Страница 370 из 576
Глава 192. Не то чтобы не верю
— М-м-м... — знакомый аромат тут же окутал Милану, поселив в ее сердце покой.
Леонид в свою очередь раскрыл одеяло и прижался к девушке своим сильным телом. Вот только Мила на мгновение впала в панику:
— Не надо! Не делай этого, Лёня!
Но мужчина в ответ чмокнул ее в губы:
— Да, тебя и правда стоит отшлепать. Ты — моя и только моя, но неужели ты разочарована тем, что тобой не смогли полакомиться другие?
— Правда не смогли? — девушка уже даже начала верить в его слова. Может, правда, ничего не было, ведь она все-таки хоть и смутно, но помнила, как она выкрикивала его имя, а также помнила о его голосе, что постоянно раздавался в ее ушах.
— Миланочка, это я! Твой Лёня... — снова крикнул мужчина ей на ухо. И голос этот был таким знакомым и таким душераздирающим. — Это я, я постоянно звал тебя, дорогая, ты, что, забыла?
— Лёня, так это действительно был ты! Господи, я была до смерти напугана! — вдруг расслабилась Захарова, а тяжелые путы также снялись с ее напряженного сердца, из-за чего девушка даже не смогла сдержаться от хныканья и, зарывшись своей головой в плечо Коновалова, всхлипнула.
— Ну конечно! Все это время был лишь я! Какая ты глупышка, не было никого другого! Да даже если бы что-то подобное вдруг и произошло, ты все равно навечно останешься моей женщиной, поэтому я даже не подумаю, чтобы хотя бы на минуту покинуть тебя! Не волнуйся, отныне я не позволю никому причинить тебе боль, — мужчина нежным голосом утешал ее. Сердце щемило и окутывало печалью.
— Я ведь думала... что это был кто-то другой... — произнесла девушка, крепко обнимая его за шею, черпая тепло и заботу. — Знаешь, как я испугалась!
Милана начала лить слезы.
— Все-все, ладно тебе! Глупышка, все, не плачь. Ты все такая же чистая и невинная! Хе-хе... Надо же, я еще никогда не видел вот таких вот барышень, что так недоверчиво относятся к своим мужчинам! Ну все, перестань, не реви... — в ушах дурочки близко раздался смех Леонида Платоновича.
Тогда Милана замерла, а слезы ее остановились, сама девица показалась какой-то смущенной:
— Лёня, как же я испугалась, что я стала грязной... Ты не представляешь, как мне было страшно...
Мужчина в ответ протянул свои длинные пальцы и надавил ими на губы своей спутницы:
— Что бы ни случилось, ты все еще остаешься моей женщиной! Мне нужна лишь ты одна, поняла?
Захарова же была просто-таки растрогана такими словами:
— Спасибо тебе.
Но даже если он и сказал такое, то вопрос был в том, как бы у нее хватило духу последовать за ним дальше? Да, Милана просто-напросто не смогла бы такое сделать.
— Ну, теперь-то ты мне веришь? — обнял ее Коновалов и лег сбоку. Ах, как же клонило в сон, но вот только времени на это совсем не было, ведь еще было слишком много того, с чем ему необходимо было разобраться.
— Ага, — кивнула в ответ Мила, глубоко вздохнула и, наконец, даже как-то немного расслабилась.
— Ладно, мне нужно идти, — сказал человек рядом с ней. — Надо много с чем разобраться. Я попрошу Виноградова отвезти тебя домой, ладно?
— Хорошо, — и тогда Милана внезапно спросила, словно ее снова что-то осенило. — Те парни... действительно не трогали меня?
— Нет, — твердо на это произнес Леонид.
— А... кто это был? Почему они так поступили со мной? Я же как-то и не переходила им дорогу, — девушка и правда представить не могла, откуда же взялись эти люди, поэтому ей было до ужаса страшно, что даже сердце ее было не на месте.
— Это была Ирина. Она была охвачена маниакальными мыслями, но ее уже с распростертыми объятиями встретила полиция. Тебе пока что нельзя выходить, возвращайся домой и оставайся там. А когда я говорю не выходить — это значит не выходить, поняла? Слушайся меня.
— Ирина... — Милана же никак не могла поверить в это. Как же эта женщина могла быть такой жестокой... Только лишь мысль о том, что та женщина в маске таким мрачным голосом побуждала тех отморозков изнасиловать ее, прямо-таки вызывала в сердце Захаровой озноб, из-за чего девушка даже как-то съежилась
— Но... за что она так со мной?
— У нее появились параноидальные мысли, поэтому она стала одержима тем, что случилось с Яной. Конечно, не исключаю тот факт, что она тоже обладает психическим расстройством, как ее сестра и мать. Я лишь переживаю, что Ира и дальше будет вот так дебоширить и снова ополчится на нас, — при ответе на вопрос взгляд Коновалова заострился на маленьком личике Милы. — Винишь меня?
— А за что тебя винить? — не особо поняла Захарова.
— За то, что единственное, что я сделал — это отправил ее в полицейский участок, — сказал Леонид, а взгляд его стал еще глубже, когда он посмотрел на свою женщину.
Милана же ничего в ответ не произнесла. Девушка прямо-таки нутром почувствовала, что такие люди, как эта самая Ирина Маркова, и правда, так называемые, параноидальные больные, когда вдруг вспомнила о тех мужчинах, что намеревались устроить групповушку. После чего тихо произнесла:
— Ну, если она реально психически больна, то, боюсь, закон ей помехой не будет уж точно. Вполне возможно, что она еще что-нибудь учудит в следующий раз. Пойми, я не хочу, чтобы с ней что-то случилось, я лишь опасаюсь, что что-то подобное произойдет снова.
Тот страх, что опять появился в глазах Захаровой, сразу же заставил забиться в боли сердце Коновалова, из-за чего он даже на мгновение замер и нахмурил свои брови. А верно же. Вдруг это случится снова... Но мужчина покачал головой:
— Нет, Мила, такого больше не повторится. Я позабочусь об этом, доверься мне.
Тогда Милана в ответ на это просто кивнула, но вот сама же слегка попала в некую прострацию. Да как же он позаботиться об этом? Что, неужели убьет Маркову? Девушка тут же покачала головой — нет, такого не произойдет. Ладно, сегодня эта дама нашла пятерых отбросов сотворить подобное с ней, а что же будет дальше? Плюс ко всему, в этот раз она пошла против Милы, тогда в следующий раз пойдет против кого? Ведь правда была и в том, что вполне возможно, следующими будут дети Захаровой. И если ту барышню вот так продолжат посещать эти самые параноидальные мысли, то Милана даже и представить боялась, что может случиться... Только подумав об этом, девушка вдруг до смерти испугалась.
— Так, дай мне телефон, мне нужен сотовый... — поспешно произнесла девушка. — Я хочу позвонить.
— Кому? — озадаченно спросил Леонид Платонович, но все же дал ей свой мобильный.
Видя вот такой слегка озабоченный вид своей любимой, мужчина слегка забеспокоился.
— Папе, — в панике проговорила Мила. Вспомнив об отце, вспомнив о детях, девушка моментально набрала Леонтию. — Я просто хочу, чтобы папа забрал детей и защитил их. Когда я вернусь, то буду со всеми ними. Не хочу, чтобы опять что-то возникло, Лёня, я так боюсь!
Захарова тут же крепко сжала телефон, да с такой силой, что ее ручки даже побелели из-за этих ее усилий. Конечно, это не скрылось от глаз Леонида. И сердце его моментально содрогнулось от боли.
— Папа, это я, — дрожащим голосом произнесла девчушка.