Страница 41 из 576
Для Леонида Платоновича и Тимура это было несколько неожиданно.
— Мила, директор наказывает плохих сотрудников компании, так что не лезь. — Тимур не мог понять, Милана очень слаба или глупа.
— Андреев Тимур, меня не волнует другое, я просто не хочу, чтобы коллег обижали из-за меня. — она одинокая женщина, живущая с ребенком и всегда осторожна, словно ступает по тонкому льду, она никогда не хотела обижать людей и всегда думала, что нужно творить добро.
— Секретарь Захарова, откуда ты знаешь, что мне нужна эта видеозапись ради тебя? — Леонид Платонович поднял свои бесстрастные глаза и медленно спросил.
— Эээ... — Милана была ошеломлена, её лицо слегка покраснело.
— Кажется, секретарь Захарова обольщается на свой счёт. — холодно улыбнулся Леонид Платонович.
— Неужели не для Милы? — прямо спросил Тимур.
Какое-то время Милана не реагировала, неужели не так? Она ошибется? О боже! Её лицо сразу покраснело:
— Извините, я думала…
— Выйди вон! — Леонид Платонович холодно бросил два слова, его взгляд не покидал лица Миланы, ставшего растерянным и смущённым.
Пристально смотря на него, она ощутила, что действительно может слишком много думать. Как может директор отнестись к своей возлюбленной ради неё, секретарши? Смотря на него, она не могла уловить и капли переживания, этот мужчина был слишком опасен, а глаза были такими бездонными, что можно было не выдержать и упасть в них, даже не осознавая. Но почему она чувствовала, что что-то не так?
Медленно повернувшись, Милана с задумчивым выражением лица вышла.
— Лёня, не ожидал! — Тимур улыбнулся словно хитрый лис. — Ты на самом деле боролся за маленькую секретаршу?
— Ты очень свободен?! — тон был решительным, с оттенком нетерпения и смущения от того, что его увидели.
***
— Лёня, это не то, о чём ты подумал! — в страхе закричала Анна с выражением неуверенности и страха на лице. Она не ожидала, что Леонид уволит её из-за Миланы, теперь она даже не его любовница.
Глядя на искажённое лицо Анны, Леонид Платонович повторно убрал руку, зажёг сигарету и низким голосом сказал:
— Всё кончено! И ты знаешь, почему. Больше всего ненавижу женщин, которые делают мелкие гадости за спиной.
— Лёня! Я ошиблась! Я больше не посмею! — у Анны потекли слёзы, она бросилась к ногам Леонида Платоновича. — Лёня, я правда неправа!
— Знаешь, что ты должна сделать? Уезжай из города К. Я больше не хочу видеть тебя в городе К.! — равнодушно произнёс он свой вердикт. — Ты заслужила это.
— Леонид...
— Вышла вон! Быстро! — тон стал холоднее донельзя, Леонид освободился от её руки.
Анна знала, что всё потеряно, слёзы текли из её глаз, она уныло посмотрела на Леонида Платоновича, её дрожащие руки медленно сжались в кулаки:
— Из-за Миланы?
— Убирайся! — холодно произнес он.
В конце концов Анна собрала свои вещи и когда она уходила, Леонид Платонович устроил так, чтобы Милана пошла в финансовый отдел за квитанциями. Когда она вернулась, Анна уже ушла.
— Мила, Анну уволили, ты знаешь? — сплетничая спросила Вера.
— А? — она была поражена и оцепенела. — Что ты говоришь?
— Разве ты не знаешь? Генеральный директор уволил её, Анна уже ушла!
Действительно ли из-за неё? Милана быстро вошла в офис Леонида Платоновича:
— Директор, Борисова Анна…
— Что с твоей рукой? — Леонид Платонович минул офисный стол и так естественно взял её за руку, тщательно осмотрев, и прежде чем отпустить удостоверился, что она нанесла мазь.
Милана была удивлена и застыла от его нежных движений, что почти забыла, что хотела спросить:
— Ди... директор, почему ты уволил её?
— Из-за тебя.
Ответ Леонида Платоновича был для неё неожиданным, а затем, что было ещё более неожиданно для Миланы, Леонид Платонович опустил голову и легонько поцеловал её в лоб. В момент, когда она всё ещё была неподвижна, она уже была в его объятиях.
— Нет... — она в панике издала звук, но губы и язык схватили её быстрее, деспотично и настойчиво, холодно и безжалостно вторгаясь во всю её сладость и мягкость.
Словно это провозглашение. Как будто он заявлял ей, что она — его женщина.
Спина Миланы слегка вздрогнула. Та сцена с захватом губ в мужском туалете во время торжественной церемонии аналогичным образом глубоко запечатлелась в её памяти.
Тело Миланы задрожало, она боролась из последних сил, но не могла вырваться от сковавшего её демона, ей так больно было целоваться с ним, так больно. Терпение лопнуло, она открыла рот и прикусила губу, запах крови наполнил его рот, но он не отпустил её, а усилил поцелуй…
Словно такое внезапное легкомыслие о чём-то возвещало.
— С сегодняшнего дня ты моя! — Наконец он отпустил её и нагло заговорил, но голос его был чрезвычайно серьезным и решительным.
— Нет... — она покачала головой, её глаза расширились.
Этот человек был очень ужасен.
— Хлоп! — Милана подняла руку и ударила, Леонид не уклонялся, его били по лицу.
Теперь вся Милана оцепенела.