Седьмой лорд

Глава 12. «Медная кожа и железные кости»

В течение четырех-пяти лет пребывания в княжеской резиденции Наньнин Цзин Ци держал уши востро и был в курсе всех дел внешнего мира, а не только думал о чтении книг. Однако люди снаружи прекрасно знали об юном князе, не сделавшем ни шага за большие ворота, но пользующемся расположением императора. Он с самого начала был человеком нетребовательным и сдержанным, который умел довольствоваться своей участью. Он прошел через семь перерождений и в общей сумме провел в мире людей не более сорока лет, остальные несколько веков безучастно просидев у Камня трех существований. Это заметно отточило его характер. Иначе, если бы его первая жизнь повторилась, было бы тяжело жить в уединении в княжеской резиденции, пусть даже остальные поверили бы, что им завладела лисица-оборотень. Цзин Ци уже исполнилось пятнадцать, так что он мог отправиться во дворец и начать решать политические вопросы. Окружающие не слишком удивлялись ему, пока этот ребенок, рано потерявший опору, не начинал говорить слишком серьезные вещи. Потому, когда Хэлянь И позвал его, Цзин Ци тотчас смирился и покинул резиденцию. У Си не обманул его ожиданий. Он использовал любую возможность, чтобы вернуть благосклонность Цзин Ци, словно последние несколько лет преследовал единственную цель - «не остаться в долгу».

Цзин Ци и Хэлянь И еще не успели допить чай, когда услышали о прибытии юного шамана. Хэлянь И положил ладонь на плечо Цзин Ци, со смехом сказав:

- В отличие от моего второго брата, которому приходится ломать голову над тем, как снискать расположение этого человека, твоя репутация кажется более весомой.

Рука, в которой Цзин Ци держал чашку с чаем, немного задрожала. Он приподнял глаза, чтобы взглянуть на Хэлянь И, и успокоился, только убедившись, что тот шутил, не подразумевая ничего иного. Посмеявшись над самим собой из-за того, что начал паниковать при дуновении ветра [1], он небрежно сказал:

- Мы всего лишь соседи. Даже собаке, которая каждый день приходит к его дому, следует открыть дверь и бросить паровой пирожок. Поскольку Его Высочество наследный принц здесь, он не смог бы отказаться от моего приглашения.

Хэлянь И нагло взглянул на него и согнул пальцы, чтобы стукнуть Цзин Ци по лбу.

- Что за чушь? - рассмеялся он, поднявшись с места и поправив складки одежды. - Вставай, пошли встречать этого подозрительного юного шамана.

На самом деле, едва У Си вышел, как тотчас пожалел об этом, но, увы, он уже дал свой ответ Пин Аню. А свои обещания он всегда выполнял, неважно, какими они были и кому давались, даже смерть не могла остановить его. Потому У Си оставалось лишь скрепя сердце взять с собой А Синьлая и еще одного охранника, Ню Аха, и отправиться в княжескую резиденцию. Князь Наньнина был первым князем Дацина не царского рода. Когда покойный император подавлял восстание, дедушка Цзин Ци, Цзин Жуй, стал ему другом на всю оставшуюся жизнь. Позже Цзин Жуй умер, защищая императора, а тот в благодарность за беззаветную преданность лично воспитал Цзин Ляньюя и пожаловал ему титул князя. Цзин Ляньюй и Хэлянь Пэй с малых лет росли вместе. Кроме того, они были одинаково невоспитанными детьми, потому и стали близкими друзьями. Ходили слухи, что Цзин Ляньюй женился на принцессе, в которую когда-то был влюблен Хэлянь Пэй. Однажды Хэлянь Пэй понял, что в сердце красавицы было лишь одно место, и великодушно благословил их брак. Это звучало как захватывающая история о крепких и глубоких братских чувствах. Потому княжеская резиденция Наньнин была построена по образу и подобию дворцов членов императорской фамилии. Единственное слово, которое приходило У Си на ум, - огромная. Окна резиденции выходили и на север, и на юг, несколько из них были распахнуты настежь. Посреди огромного внутреннего двора располагался безупречный сад с декоративными каменными горками. Стены резиденции возносились ввысь. Передний зал, внутренние покои, залитые светом комнаты, восточное и западное крыло - здесь имелось все, что угодно, и даже можно было заблудиться, если бы никто не указал дорогу. Резиденция юного шамана находилась неподалеку от княжеской резиденции, бок о бок с Запретным городом, но выглядела довольно-таки бедно, во-первых, потому что строилась в спешке, а во-вторых, потому что положение ее хозяина было весьма затруднительным. Но немного прогулявшись по княжеской резиденции, У Си понял, что несмотря на огромные размеры, там было необычно тихо. За исключением щебетания птиц и журчания воды в садовом ручье, человеческих голосов практически не было слышно. Несколько слуг подметали двор, не выказывая удивления при виде У Си. Они лишь на короткое время прекращали заниматься своими делами, чтобы поприветствовать его, и оставались стоять в стороне, ожидая, когда он пройдет, чтобы продолжить работу. Они равнодушно принимали как милость, так и позор. За собой гостей вел маленький слуга шестнадцати-семнадцати лет, с большими улыбающимися глазами. Несмотря на свое худощавое телосложение, он был весьма находчив: увидев, что У Си безмолвно разглядывает резиденцию, он начал болтать обо всем, что происходило тут и там, начиная с того, что с дерева осыпалось много листьев, а господин не разрешил ему подмести, и заканчивая тем, что сорняки сильно разрослись, а господин намеренно приказал не выдергивать их. Мальчик был живым, но не шумным, и лицо У Си, скрытое вуалью, немного расслабилось. Ему не пришлось долго ждать - как только подали чай, он увидел двух людей, появившихся один за другим. Первым вошел юноша примерно двадцати лет, окруженный выдающейся аурой, на его лице была подобающая улыбка, словно он пребывал в приподнятом настроении. Увидев У Си, он сразу же сложил руки в знак приветствия:

- Прошло уже несколько лет со дня прибытия юного шамана в наш Дацин, но я ни разу не навестил вас. Виноват!

