Страница 63 из 79
Чмокнув девушку, я хотел было вернуться к работе, но… Мне не давали покоя слова Принца, что война будет затяжной. В идеале, все должно кончиться быстро. Достаточно будет убить Герцога, когда он пойдет в атаку, чтобы война прекратилась. Но учитывая дракона, сделать это может оказаться не так просто, а мы должны надеяться лишь на удачу. Оборонительные линии возводятся, перекрывая всё многокилометровое пространство от реки — до гоблинского леса. Запасы пороха копятся, и на первое время их точно хватит. К осенней распутице железнодорожная ветка подойдет достаточно близко, чтобы обеспечит снабжение. В целом, в оборонительных линиях я был уверен, дай нам еще полгодика — в этих холмах и вовсе линия Мажино будет. Но если Герцог поймет, что биться лбом бесполезно — наверняка захочет пройти через лес. Нужно позаботиться, чтобы мы были к этому готовы.
— Можешь передать Фалькону, чтобы к рассвету он приготовился к полету? И будь добра, принеси, всё-таки чай.
Высушенный торф оставлял на руке маслянистый след. Острый запах, преследующий меня с момента приземления в этом селе — ударил в ноздри с новой силой. Торфянки оправдывали своё название.
Небольшая деревушка посреди болотистой местности, вдали от основных дорог. Болезненные на вид жители. Примитивные нефтеперегонные кубы. Деревянные бочки с готовой продукцией и сырьем, ради которого я сюда и прибыл.
Хотя кругом царила бедность — своему лорду эта деревушка приносила даже больше денег, чем десяток богатых и крупных. И хотя торф тоже продавался как топливо, основной доход приносили закопченные, перегонные кубы.
Керосин или же светильная жидкость, как называли её местные — в основном покупали маги огня. Это было не просто подспорьем — фляжки с ним считались стратегическим ресурсом. Огненными кристаллами для бедных. Продать же целую бочку — можно было очень выгодно, за это вещество платили золотом.
— Погрузите готовую продукцию и отправьте на фронт. Там ей найдут применение, будьте уверены. А мне же… Нужны образцы сырья. — Я передал старости мешочек с золотом, который он принял с низким поклоном.
Большое корыто, пусть и наполненное скорее водой, чем нефтью — внушало оптимизм. Даже так — тут явно есть что добывать. Жаль только все отходы местные просто сжигали, не считая их чем-то ценным.
— А также ждите прибытия рабочих на этой неделе. Подготовьте место для постройки жилья для них.
— Мой господин, на поверхность выходит очень мало земляного масла. Нашей деревни вполне хватает, чтобы обрабатывать её всю.
— Скоро будет много. — Пообещал я, зачерпнул во фляжку немного нефти и вернулся к Фалькону.
Лаура фыркала и топталась с лапы на лапу, деревянный настил трещал и прогибался под её немалым весом. Болотистая почва не очень-то подходила столь крупным животным, да и запахи ей тоже явно не нравились. Стоящий рядом Фалькон что-то мял в руке. Он выглядел довольно смущенным.
— Вам пришло письмо, Господин. — Протянул он предмет, оказавшийся туго скрученным пергаментом.
— И кто его принес в такую глушь?
Фалькон виновато указал на несколько черных перьев, лежащих возле грифона.
— Почтовый ворон, но Лаура была голодной.
Сердито фыркнув, я раскатал узкий свиток, и мысли о чересчур прожорливом грифоне тут же отошли на второй план.
«Шесть утра. Центральный узел. Войска Герцога в нескольких часах пути».
Я быстро поднял взгляд вверх. Солнце стояло в зените — полдень.
— Меняем маршрут. Целлюлозой займемся в другой раз.
— Как прикажете.
Он не отправлял делегатов. Не выставлял требований. Зачем? Мертвецам они ни к чему.
Вместо этого он наблюдал за не очень стройными рядами рыцарей, проезжающими мимо него по дороге. Герцог желал, чтобы каждый из рыцарей мог оценить его дракона поблизости. Не только из-за желания похвастаться столь редким и дорогим созданием, но и ради повышения боевого духа. Кто сможет противостоять дракону?
Он стоял на небольшой возвышенности уже несколько часов. Большая часть рыцарей уже пересекла границу баронства, а вот пехота… Бесконечные массы голодранцев еще только приближались. Они медленно перебирали лаптями, предвкушая желанную поживу.
Возможно, им что-то да останется, хотя все села, через которые прошла конница — были полупусты. Не критично, но неприятно.
Зашелестели крылья. Один из летучих рыцарей приземлился рядом с господином. Даже его грифон согнул голову, кланяясь дракону.
— Говори. — Разрешил Первый.
— Ваша Светлость, передовые отряды наткнулись на укрепления и…
— Пусть обойдут.
— Мой лорд, их невозможно обойти. Они простираются за горизонт. Как нам поступить?
Не удостоив подчиненного ответом, Герцог самолично поднялся в воздух. Рвы. Колья и деревянные рогатины. Холмы опоясывало большое количество низких, но толстых стен из серого камня — явная работа мага земли. Некоторые постройки были выше остальных, однако в целом укрепления казались приземистыми, но прочными.
Атаковать конницей в холм и так было неприятно, но тут местность была столь перерыта, что попытать счастья можно было лишь на химерах. Самое неприятное было в том, что полоса укреплений простиралась настолько, насколько хватало взгляда. Рыцарь был прав — обойти их было невозможно. Но с другой стороны — и не нужно.
Линия явно была недостроенна. Солдаты продолжали копать, в тылу виднелись свежие срубы для бараков либо складов. Достаточно проломиться — и уже через пару километров холмы сменятся равниной, на которой кавалерия сможет показать себя во всей красе.
Пролетев несколько раз вдоль линий — он даже нашел наиболее удобное место меж двух холмов. Но перерыто оно было даже солиднее остальных, противник также понимал его уязвимость и укреплял как мог. Поперек прохода лежали серые плиты. Холмы по бокам были щедро устланы чем-то кружевным и железным.
Но это не вызывало опасений, в отличие от крупных шаров, висящих прямо в воздухе. Под каждым — парила корзина, в которой было по три-четыре человека. Это было странно, но, без сомнения — они видели поле боя со своей высоты лишь немногим хуже, чем он сам. Приглядевшись, Герцог заметил, как порой люди в корзине махали флажками тем, кто оставался внизу.
Рыцари собирались внизу, ожидая сигнала. С другой стороны, повинуясь сигналам с шаров — напротив них собиралось все больше людей. Они сновали по рвам, словно муравьи, забивая собой окопы.