Игрушка в лапах судьбы

Глава 191. Это я, правда

— Ира, тебе не следовало идти по тому же пути, что пошла твоя сестра, — проговорил Леонид. — Ты очень сильно разочаровала нас!

— Леонид! Не смей! — Маркова же взглянула на мужчину, чье лицо было мрачнее тучи. — Не надо мне тут демагогии разводить. Да, моя мама и сестра стали сумасшедшими, но я — нет! И поверь мне, я прекрасно знаю, что делаю! Тима, а тебе я не открою этот секрет, даже будучи при смерти. Ведь я очень хочу, чтобы Оля до конца своей жизни жила в полнейших муках!

Глядя на такое маниакальное выражение лица девушки, Андреев вдруг почувствовал тревогу:

— Лёня, она, что, сошла с ума?

Однако Леонид лишь тихонько подал знак глазами своему другу. Мда, похоже, они только и могли, что отправить ее в тюрьму:

— Ира, ну раз уж ты все еще так упрямо держишься своего мнения, то тогда нам ничего больше не остается, кроме как посадить тебя за решетку.

— Хмф! Вперед! Сажайте меня, но тогда до конца своих дней не узнаете секрет! Ха-ха-ха-ха... — на мгновение поддавшись панике, Маркова все же оскалилась и заорала ему в ответ.

Тогда Тимур просто взял и набрал полиции, которая не заставила себя долго ждать и приехала за девушкой.Но только перед тем как Ирину забрали, она по-прежнему вторила двум мужчинам нечто странное:

— Вы никогда не узнаете секрет! Ха-ха, Леонид, даже если я и отпущу тебя, то другие этого не допустят.

— Мда... Лёня, у нее, что, реально шарики за ролики заехали? — пробормотал Тимур, после чего его вдруг резко пробил озноб по спине. — Это, что, маниакальный психоз, да?

После этих слов глаза Коновалова младшего внезапно вспыхнули, словно мужчине что-то резко пришло в голову, ведь из-за последних слов девушки он как-то слегка оцепенел:

— Что это за секрет такой? Что за тайну хранит Ирина?

Но в этот же самый момент телефон Леонида неожиданно зазвенел. Это был не кто иной, как Иван Виноградов:

— Мила проснулась?

— Лёня, быстро возвращайся! Милана решила свести счеты с жизнью! — в спешке проговорил Иван, шокировав Коновалова настолько сильно, что тот чуть сам кони не двинул.

***

Когда Леонид Платонович примчался домой после звонка, то увидел дрожащую Захарову, с головы которой так и капала вода. Сама же девушка была завернута в толстое одеяло. И независимо от слов Ивана, она все равно пребывала в глубочайшем отчаянии, а подогревали всю эту ситуацию ее пустые глаза, из-за которых можно было впасть в ужасающую тревогу.

Увидев такую картину, сердце мужчины тут же сжалось, охватываясь и беспокойством, и беспомощностью одновременно. Боже, Милана, что же ты такая дурочка, как же эта девчушка могла подумать, что вместе с ней был кто-то другой? Леонид все-таки бесчисленное количество раз выкрикивал ей на ухо ее имя. И даже если она была в то время не в себе, он все равно думал, что девушка все поймет, когда очнется!

Милана же подняла свои глаза и метнула на него взгляд. После чего сразу же снова опустила голову. Это плачущее личико прямо-таки вызвало у Коновалова боль в его сердце.

— Что случилось? Мила, как ты вообще додумалась до такого? — мужчина вплоть до этой секунды все равно не мог поверить, что его женщина может быть настолько бестолковой. Мда, она ведь действительно вот так взяла и спрыгнула в море! Как же так, а?

Только услышав мужской голос, Захарова с головы до пят покрылась дрожью и склонила свою голову. Ох, как же ей было страшно, как же ей было стыдно... Девушка просто-напросто не могла набраться смелости, чтобы взглянуть на человека перед собой.

Ведь Мила помнила только то, что те пятеро мужчин ввели ей препараты, помнила только, что сама ударилась о перила кровати, а после... После не помнила совершенно ничего. Но когда проснулась, то те ощущения, что отдавались в ее теле, та боль, что так остро чувствовалась между ее ног, определенно дали ей понять, через что она прошла.

Ох, ее же унизили! Да, определенно так и есть!

С другой стороны, Мила вроде как-то смутно помнила, что это был ее Лёня, но ведь после пробуждения она вовсе и не увидела его воочию. Поэтому ей показалось, что все это было не больше, чем простой галлюцинацией. Словно в то время она впала в такое удушающие отчаяние, что вместо тех ублюдков стала представлять своего мужчину, а на самом деле все это произошло с теми отбросами, и сейчас она по голову была в грязи!

Это и было причиной того, что как только Милана проснулась, то сразу подумала о том, что подверглась групповому изнасилованию. Из-за этого как-то совести жить дальше у нее не находилось, поэтому, не задумавшись толком, бросилась наружу. Как же ей не хотелось жить! А когда по итогу бросилась в море — ее спас Иван.

После этого инцидента мужчина ей все поведал. Рассказал, что с ней был все это время Леонид, а не кто-либо другой, но вот только Захарова приняла его слова за обычную попытку утешить, ведь все ее тело просто-таки пылало в боли, как же это мог сотворить один Леонид?

Ее определенно вот так взяли и унизили те пять мужчин, иначе и быть не могло! Девушка не верила, всего лишь думала, что Виноградов утешает ее. Да, все-таки все то страшное случилось, и сейчас ей просто было совестно вот так продолжать жить дальше!

Тогда Леонид, вздохнув, со щемящим сердцем шагнул вперед.

— Она не верит, что ничего не произошло. Проснулась с мыслью, что была изнасилована теми отморозками. Я говорил ей, что все не так, но она не хочет верить в это, — произнес Иван. — Объясни ей все уже, наконец!

После этой фразы мужчина ушел и оставил их вдвоем. Весь шум и гам мгновенно смолк.

Леонид в свою очередь подошел к крови и присел, а Милана неосознанно отпрянула:

— Нет

.. Не надо!

Коновалов, однако, наоборот резко обхватил девушку двумя руками, после чего беспомощно вздохнул:

— Мила, подними свою голову.

Захарова же от испуга закрыла свои глаза, чувствуя, что у нее уже не осталось никакого достоинства для того, чтобы взглянуть на своего мужчину:

— Нет, Лёня, не надо, прошу тебя, уходи... Я знаю, что произошло, я все знаю... Ах, какая же я грязная!

Девушке в тот момент уже казалось, что она просто-напросто превратилась в тех самых падших женщин, из-за чего даже ее глаза наполнились слезами.

— Открой глаза, ну! — глубоким голосом проговорил Леонид. — Я сейчас реально уже отшлепаю тебя за то, что ты сама себе навыдумывала всякую чепуху! Что, неужели отличить не можешь, я это был или кто-то другой? Хочешь, чтобы я окончательно взбесился, а? Как вообще могла подумать, что это был кто-то еще? Думаешь, я позволю кому-то дотронуться до тебя?!

И тогда девушка моргнула своими пышными ресничками, после чего постепенно раскрыла глазки. Сквозь пелену слез она, словно находясь в неком трансе, увидела то самое красивое и до боли знакомое лицо. Что, ей и правда стоит верить его словам?

Коновалов в свою очередь тоже был уж слишком напористым — он крепко держал ее за кисти рук, из-за чего даже казалось, что вот-вот сломает их.

— Мда, ты всегда такая — при малейшем признаке возникновения чего-либо ты вот так берешь и бежишь. Или же хочешь умереть. Мила, ты реально та самая девушка, которую я знаю как ту, что ничего не боится? — тот самый знакомый голос был таким низким и звучал так магнетически, то и делая, что храня в себе нотки чего-то неописуемо сложного и раздраженного.