У Си замер от неожиданности на мгновение, но затем встал, догадавшись, что перед ним наследный принц Дацина, будущий император. Не то чтобы он никогда не видел Хэлянь И, просто его представление о нем было довольно скудным. По-видимому, этот молодой человек редко разговаривал в присутствии других, ничем не кичился, не привлекал внимания, заводя знакомства, и всегда был безукоризненно вежлив - полная противоположность высокомерию своего старшего брата Хэлянь Чжао, думающего, что империя уже принадлежит ему. У Си кивнул и поклонился в соответствии с обычаями Южного Синьцзяна:

- Ваше Высочество наследный принц. ...

Поскольку они изначально не были знакомы, он не знал, что еще сказать. Хэлянь И замер, подумав, что этот юный шаман из Южного Синьцзяна действительно несколько странный и нелюдимый. Поприветствовав человека, он не мог даже обменяться несколькими любезными фразами, лишь стоял неподвижно, словно ледяная глыба. Уголки рта Цзин Ци слегка скривились. Не произнеся ни единого слова, он сложил руки, поприветствовав У Си, а затем отошел в сторону и принялся слушать односторонний обмен любезностями Хэлянь И и редкие растерянные ответы У Си. Цзин Ци хотел посмотреть, как невероятно искусный Хэлянь И будет играть на цитре перед быком - чувство радости от чужой беды делало небо ярче и прекрасней. Затем все трое покинули резиденцию, оседлали лошадей и отправились к великому ученому Лу. У Си и Хэлянь И ехали бок о бок, Цзин Ци держался чуть-чуть позади, тихо и спокойно следуя за ними в полном молчании. Хэлянь И не мог понять, что происходило в голове у юного шамана. Великий ученый Лу сейчас был первым среди гражданских чиновников. Несмотря на почтенный возраст, в котором уже следовало уйти на заслуженный отдых, его ученики и последователи имелись повсюду - его влияние при императорском дворе Дацина очевидно. Хотя сегодняшний прием организовали, чтобы отпраздновать его день рождения, все прекрасно понимали, что он хочет покинуть столицу, вернуться в родной дом и уйти в отставку после завершения огромных достижений, поэтому, можно сказать, сегодня был вечер прощания. Все, с кем он когда-либо общался, были приглашены на банкет. В таких обстоятельствах не было ничего удивительного в том, что юный шаман придет туда - однако он не просто покажется на глазах, он сделает это плечом к плечу с Хэлянь И. Что бы подумал Хэлянь Ци, увидев это? Но... Хэлянь И наклонился, приглядевшись к человеку, который ехал рядом с ним. Раз Бэйюань смог заставить его поехать без каких-либо проблем, означает ли это, что он желает сблизиться? Так почему же он ведет себя так, словно едва ли пытается это сделать? Хэлянь И почувствовал себя сбитым с толку, так как совершенно не мог понять этого человека. Вскоре Цзин Ци заметил выражение лица наследного принца и тщательно обдумал каждое его движение, с первого взгляда раскусив, что на уме у Хэлянь И. Он не удержался и наклонил голову, чтобы сдержать смешок. Факты показали, что Его Высочество наследный принц действительно слишком много думает. Хотя Хэлянь Пэй и пригласил для У Си домашнего учителя, но какой уважаемый чиновник захочет учить кого-то вроде него? Если они проявят мельчайшую неосторожность и разозлят его, не повторится ли ситуация с Цзянь Сыцзуном? Через некоторое время с большим трудом удалось найти молодого Ханьлиньского академика [2], однако, едва ступив на территорию резиденции юного шамана, он оказался до смерти напуган ядовитыми тварями, бродящими по всему поместью. Когда он, дрожа от страха, пробирался к комнате, с поперечной балки с глухим звуком свалилась нежно-зеленая змея толщиной с палец, напугав его до такой степени, что глаза его закатились, а сам он едва не отдал душу предкам. После этого никто не осмеливался посещать это место - кого бы Хэлянь Пэй не назначил, все отказывались, ссылаясь на болезнь. Император не мог ничего сделать, потому просто прислал юному шаману стопку книг и велел заниматься самостоятельно. Очевидно, У Си учился не очень прилежно, так как не мог понять и половины слов вежливости, сказанных Хэлянь И. Он понимал лишь, что это добрые, но в большинстве своем бессмысленные слова. Хэлянь И не таил злобы, а У Си не мог игнорировать его, поэтому отвечал, как болван: если он слышал вопрос или утверждение, то просто кивал, а если слышал в словах эмоциональную окраску, то отвечал одной фразой «Правильно». Наблюдая за ними со стороны, Цзин Ци находил это чрезвычайно забавным, поэтому был застигнут врасплох, когда У Си вдруг повернул голову и серьезно сказал: