Игрушка в лапах судьбы

Глава 69. Наглец

Слова Дениса укололи его в самое сердце. Он же еще маленький ребенок, как он, взрослый мужчина, мог сказать, что он ему не нравится? Милана права, он не должен был обижать мальчика. Хотя изначально мальчик ему понравился, стоило Леониду подумать, что он — сын Миланы, как в груди что-то поднималось. А теперь сложившаяся ситуация угнетала его.

— Дядя, мама сказала, чтобы вы помыли руки перед едой. — Денис поднял глаза на Леонида, ожидая его ответа.

Леонид хотел сказать, что не недолюбливает мальчика, но когда слова уже крутились на языке, он односложно пробормотал:

— Идем.

Мальчик повернул голову. Его лицо было полно разочарования: дядя не сказал, что прощает его, а значит, дяде он все еще не нравится. На мгновение брови на маленьком лице нахмурились. Леонид тоже насупился, наблюдая, как маленький человечек повернулся к нему спиной и повел в ванную.

Если бы кто-то увидел, как они оба хмурятся, то с удивлением обнаружил бы, что в таком виде они очень похожи. Возможно, это и есть то, что называется кровной связью!

Денис сам открыл кран, взял мыло и, мыля руки, сказал Леониду:

— Дядя, перед едой нужно мыть руки два раза. Так руки будут чистые-пречистые.

Леонид вновь повел бровями. Хотя соблюдаемые им правила личной гигиены соответствовали его образу жизни, ему было слегка неловко от того, что этот маленький чертенок указывал ему.

— Дядя, ты слышал меня? Если не помоешь руки, мама не пустит тебя за стол.

Денис закончил мыть руки и передал мыло Леониду. Леонид взглянул на его маленькие ручки с очень четким рисунком на ладонях, совсем как у него. Он потянулся за мылом, и когда его большая рука коснулась маленькой ручки мальчика, его сердце непостижимым образом завибрировало.

Но тут мальчик вскрикнул:

— Дядя, ну я же помыл руки, а вы снова запачкали их. Мама называет это перекрестной инфекцией! — Договорив, он вновь открыл кран и снова стал тщательно намывать руки.

— Но у меня не грязные руки. — недобро возразил Леонид. Обычно он гнушался других, а теперь впервые гнушались им.

— Дядя, давай быстрее! — стал подгонять мальчик.

— Вы еще не помыли руки? — Милана уже поставила блюда на стол.

— Мамочка, я тут!

Денис быстро залетел на кухню и сел на свое обычное место. Милана стала раскладывать еду по тарелкам. Когда с этим было покончено, Леонид еще не пришел.

Милана посмотрела в сторону ванны.

— Дениска, подожди дядю. Я пойду и посмотрю.

Леонид увидел в маленькой ванной комнате обычный умывальный столик с раковиной, на котором стояли только шампунь, гель для душа и мыло. Там не было даже очищающего средства для лица. Впрочем, мыла, туалетного и хозяйственного, лежало немало. Мужчина нахмурился. Да, жила Милана действительно просто.

Он до сих пор никак не мог понять, почему она не воспользовалась теми семью с половиной миллионами. Многие женщины потеряли бы голову от такой суммы! Когда-то он считал ее меркантильной, но затем он вспомнил о сберегательной книжке, которая вернулась к нему в целости и сохранности. Он подумал, что, возможно, что-то неправильно понял и она просто пожелала увидеть ее сына.

Поначалу он хотел постепенно подвести Милану к мысли, что Сережа — ее сын. Какого же было его удивление, когда на полпути к цели он узнал о другом ее сыне! Это нарушило его план. Какой удар! Он-то полагал, что его план безупречен!

— Ты еще не помыл руки? Разве ты не голоден? — обратилась к нему с вопросом Милана, нарушая его размышления.

— Милана.

Он посмотрел на нее в зеркало, висящее над туалетным столиком. Это белое лицо, нежная кожа… Какая прекрасная кожа для женщины, которая не пользуется даже молочком для умывания. От этих мыслей в штанах набухло, отчего они оттопырились. Вот как! Значит, даже во время болезни игрушка не перестает действовать. Леонид глубоко вздохнул, пытаясь скрыть дискомфорт

— Что?

Ее взгляд встретился со взглядом мужчины в зеркале. Заметив, с каким странным выражением его черные глаза смотрят на ее отражение, ее сердце замерло.

— Директор, идемте кушать. — Милана отвернулась. Она сделала это потому, что взгляд мужчины был полон угрозы, и ей не нравилось на это смотреть.— Поторопитесь!

— Полотенце. — мрачно сказал он.

Она вздрогнула, развернулась, взглянула на висящее полотенце и тотчас ответила:

— Используйте это. Оно свежее, им еще никто не пользовался.

Он вытер руки. Она пронаблюдала, как он тонкими пальцами вешает полотенце на прежнее место, и добавила:

— После того, как поедим, я вызову вам машину.

Да ей не терпится спровадить гостя, какая бессердечная женщина!

— Мне все еще нездоровится!

— Но вы здесь не останетесь.

Милане незачем было оставлять у себя мужчину, тем более бывшего босса.

— Тебе хватает жестокости посадить больного человека одного в машину?

— Я вызову вам такси. — процедила Милана.

Леонид еще сильнее разозлился, обнаружив наплевательское отношение к себе с ее стороны.

— Хм! Тогда, я не буду есть! — договорил он и ушел в спальню.

Милана пришла в недоумение. Почему это он не будет есть?

— Мама, когда уже можно будет кушать?

Денис сидел за столом и ждал, но они все не приходили, а он жутко проголодался.

— Скоро! — отозвалась Милана и снова пошла в спальню. — Директор, прекратите заниматься ребячеством, живо за стол! Вы весь день ничего не ели!

Как только она зашла туда, она услышала капризный голос Леонида:

— У меня температура, я не хочу есть.

— Что, снова температура? — эти слова привели ее в замешательство. — Мы же вкололи жаропонижающее лекарство, температура ведь спала. Чего это она поднялась? Дайте-ка потрогаю. — договорив, она приложила руку к его лбу.— Нет никакого жара.

Внезапно он схватил ее изящную ручку. На его лице появилась странная полуулыбка, а в бездонных глазах по-прежнему царило странное выражение.

— Как это нет жара? Врач сказал же, тридцать девять и пять.

От его манипуляций Милана замерла на месте, ошеломленно распахнула веки и взглянула на руку, которой он удерживал ее.

— Директор, отпустите!

Не станет же он безобразничать в ее доме?!

Но он не отпустил ее. Тогда она гневно уставилась на него.

— Леонид Платонович, чего вы добиваетесь? Вставайте и идите за стол, Дениска ждет нас!

— Это ты коснулась моего лба. То есть, тебе можно трогать мой лоб, а мне твою руку — нельзя?

Он сощурился и решительно уставился на нее.

На ее белой, шелковистой коже проступил легкий румянец, отчего губы показались еще привлекательнее. Он невольно сглотнул и вспомнил все жаркие ночи, проведенные с ней. Возбуждение поглотило его разум.

— Директор… — Милана остолбенела. С его стороны прозвучали очень наглые слова. Она попыталась выдернуть руку, но он намертво сжал ее. — Наглец!

Он так разозлил ее, что она действительно пожалела, что привела его к себе домой.

— Наглец? Меня впервые в жизни так обозвали.