Страница 51 из 89
- Итак, если сарматы хотят повернуть нашу линию фронта, атакуя вверх по этой долине, стремясь проникнуть за горный хребет и зайти нам в тыл, они должны сначала разобраться с гарнизонами этих фортов. Дилемма этого человека Пурты состоит в том, что он должен либо врываться в каждый форт по очереди и уничтожать гарнизон, либо обходить их стороной и мириться с риском, связанным с их присутствием у него в тылу. Любой из вариантов, конечно, проблематичен, поскольку он либо соглашается на значительную задержку в своем наступлении и дает время более сильным силам выдвинуться на позиции, чтобы преградить ему путь вверх по долине, либо оказывается с нашими копьями как спереди, так и сзади.
- Теперь у нас есть сведения из очень надежных источников, что Пурта считает оборону, выстроенную против него в долине, слишком сильной. Он боится, что к тому времени, когда его армия проложит им путь и расчистит выход на открытую местность, необходимую его всадникам, он обнаружит, что легион преграждает ему путь. Поэтому, как нам сообщили, он планирует обратить именно такой план против нас. Он сделает ложный выпад вверх по долине с намерением заманить легион именно в такую блокирующую позицию, а затем направит все свои силы в точку где-нибудь в другом месте вдоль хребта. Коллеги, он собирается бросить кости и сделать ставку на то, что сможет ослабить главную линию обороны провинции настолько, чтобы пройти через парадную дверь, пока внимание вышибал отвлечено потасовкой в углу. Легат улыбнулся своим офицерам, его глаза сияли от предвкушения действия.
- В то время как мы, вооруженные этой внутренней информацией, собираемся дать все признаки того, что мы поддались на его уловку, сохраняя при этом концентрацию наших основных сил и готовность нанести единственный удар, который положит конец этой войне в одном сражении. На какой бы перевал через горы Пурта ни направил свои основные силы, он найдет два легиона сосредоточенными и готовыми встретить его, причем на хорошо подготовленной территории. Вопросы?’ Скавр поднял руку. ‘ "Трибун"?
- Легат, если ты собираешься сосредоточить Тринадцатую Гемину и Пятую Македонскую для главного сражения, как ты собираешься убедить этого Пурту, что заглотил его наживку? Легат ухмыльнулся ему в ответ.
- Проницательный, Рутилий Скавр, действительно очень проницательный. Конечно, мы отправим конных разведчиков, и как только мы узнаем, что сарматы продвигаются по долине, я предлагаю отправить первые силы на подмогу с юго-западного конца линии. Любые вражеские разведчики, посланные вперед мимо речных фортов, увидят движение и примут его за передовой отряд блокирующих сил. Пурте доложат, что мы заглотили его наживку, и он сделает свой ход по главной линии в блаженном неведении о том, что его ждет. Вдобавок ко всему, эти кажущиеся вспомогательными силы также послужат для того, чтобы очистить долину от разведчиков и не дать им забраться так далеко вверх по долине, чтобы они поняли, что никакой легион не движется им на подмогу. Я бы сказал, довольно элегантное решение. И теперь, когда вы упомянули об этом, учитывая, что у ваших тунгрийцев гораздо больше боевого опыта, чем у большинства наших войск, я бы сказал, что они станут идеальными подразделениями для выполнения задачи, которая, конечно, скорее всего приведет к каким-либо действиям. Как ты думаешь, ты справишься с такой миссией? Скавр кивнул, уже погруженный в свои мысли и уставившийся на стол с картой.
- Легат! Альбинус повернул голову, чтобы посмотреть на трибуна Беллетора, стоявшего на другом конце стола от своего бывшего коллеги с выражением озабоченности на лице. Трибун?
- Мое командование, Легат, ничуть не менее мощное, чем под командованием Рутилия Скавра, и имеет то преимущество, что располагает мощной кавалерией. Я предлагаю, чтобы тунгрийцы продвигались вдоль одного берега реки, в то время как мы займемся другим. Альбинус переглянулся с Нигером, но на просьбу Беллетора откликнулся мужчина постарше.
- Твоя кавалерия, трибун, если мне не изменяет память, лишь недавно набрана из сарматов, которых ты разгромил при Альбурнус. Возможно, я задаюсь вопросом, не представляют ли они слишком большого риска, чтобы выходить в поле против собственного племени. Беллетор, явно предвидевший такую реакцию, отреагировал с нехарактерной для него сдержанностью.
- Я полностью понимаю твое беспокойство, Легат. Возможно, вам помогло бы, если бы я сказал вам, что они уже активно занимались разведкой до нас, когда мы шли на север. Не раз разведывательные отряды этих всадников, которых я посылал расчищать нам путь, приносили тела разведчиков-сарматов, которых им удалось убить, вместе с их лошадьми. Мои беседы с ними убедили меня в том, что они мало заботятся об этих других людях, будучи верны только своему собственному ответвлению племени, а в отсутствие своих сородичей - мне как своему казначею. И, кроме того, — Марк заметил, как сузились глаза его трибуна, когда Беллетор сделал последний шаг в аргументации, — я бы подумал, что использование их собственных всадников как часть генерального плана, который отменяет вторжение Пурты в провинцию, несомненно, очень хорошо зарекомендует себя в Риме. Хммм. Я понимаю.’ Нигер погладил свой бородатый подбородок, глядя на Альбинуса с расчетливым выражением лица. ‘ Военные и политические преимущества в совокупности, да? Очень хорошо, трибун Беллетор, мы с коллегой должным образом рассмотрим ваше предложение и сообщим вам о нашем решении в надлежащее время. Еще есть вопросы? Нет? Очень хорошо, джентльмены, возвращайтесь к своим когортам и убедитесь, что ваши люди в отличной форме и готовы к бою. Вот твоя виноградная палочка, Первое копье Секундус. Тунгрийские когорты выступили из Поролиссума на рассвете три дня спустя, направляясь по военной дороге, которая проходила вдоль линии Ножевых гор на юго-запад, в сопровождении фракийских лучников, которым было приказано усилить оборону Каменного форта, в то время как разрозненные силы Беллетора прикрывали тыл. Всадники-сарматы ехали беспорядочной массой в тылу колонны, столь же невосприимчивые к любой форме маршевой дисциплины, как и с момента их зачисления.
- Я полагаю, ваш трибун скачет верхом со своими новыми лучшими друзьями, восседая на своем коне, как какой-нибудь полководец-завоеватель? Юлий отступил в тыл своих людей и по счастливой случайности обнаружил Сергия Первого Копья, марширующего во главе своих легионеров с мрачным и недобрым видом. Теперь двое мужчин шагали рядом, закутавшись в плащи, чтобы защититься от пронизывающе холодного ветра.
- Действительно, это так. С тех пор как ему удалось убедить легата Нигера отправить его на правый берег реки для похода к Озерному форту, он пыхтит и прихорашивается, как человек, готовящийся проехаться верхом по Риму, а вокруг него летают лепестки роз. - Сергиус покачал головой и сплюнул на обочину дороги. - Я пытался указать ему, что он понятия не имеет об их истинной преданности, но он похож на мужчину, одурманенного своей новой женой. Все, что я получаю в ответ, - это “мои соплеменники это” и “мои соплеменники то”, и никакого беспокойства о его регулярных солдатах.’ Он указал на сапоги Юлия, на их новой меховой подкладке, видневшейся вокруг лодыжек. - Наши сапоги набиты соломой, а не кроликом, как у вас. Кладовщик сказал Беллетору, что ваши люди уже забрали все, что у них было лишнего, и поскольку у него не было легата, поддерживающего его, он был вынужден уйти с пустыми руками. Имейте в виду, у него меховые подкладки на ботинках и хороший меховой плащ. Ему дали их его чертовы сарматы. Некоторое время двое мужчин шли молча, наслаждаясь свежим осенним воздухом и постоянным стуком сапожных гвоздей по мощеной поверхности дороги.
- Но они достаточно приличные разведчики? Сергиус скорчил гримасу неохотного согласия.
- Похоже на то. Вы так же хорошо, как и я, видели, что они привезли с собой из своего патрулирования через горы. Решающим фактором в решении Нигера стал патруль, который Беллетор отправил в горы с приказом прочесать их северные склоны в поисках вражеских разведчиков. Отряд из тридцати человек вернулся с двумя пустыми седлами, но с головами полудюжины мертвых соплеменников, свисавшими с их седельных рогов, и легат мгновенно проникся идеей использовать их вместе с первыми регулярными войсками Минервии. Юлий кивнул.