Страница 40 из 576
Глава 30. С сегодняшнего дня ты моя
Милана сжала рот и послушно закрыла его.
Но всё равно недовольно слегка надула губы, почему такой человек? По-прежнему заботится так деспотично, этот мужчина — шовинист! Видя, что он заботится о ней, она уже не препиралась. Но почему этот мужчина смотрел на неё и не говорил ни слова, к тому же хмурился, это заставило её почувствовать, что она вызвала его подозрения!
— Что случилось с рукой?
Наконец он спросил причину и низкий, притягательный мужской голос заставил её на мгновение потерять сознание, словно старинный колокол потряс тайники её души. Правда, этот голос несколько знакомый...
Она нахмурилась:
— Борисова Анна неосторожно пролила суп и ошпарила.
— Вот так просто? — спросил он, ведь думал, что она скажет что-нибудь ещё.
— Да. А что? — она была в недоумении.
— Она сделала это специально. — даже он сам удивился, почему такие слова сорвались у него с языка. Потому что в глазах окружающих он всегда невозмутим и сдержан.
— Что?! — Милана вытаращила свои большие круглые очаровательные глаза, не смея поверить услышанным словам. — Директор, кажется, Борисова Анна — твоя любовница, ты должен защищать её, почему ты так сказал о ней?
Она обвинила его и только потом обнаружила, что этот мужчина такой высокий. Но... это неважно. Этот чёртов мужчина и вправду безжалостен, переспал с Анной, взял её первый раз, так ещё и незаметно поставил её в тяжёлое положение, сведя счёты за её спиной. Да. Борисова Анна, безусловно, намеренно, но кто сможет доказать?
— Неужели ты полагаешь, что она не намеренно? — он приподнял брови. — Хочешь, чтобы я помог тебе отомстить? — Говоря, он наклонил к ней голову, его дыхание достигло её уха, и уникальный запах его тела окружил ее.
Милана блистательно улыбнулась и несколько с полным безразличием сказала:
— Зачем мне срывать зло? Я не сержусь.
В следующий раз она найдет уголок, чтобы поесть, уголок, в который никто не сможет зайти и не будет ошпарена.
— Я тебе не нужен? — он продолжал дышать ей в ухо.
— Директор, я заметила, что ты и вправду скучный. Что ты делаешь так близко ко мне? — она сердито ткнула его в грудь своими тонкими пальцами и не ожидала, что в элегантном и стройном теле есть безграничная сила и красота, сильные грудные мышцы были твердыми, как камни, и у неё заболели пальцы.
Леонид многозначительно обхватил пальцы большой ладонью.
— Хочешь, чтобы я помог тебе взяться за дело? — терпеливо повторил он.
— Скучный! — она убрала руку.
В это время открылся лифт.
Это не первый раз, когда она едет на Бугатти Леонида, как и в прошлый раз при инциденте с презервативами, он засунул её на пассажирское сидение на этот раз всё было так же. Только больше никто не разговаривал.
Они быстро забрали мажь от ожогов из больницы. Когда они вернулись, вся компания была как еда на сковороде — спорили.
На стойке регистрации в вестибюле. Не знаю, с кем разговаривала принимающая посетителей София, она держала трубку телефона:
— Вау! Правда, директор держал секретаря Захарову за руку, я впервые вижу генерального директора, держащего за руку женщину...
Когда они вернулись, Леонид Платонович шёл впереди, а Милана шла позади с мазью от ожогов в руке, хотя её рука была обработана, это было действительно болезненно. Леонид Платонович направился прямо к лифту генерального директора, а она, зная своё место пошла к лифту для сотрудников.
Леонид Платонович повернул голову и увидев фигуру, собирающуюся уйти, тут же протянул большую руку, чтобы притянуть её за воротник костюма:
— Иди сюда!
В холле замолчали. Милана втянула шею:
— Я просто пойду туда.
— Это приказ!
— Да...
В результате весть о том, что Милана и генеральный директор вместе поехали на специальном лифте, быстро распространилась.
Вернулись на самый верхний этаж.
— Ой! Мила, ты вернулась? — внезапно прибежала Анна и весьма усердно побеспокоилась
Увидев Анну, Леонид Платонович слегка нахмурился. Милана слегка кивнула, ничего не сказала и вернулась на свое место.
Холодные глаза Леонида не фокусируясь скользнули по лицу Анны. Но его глаза никогда не сверкали необыкновенным блеском из-за её очаровательной внешности. Лицо Анны застыло, она прошептала:
— Генеральный директор.
— О! Вернулись? Мила, доктор сказал что-нибудь? — снова своевременно появился Тимур.
— Все в порядке. — Милана встала и покачала головой.
Увидев, что двое мужчин так сильно заботятся о Милане, Анне стало ещё сложнее справляться с ревностью, опущенные красивые глаза вспыхнули холодным светом.
Конечно, всё это своими глазами увидел Тимур. Он вздохнул про себя, нельзя не признать, что женщина, действительно пришедшая в ярость — отвратительна, ужасна и осмеливается использовать любые методы. На этот раз это просто горячий суп, но кто знает, что будет в следующий раз?
Леонид Платонович тут же скользнул холодным орлиным взглядом по секретарю Павловой, Вере, Тимуру, Милане и наконец его взгляд упал на лицо Анны, внезапно он сказал:
— Секретарь Павлова, позвоните в комнату наблюдения и запросите видеозапись обеда в столовой и немедленно отправьте мне.
Все пришли в недоумение. Милана почти подумала, что она неправильно поняла. Улыбка застыла на лице Тимура, не так ли? Он действительно хочет наказать?
— Да. Я немедленно позвоню. — секретарь Павлова немного заколебалась и тут же пошла звонить.
Лицо Анны мгновенно стало бледным и бескровным. В глазах Леонила Платоновчиа сверкнул сарказм, он по-прежнему сохранял холодное чёрствое выражение лица. Совершенные холодные черты лица были будто у бога ада, всё тело непреднамеренно источало пронизывающий до костей холод. Затем он с каменным лицом направился к своему офису.
— Директор! — внезапно крикнула Милана.
Леонид Платонович остановился, обернулся и покосился на неё, в его острых глазах забродил ужасный и непостижимый блеск.
Все опешили, не зная, что Милана собиралась сказать. А Милана взглянула на выражения лиц всех, она не знала, как сказать, взглянула на бледное лицо Анны и промолчала, ведь не хотела говорить при всех: — Ничего!
Леонид Платонович прищурился и вернулся в офис. Выражение лица Анны по-прежнему было бледным, как белая бумага. Тимур пошёл в офис Леонида Платоновича.
Когда люди из комнаты наблюдения принесли диск, Милана сразу же приготовила две чашки кофе и принесла в офис директора, а диск положили на стол.
— Директор... — взгляд Миланы упал за запись. — Можно ли уничтожить это видео?
Разумеется, только она озвучила вопрос как привлекла взгляды Тимура и Леонида Платоновича.
— Секретарь Захарова, что ты имеешь в виду? — Леонид Платонович приподнял бровь.
Милана перешла прямо к делу:
— Я знаю, что имеет в виду директор, но в этом нет необходимости. Директор, пожалуйста, сделайте так, чтобы в компании было поменьше пересудов, разве иногда не лучше прекратить конфликт?