Страница 152 из 576
— Что? Повтори-ка! — холодная ирония, которая, казалось, исходила из самых низов ада, раздалась в ушах Миланы. — Ну же, я же сказал тебе смотреть на меня.
— Чего ты хочешь? — девушка смерила пылающий взгляд Леонида Платоновича своим ледяным. И это даже несмотря на то, что в сердце ее была дрожь.
И тут Коновалов властно прижал ее, уголки его рта лукаво изогнулись, но вот только в глазах и намека на смех не было.
Мужчина тихо прошептал:
— Ха, прекрасно. Непокорная бестия, значит!
— Какой же ты подлец. Ты же сейчас просто угрожаешь мне! — Милана бросилась в его взгляд, а в ее голосе повсюду слышалось презрение и холод.
Какой же этот мужчина отвратительный. Неужели в его арсенале есть только такие приемы? И неужели он не может никак по другому, кроме как того, что происходит сейчас?
Леонид Платонович в это время смотрел на нее. Он не говорил, а глаза его не моргали. И вот так они молча и уставились друг на друга, только лишь мужской взгляд был слегка странным, в нем будто бы что-то искрилось.
А атмосфера все накалялась и становилась опаснее. Терпимость и самообладание Леонида заставляли Милу чувствовать приближающуюся опасность, и девушка еще сильнее выпрямилась. Лишь бы не показывать свою слабость перед ним.
И тогда уголки рта мужчины снова приподнялись, но в улыбке, как и раньше, не было и тени смеха. Милана закрыла глаза, чтобы больше не видеть его. Ведь если долго смотреть в его глаза, то и утонуть можно. Поэтому лучше не смотреть!
— Открой глаза. Я хочу, чтобы ты видела, как я наслаждаюсь твоим телом. С сегодняшнего дня ты — моя женщина, и ты больше никогда не сможешь убежать, — Коновалов проговорил эти слова, а в его острых глазах разбушевался непонятный огонь.
В тот момент, когда Мила услышала это, она в полнейшем недоумении вытаращила свои глазки. Его бездушное лицо отражалось в ее глазах. Такое отталкивающее, такое отвратительное, что ей хотелось разодрать его в клочья. Как же он мог говорить такие бесстыдные и откровенные вещи? Унижение нахлынуло на нее, из-за чего лицо девушки вновь окрасилось в бордовый.
— Раздевайся. Тебе в принципе не следовало что-либо одевать, — прозвучал глубокий голос. — Ты, что, больше не хочешь видеть сына?
Милана уставилась на Леонида, а ее зубы вонзились в губы. Гнев хлынул наружу.
И тогда мужчина просто отпустил ее, а сам сел на диван, скрестил ноги, нащупал в кармане сигареты и по привычке прикурил:
— Делай, как хочешь. Ты, конечно, можешь и дальше оставаться целомудренной, но знаешь, мое терпение тоже ограничено.
Он посмотрел на платье, в котором была Мила. И хоть модель этого платья уже была стара, но она все равно так потрясающе выглядела в нем. Наряд раскрывал ее прекрасную фигуру, ведь после родов она стала еще сладострастнее и женственнее, чем в свои семнадцать.
Под взглядом мужских орлиных глаз девушка медленно начала снимать с себя одежду. В ее глазах больше не было сосредоточенности, а было ощущение, будто она просто выполняет какое-то поручение по работе.
И вот пуговицы ее платья расстегивались одна за другой, после чего вещь упала на пол. И вслед за этим сердце Миланы тоже рухнуло вниз. А на ее теле осталось только нижнее белье. Милана ощущала дрожь при ее сопротивлении. А также и ощутила свою трусость.
Мужчина же устремил свой взгляд на девушку. Опасность в его глазах только усилилась.
— Снимай дальше. Я в душ, — он холодно встал. Вот только в тот момент, когда он развернулся, в его глазах вспыхнул огонек отчаянной борьбы.
Все-таки это выглядело слишком жестоко по отношению к ней!
Но Леонид открыл для себя одну вещь: чем больше он старался относиться к Милане хорошо, тем больше она становилась ненавистнее к нему самому. Может такие угрозы и правда были слишком мерзки, но мужчина все равно верил в эффективность подобного метода! И хотел он ее только лишь потому, что с момента их последнего раза прошло уже больше двух недель. Он воздерживался уже целых две недели!
Мила же не сказала ни слова. Ее взгляд был пуст. Она забралась в постель и накрылась одеялом.
А из ванной же доносился звук капающей воды. Леонид Платонович быстро ополоснулся, обернул полотенце вокруг своей нижней части тела и босыми ступнями вышел из ванной. И увидел Милу с низко опущенной головой, что как раз сидела на кровати. Сама она была завернута в одеяло и выглядела так беспомощно. Вот только сама девушка из-за стыда и ненависти она еще сильнее почувствовала к мужчине отвращение.
— Снимай, — продолжил он.
И тогда ее руки протянулась за спину, пальцы слегка коснулись застежки бюстгальтера, и он распахнулся. Нижнее белье упало, а ее прекрасное тело было полностью обнажено.
Коновалов в эту минуту не сводил глаз с девушки, и в тот момент, когда последняя одежда упала, он почувствовал, что его дыхание сбилось. Видя ее светлую кожу, переливающуюся такой обворожительностью, мужчина не мог не встрепенуться в своих мыслях. Эта картина одурманила его бездонные глаза, он сейчас только лишь и хотел, чтобы полностью овладеть этой женщиной, полностью покорить ее!
Но Милане было стыдно! Чертовски совестно!
— Леонид, давай же, раз уж так хочешь, то смелее. — она каким-то образом обрела голос и произнесла это, хоть и дрожа.
И в следующий момент девушка прикусила губу и почувствовала вкус крови. Да, она и правда прокусила собственную губу. Как же это все было унизительно. И каким же он был дьяволом, ее навечно заклятым врагом.
А волосы цвета вороньего крыла из-за влаги прилипли к щекам Коновалова. С их кончиков капала вода, а черные глаза блестели ярко и холодно. Весь человек будто бы излучал некий шарм, достаточный для того, чтобы люди начали трепетать. Но только Мила не видела этого. Да и что там, она не хотела этого видеть. В этот момент она чувствовала только одно унижение!
Леонид же отступил от двери ванной и медленно подошел к ней. С каждым шагом он чувствовал неконтролируемое притяжение ее тела.