нужно будет всюду брать его с собой, — убивая последнюю надежду Василисы, сказала Ольга, — как минимум год тебе придется оставаться здесь! Милана, как насчет того, чтобы взять Дениску с Сергеем и поехать путешествовать? Только мы вчетвером? Не будем брать мужчин!
— А это безопасно? — заинтересованно спросила Милана.
— Я тоже поеду, я буду вас защищать! — восторженно сказала Ксения, — поедем все вместе! Кстати, Мила, может, ты позвонишь в дом своего отца и позовешь Ивана? Чтобы он защищал нас?
— Ни за что! Какие же вы бессовестные, подождите, пока я тоже смогу! — сказала Василиса.
— Когда ты родишь, мы съездим еще раз. Мне обязательно нужно расслабиться, неважно поедем в Корею или Японию, но мы должны хорошенько развлечься! — дружелюбно добавила Ольга.
Милана посмотрела на Ксению и вдруг сказала:
— Ксюша, неужели у тебя есть что-то к Ивану? Хорошо, я дам тебе возможность. Иван действительно хорош, Ксюша, тебе тоже нужно добиться своего.
— Что? Не понимаю о чем ты. Забудь, можешь не звать его, — лицо Ксении залилось румянцем.
— Ну конечно! А почему ты тогда так покраснела? — пошутила Ольга.
В этот момент зазвонил телефон, и Василиса подняла трубку:
— Алло, привет, Леонид. Что-то случилось? Мила и Оля у меня, хорошо, поняла. Что может быть опасного в моем доме? Правда, я же не парень, будь спокоен, я не буду к ним приставать…
Василиса повесила трубку и вздохнула:
— Когда это Тимур с Леонидом, мужчины такой романтичной натуры, стали рабами своих жен? Не виделись какое-то время и уже так сильно соскучились. Девочки, ваши мужья ждут вас снаружи, может, позовем их к нам?
Милана и Оля были застигнуты врасплох и одновременно выглянули в окно: на улице шел снег и стоял туман.
— Они сказали, что стоят на улице? — девушка забеспокоилась. Если это так, то будет небезопасно возвращаться домой, ведь на улице метель, её беспокойство нарастало все больше.
Оля сжала губы:
— А когда это я стала той, о ком беспокоятся?
В ее тоне слышалась нотка обиды, Ольга слишком долго была одна, и никто о ней не заботился, поэтому это заставило ее чувствовать себя неуютно.
— Испортили мое хорошее настроение!
— Вам не понять, насколько это большое счастье, когда кто-то о тебе заботится. Такой одинокий человек, как я, никогда не поймет каково это, когда кто-то по тебе так сильно скучает. В такой снежный вечер лучше вам вернуться в свои дома и обнять своих мужей, чтобы согреться, — сказала Ксения с нотками зависти и ревности в голосе.
— Нам нужно как можно скорее отыскать Ксюше достойного мужчину, чтобы ее тоже кто-то согревал! — добавила Оля.
— Иван, вот, кто ее мужчина! — немного весело добавила Милана.
— Эй! Не смейте надо мной подшучивать! — снова зарделась Ксюша.
— Скорее заходите, на улице слишком холодно! — вдруг за дверью донесся голос Степана, и за его спиной появились два одинаково высоких мужчины
— Кто разрешил тебе войти? — сказала Василиса, как только увидела Степана и опустила лицо, но, увидев Леонида с Тимуром, снова улыбнулась, — Лёня, Тимур, вы тоже здесь, проходите!
Но со Степаном она была крайне равнодушно, будто и вовсе его не знала.
— Какая досада! — покачала головой Ольга, — ладно, я пошла. Соберемся в другой раз.
— Я тоже, — последовала за ней Милана. Ни одна из них не поздоровалась со своим мужем, и они сразу вышли за дверь.
— Как же раздражают! Мы только зашли, даже согреться еще не успели, как они приперлись! — высказалась Оля и шепнула Милане на ушко, — может, сбежим от них?
Милана повернулась и увидела, что мужья уже вышли вслед за ними:
— Они уже вышли, как же мы убежим?
— Я позвоню тебе, а ты пока подумай! Ох, какая же сильная метель, мы поехали домой. Я так соскучилась по Сереже! — потерев руки от холода, сказала Оля.
— Хорошо, созвонимся! — Милана тоже начала замерзать.
Двое мужчин одновременно догнали своих женщин и, обняв их, взяли их руки, чтобы согреть:
— Дорогая, поехали домой!
В квартире.
— Ксюша, я пошла наверх. Доктор сказал, что у меня всегда должно быть хорошее настроение, не хочу, чтобы кое-кто мне его испортил. Сегодня идет снег, так что я пойду спать и завтра проснусь пораньше. Для ребенка так лучше, сможет родиться по нормальным биологическим часам, — специально не смотря на Степана, Василиса начала подниматься наверх.
— Мой брат пришел! Мне пора идти, не буду вам мешать. — взяв пальто, Ксюша вышла.
— Не уходи, — начала волноваться Василиса, она не хотела оставаться наедине со Степаном, однако Ксюша уже успела уйти, — как же мне не хватает настоящих друзей!
Пробормотав что-то, Василиса продолжила игнорировать присутствие Степана и пошла дальше, но, когда она проходила мимо него, Степан взял ее за руку. Неужели она правда решила не разговаривать с ним? С тех пор, как он узнал, что Василиса беременна, когда она плакала в больнице — все эти дни она не разговаривала с ним. Но иногда Степан ловил на себя ее взгляд, такой глубокий, что Степан понимал, если он будет думать, что Василиса его не любит, то он будет себя обманывать. Как Василиса может говорить, что не любит, смотря на него таким взглядом, как у нее?
Но Степану было неловко каждый раз, когда она его вот так игнорировала:
— Василиса, не злись!
Девушка медленно повернулась, отняла руку и, странно улыбнувшись, саркастически сказала:
— Зачем ты каждый раз приходишь в мой дом? Потому что Фатима живет неподалеку, и таким образом ты сможешь чаще ее видеть?
— Василиса… — Степан начинал злиться, — ты же знаешь, что это не так.
— А как? Только не говори, что любишь меня! — улыбнулась она, — не стоит давать мне пустых надежд, если ты меня не любишь, мне не нужна твоя жалость.
Сказав это, ее сердце сжалось от боли. Она всегда была весела, даже после смерти отца и тети, Василиса оставалась сильной. Но, когда она оставалась наедине со Степаном, то была не в силах сдержать слезы, ей хотелось плакать навзрыд: