Страница 219 из 576
— Я не настолько великодушна, я лишь хочу помочь себе самой. — спокойно сказала Милана. — Сергею, нужна отцовская любовь. Может быть, лучше ему быть с Леонидом, чем со мной. Поскольку Леонид и я не можем быть вместе, я не могу забрать Сергея, потому что он ваш внук. И вы, очевидно, не из тех, кто так легко отказывается от своего внука. Почему я должна обижать себя и бороться против могущественного вас?
Говоря неискренне, Милана чувствовала только бесконечную печаль в своем сердце. Что с ней случилось? Ей не нужен ее сын? Нет! Дело не в том, что не нужен, а в том, что она не может так!
— Ты имеешь в виду, что, если не будет никаких условий и я позволю тебе увидеться с Сергеем, тебе нужен будет этот ребенок? — Мирон поднял брови.
— Да, дядя. Если вы позволите мне увидеть Сергея, без никаких условий. Я обещаю, что не заберу его, он по-прежнему будет вашим внуком. Я просто надеюсь время от времени встречаться с ним. Что касается Сергея, мне очень жаль! Мне не суждено быть хорошей матерью, и я не хочу оставлять тень на юном сердце ребенка, я просто хочу подарить ему материнскую любовь насколько это возможно!
— Ты действительно не хочешь быть женой Леонида? — Мирон был ошеломлен. — Разве вы не хорошо провели время, путешествуя вместе на Хоккайдо?
— Дядя, каково определение счастья? – она опустила голову, ее сердце будто полоснули ножом.
— Ты имеешь в виду, что несчастна? — Мирон нахмурился, неужели он неправильно оценил людей?
— Поначалу я была очень счастлива, но с появлением мисс Марковой я осталась без гроша в чужой стране.
Как вы думаете, я должна быть счастлива? — Милана подняла голову. В этот момент ее глаза были ясными, и в них не было ни желания, ни стремления.
— Ты винишь Леонида? — снова сказал Мирон.
Милана покачала головой:
— Нет, я его не виню. Он ответственный человек. Сейчас не так много ответственных людей. Я думаю, что он будет очень внимательным и ценным партнером, но не моим!
— Что, если я хочу, чтобы ты была с Леонидом? — он пристально посмотрел ей в глаза, но не ожидал увидеть такое. Она казалась спокойным и равнодушным человеком, у которого не было ни желаний, ни стремлений. Он знал, что с таким человеком, труднее всего иметь дело.
Милана слабо улыбнулась:
— Дядя Коновалов, вы идете на такой компромисс, потому что мисс Маркова не может иметь детей. Если бы она вообще могла иметь детей, я не думаю, что вы возражали бы против их брака. Они одинакового общественного положения, у них свободная любовь, почему вам быть против? Но все это из-за неспособности мисс Яны рожать, поэтому появился этот договор на рождение ребенка! Дядя, вам не нравится Яна, потому что она не может иметь детей! А я не нравлюсь вам, потому что на мне клеймо и моя семья бедна. В сравнении, кажется, что у меня на одну причину больше, чем у мисс Яны, чтобы не попадаться вам на глаза. Я была суррогатной женщиной, и теперь, выбирая, между нами, взвешивая все "за" и "против", вы выбрали меня. Я очень благодарна, что вы так оценили меня! Но, Леонида, я не могу себе позволить!
— Ты очень умна! — Мирон усмехнулся. — Но, если ты не согласишься, может быть, я не позволю тебе видеться с Сергеем до конца моей жизни?
— Неужели, дядя, вы так жестоки? — Милана подняла глаза и спокойно посмотрела на него, совсем не испугавшись. — Дядя, вы ведь тоже отец, так что, если подумать, вы тоже можете понять родительское сердце. Неужели у вас такое жестокое сердце?
— Ты думаешь, я позволю Сергею видеться с тобой? Исходя из предположения, что хозяйкой в семье Коноваловых может стать кто-то другой, позволю ли я Сергею видеться с его биологической матерью?
— Тогда, дядя, найдите хорошую мачеху для Сергея. — Милана встала без сил, готовая уйти.
— Мисс Захарова, ты заставила меня изменить свое мнение о тебе. Ты очень подходишь на роль хозяйки семьи Коноваловых, ты решительная и достаточно хладнокровная. Я впервые вижу женщину, которой не нужен собственный ребенок!
Милана поджала губы и ничего не сказала, ее упрямство заставляло испытывать мучения.
— Тебе нечего сказать?
Милана глубоко вздохнула, не позволяя пролиться слезам.