Страница 23 из 42
— Попили пивка называется, — забухтел себе под длинный нос Юра Гаврилов, когда табло высветило новый счёт — 3: 1 в нашу пользу. — Б… двенадцать бутылок пива как корова языком слизала!
— Зато, будет мотив в Киеве сыграть ещё лучше. — Усмехнулся я. — И потом, надо «Деду» намекнуть, чтобы он проставился за удачный дебют тем же чешским пивом.
— А ты, Никон, золотая голова, кроме шуток, — загоготал наш плеймейкер.
А уж через три минуты весь стадион стоя приветствовал наш «Спартак». Мы всей командой выстроились перед лицевой трибуной, пригласив на поле всех запасных и старшего тренера Николая Старостина, и низко поклонились болельщикам. Затем, развернувшись на сто восемьдесят градусов, пробежали к противоположному сектору и поклонились уже другим зрителям, которые дружно скандировали:
— Молодцы! Молодцы! Молодцы!
Глава 12
В субботу 5-го мая в 5 часов дня я с Фёдором Черенковым пошёл на футбол. Сегодня на стадионе «Локомотив», где мы в среду в очень солидной барселоновской манере переиграли киевлян, давали новое представление — товарищеский матч сборных СССР и Чехословакии. Во-первых, хотелось поболеть за нашего Вагиза Хидиятуллина. Во-вторых, я хотел выиграть спор у Юрки Гаврилова, который утверждал, что с действующими чемпионами Европы подопечные Никиты Симоняна сыграют вничью или выиграют с минимальным счётом. Я же настаивал, что победа будет со счётом — 3: 0, ибо не гоже чемпиону Галактики по товарищеским играм перед своей публикой ударить в грязь лицом. Гаврилов поставил на кон, что не будет целую неделю пить, я пообещал полузащитнику, ящик чешского пива.
— Почему Радик не пошёл? — Спросил я Черенкова, когда мы пробирались сквозь толпу болельщиков к служебному входу, где можно было проникнуть на матч по удостоверению «Спартака».
Вообще народу пожаловало на матч больше двадцати тысяч. Из динамиков неслась бравурная музыка, бабушки на площади перед бетонной чашей стадиона бойко торговали семечками, а среди знатоков и любителей спорта шустро шныряли звонкоголосые мальчишки.
— У Серёги девочка появилась, — улыбнулся Фёдор Фёдорович. — Молодой ещё не понимает, что футбол — это жизнь. А Калаш чё не пошёл?
— Со своей «крашенной» встречается, — отмахнулся я. — Не люблю я её. Дымит как паровоз, да ещё и матерится, как пьяный сапожник. Хотел Жанну с собой позвать, но ей футбол не интересен. Кстати, как думаешь, сыграют наши?
— Я с Гаврилой согласен — ничья, — усмехнулся Черенков, когда, наконец, служебный вход замаячил в метрах ста. — Смотри, Володь, это же Бобров!
Дернул меня за рукав пиджака Фёдор Фёдорович. Я пригляделся к неприметному товарищу в светло-сером плаще, который тоже шёл к служебному входу, низко натянув фуражку с большим козырьком на глаза. И вдруг меня, как будто что-то кольнуло в спину. Я даже чуть-чуть не вскрикнул, а после внезапной боли, в голове наступило прояснение и мне вспомнилось, что Всеволод Михайлович Бобров умрёт 1 июля 1979 года. То есть нашему прославленному футболисту, хоккеисту и Олимпийскому чемпиону осталось жить меньше двух месяцев!
— Пошли, возьмём автограф, — буркнул я и решительно двинулся к Боброву.
Однако по пути нас с Федей несколько раз попытались остановить внимательные спартаковские болельщики, которые все как один спрашивали: «А вы случайно не Черенков и Никонов?». «Извините, мужики, некогда», — бубнил я, чтобы не потерять Боброва из вида, которого потом на стадионе не найдёшь, а другого момента, чтобы поговорить может и не быть.
— Слышь парень, а ты случайно не Никонов? — Преградил мне путь какой-то уже подвыпивший здоровый детина с сигареткой во рту.
— КГБ, — зло прошипел я и показал край красной корочки спортобщества «Спартак». — Сейчас будем крутить тех, кто билетами спекулируют. Предъявите документы товарищ.
Но товарищ шутки не понял, в момент ломанулся куда-то в сторону растущих на обочине деревьев, беспардонно толкая, пришедших на матч болельщиков.
— Нормально получилось, — засмеялся Фёдор Фёдорович и тут же выпалил. — Бобров уходит!
И мы как на тренировке припустили к служебному входу, так же расталкивая возмущённых людей по пути. Бывшего капитана сборной СССР и по футболу и по хоккею нам удалось остановить уже в подтрибунном коридоре. Всеволод Михалыч посмотрел на нас с Черенковым, как на очередных охотников за автографами, из чего можно было сделать вывод, что легендарный спортсмен футбол по телевизору смотрит мало.
— Что вам ребята? — Устало улыбнулся Всеволод Михалыч.
— Автограф, — наивно брякнул Черенков.
— Мы футболисты московского «Спартака», — затараторил я. — Можно сказать, выросли на вашей игре. Мой друг — Фёдор Черенков, я — Владимир Никонов. Если вы не против — можно мы на стадионе сядем рядом?
— Постой, постой, — почесал затылок Бобров, который, кстати, успел поиграть в футбольном «Спартаке» и потренировать «Спартак» хоккейный. — Это же вы в среду разнесли киевское «Динамо»? А ты два раза убежал и две штуки положил?
— Было дело, — смутился я и, приобняв Черенкова, добавил. — А Фёдор мне первый пас одним касанием, словно рукой на ход забросил.
— Точно. Я же про вас только сегодня в «Советском спорте» прочитал. — Обрадовался Всеволод Михайлович и, вытащив из кармана плаща свёрнутую вчетверо газету, показал статью про «Спартак», где в отдельной рамке шла турнирная таблица:
_______________________________И____В___Н___П____М_____О
1. Шахтёр (Донецк)__________7____6__1___0__16 — 2__13
2. Динамо (Тбилиси)_________7____6__1___0__13 — 1__13
3. Спартак (Москва)_________7____5__0___2__13 — 8___10
4. ЦСКА (Москва)________________7____4___1___2___12 — 7____9
5. Динамо (Москва)______________7____4___1___2____6 — 4____9
6. Арарат (Ереван)_______________7____2___5___0____7 — 4____9
7. Черноморец (Одесса)___________7____3___1___3____8 — 7____7
8. Пахтакор (Ташкент)____________7____3___1___3____9 — 12___7
9. Динамо (Минск)_______________7____2___3___2____7 — 5____7
10. Динамо (Киев)_______________7____2___3___2____6 — 7____7
11. СКА (Ростов-на-Дону)_________7____1___5___1_____6 — 8___7
12. Зенит (Ленинград)____________7____2___2___3____8 — 10___6
13. Торпедо (Москва)____________7____2___2___3_____6 — 6___6
14. Локомотив (Москва)__________7____1___4___2____9 — 8____6
15. Нефтчи (Баку)________________7____1___1___5____1 — 12___3
16. Заря (Ворошиловград)_________7____0___3___4____3 — 10___3
17. Крылья Советов (Куйбышев)_7__1___0__6___4 — 11___2
18. Кайрат (Алма-Ата)_________7___0___2__5___3 — 15___2
Бомбардиры: Ю. Чесноков (ЦСКА) — 8, В. Никонов («Спартак») — 7, В. Старухин («Шахтёр») — 7, В. Гуцаев («Динамо» Тб) и Н. Федотенко («Шахтёр») — по 5 голов.
— А мы с ветеранами сначала даже смеялись, когда узнали, что Старостин в 77 лет стал у вас старшим тренером. — Похохатывая сказал Бобров. — А вы как дали по Лобановскому! Без шансов разделали «Динамо», а ведь Лобановский — это же бывший тренер сборной. Это он должен был вас отодрать, а не наоборот. Пошли футбол смотреть!
Игра, на которую пожаловало около 24 тысяч человек, началась примерно так, как заканчивается самая рейтинговая детская передача «Спокойно ночи малыши», то есть спят усталые игрушки, книжки спят. Старший тренер Симонян и в этом матче сделал упор на футболистов разных динамовских команд из Москвы, Киева и Тбилиси. Немного разбавили динамовцев Чесноков и Аджем из ЦСКА и наш Хидя из «Спартака». Юрия Гаврилова в сборную страны на эту игру даже не пригласили.
— Всё ещё будешь утверждать, что наши выиграют — 3: 0? — Подтолкнул меня в бок Фёдор Черенков.
— Готов поклясться на чём угодно, — буркнул я и обратился к Всеволоду Боброву. — Всеволод Михайлович, давайте поспорим, что наши сегодня забьют три безответных мяча?